Без вины виноватые

Эх, давно мы с Мурзиком не писали, и на то были причины.

Не то чтобы переработки для нас новость, но в этом году будто кто проклял наш экипаж. Работаем втроём на двух машинах в графике 30/15. Я зашёл на вахту 14 января, при этом машину нужно было забирать со стоянки в Сонино. Предновогодняя постановка осуществляется на строго определенных стоянках. За свой счёт пришлось добираться до Пензы, а потом на попутках до машины, и это не оплачиваемое время – считай, два дня даже не за спасибо.

Сменится должен был 17 февраля, но проклятье только начинало действовать - сменщик на четыре месяца лишился прав. Казалось бы, начальство должно озаботиться и найти подмену выбывшему человеку, но, видимо, с кадрами совсем туго, и нам с Серёгой пришлось всю зиму жить в "рабовозках". Сменился я только в конце марта, а в середине апреля, через 15 дней, поменял Серёгу.

Новый сменщик - молодой парень, Санька. Нас дядьками зовёт. Саньке мы сразу сказали - ты теперь наш, но у нас ещё Богдан есть, должен после восстановления прав выйти. Но и тебя мы не бросим, потому как наш.

Однако проклятье - оно такое. Заболел наш Санька серьёзно. Следом Мурзик сломался по дороге в Свердловск. На ремонт притащили в Уфу. Четыре дня я там проторчал. Жил в кабине, туалет на заправке. Еды мы запас возим, водой коллега по-босятски подогрел.

В общем, если бы не ремонт, был бы числа 15 в Саратове, и успевал в военкомат и на заседание совета. А так получалось что в военкомат я опаздывал. Попросил начальника колонны оповестить военкомат. Он тупо мое сообщение удалил, мол, пригонишь в Саратов, сходишь в военкомат, поедешь дальше. Я приехал аккурат в день заседания совета. Всю ночь шпарил из Подмосковья, чтобы успеть «страной порулить» на своём участке. Санька должен был с больничного выйти и меня поменять, но не случилось - больничный продлили.

«Давай, иди в военкомат, а в 17:00 ты в рейс готов». Это мне начальник говорит. Ну а я ему отвечаю: «Нет. Сегодня иду на заседание совета, а завтра поеду в военкомат, потом на выходные пойду». Мне в ответ: «Или ты в рейс едешь, или пригоняешь машину в Пензу и пишешь заявление «по собственному». А я говорю: «Нет. Будет третий вариант: поставлю машину в Саратове, отдохну, а потом поеду дальше. И почему я должен писать на увольнение? Я что, плохо работаю?!»

Начал мне бригадир Авдеев названивать: «ты меня ****** - это прямая цитата, извините, - теперь смены в Саратове не будет, всё из-за тебя, пиши по собственному». Слово за слово, я ему «от балды» и сказал, что если я напишу по собственному, то за мной следом 12 человек уйдут. Сначала хотел сказать 6, но решил мало.

Короче, они повелись. Начали, видимо, ужас нагонять на саратовских водителей. Один мне даже написал: «ну спасибо тебе, ты ещё сказал, что и мы тебя поддерживаем». Думал я, что это «шестёрка» подосланная, но оказался нормальный парень. Поговорили. Он всё понял.

В общем, меня сделали виноватым в том, что смены в Саратове запретили. Вернее, не сделали, а пытаются. Мы с Серёгой в офисе были, с начальником я разговаривал. Без преувеличения говорю, я его уделал. Ему нечего мне было возразить, и он вежливо попросил меня покинуть помещение.

Бригадир бывший звонил - отличный мужик. В январе уволился, замучила его эта клоака. Спрашивает: «чё ты там бастуешь?» Рассказал. Посмеялись. Звал к себе на новую работу всем экипажем. То есть пути отхода есть. Но мы пока драться собираемся.