БесМятежность
В комнате царит траур. Зашторены окна, убраны наиболее яркие книги в шкаф, фигурки возле кровати повернуты лицами в угол. Участники прощальной церемонии одеты в чёрное: Винсент нашёл в своём гардеробе черную рубашку с кружевами и нелепые чёрные джинсы, на ноги нацепил шлёпки, а волосы убрал назад при помощи лака; Женя решил ограничиться плащом, принесенным из дома, и черной шапкой-ушанкой; над Йосей думали долго, хотели нарядить в чёрный мусорный пакет или же замотать чёрной бумагой, но в итоге нашли приличный махровый халат темно-фиолетового цвета. У Винсента дрожат руки, когда достаёт телефон и заходит в игру.
- А это долго будет? - шепотом интересуется у Жени Йося, но в ответ получает уж больно трагичное выражение лица кудрявого пацана, у кого как будто разрушилась вся жизнь, умерли близкие люди, закончились все деньги на карточке.
Звуки проклятой игры убивают беспощадно атмосферу в комнате, но ни Винс, ни Женя не подают виду, их лица всё также излучают печаль и неприятие реальности. Высокий, чересчур драматичный голос Винсента перебивает звуки рпгшки:
- Дорогие друзья, мы собрались на прощание с лучшей игрой всех времен и народов, - Женя едва заметно закатывает глаза, - Она была для меня всем. Верным другом, приятным собеседником и лихим любовником в постели, по чекам на неё я потратил более 10 тысяч рублей, но я не жалел и не жалею. Но наступил этот час, когда мне нужно сделать это. Нужно убить тебя, ебаная тварь!
Сорвавшийся крик делает ситуацию ещё комичнее и нелепой. Невероятные актерские навыки Жени помогают ему держать лицо до последнего, а Йося в двух шагах до истеричного припадка из-за непонимания всего происходящего сюра и цирка. Кусая губы, Винс поворачивается к ним и с надеждой хрипло спрашивает:
- А может не стоит? Я обещаю, я не стану заходить в неё месяц! Она ни в чём не виновата!
- Давай-давай, - подначивает Женя, поправив шапку-ушанку, на бок съехавшую.
- Но последняя каточка всё равно будет!
С печальным вздохом Афонский заходит в лобби, начиная поиск сокомандников и листая перечень персонажей. Йося садится на компьютерный стул, явно устав переминаться с ноги на ногу возле парня-задрота. Спустя минут пять звучит мелодия, оповещающая о начале игры.
- Кого взял? - спрашивает Женя, включая на чужом компьютере Реквием Моцарта. Йося дергается непроизвольно, забирается на стул с ногами и обнимает руками колени. Теперь его лицо более омрачено печалью, нежели у его партнёров.
- Баданга. Хочется не с позором закончить свой путь, а с победой.
- К счастью, это мне ни о чём не говорит.
- Ну и нахер сходи, - беззлобно фыркает Винсент, совершая первый килл.
Настоящая бесовщина начинается спустя секунд тридцать, когда всё идёт не по плану: Винсент орёт, пинает диван, стул и стол, очень странно смеётся и молчит. Ни одного адекватного слова не было сказано за всю катку, но Йося закрывал то себе уши, то Жене, периодически задумываясь над тем, в кого ему угораздило влюбиться. Жене же было изумрудно поебать, он менял громкость траурных композиций, кидался шапкой в Винсента, когда тот ногами и руками заезжал по столу и успокаивающе твердил на ухо Йосе, что скоро всё закончится.
По истечении десяти минут недовольный Винс садится на пол.
- Ну что, наигрался? - Женя выключает компьютер.
- Я вылетел блять! Только что! Закончить-то успел, а посмотреть на результаты нихуя.
- Не кипятись. Уверен, ты нормально сыграл!
- Нет! Киллы были конечно, но я пока на кда не гляну, буду позорно себя считать анскиллом.
- Я твоим бесам не буду на слово верить, телефон на базу.
Винсент не спешит отдавать нагретый телефон, он вскакивает резко на ноги, взмахнув в возмущении руками.
- Это не считалось! Сейчас он остынет и ещё раз сыграю! И потом уже смэрт.
- Слушай что взрослые говорят, малыш Винни, - с язвительной нежностью замечает Йося, после чего выхватывает телефон из пролетевшей мимо руки и направляется в другой конец комнаты.
В углу стояла чёрная коробка, имитирующая гробик, стояли наполовину сгоревшие свечи и слепленный из палочек для суши крест. Йося опускает телефон в коробку и они втроем выстраиваются перед гробом с печальными физиономиями.
- Прощай, бесовская игра. Я прослежу, чтобы ты как следует удалилась с телефона и больше не возвращалась, - Йося кривится, словно прощаться с этим нечто ему крайне противно.
- Криповая ты шняга конечно... - Женя вздыхает, - В том мире тебе будет лучше.
От Винса игра получает порцию искренних рыданий и завываний. Впрочем, какофонию рыдающую прерывает звонок в домофон. Афонский сразу прекращает реветь, быстро вытирает слезы и удаляется в коридор.
- Ты кого-то ещё ждал, что ли? -- Женя удивлённо поднимает брови, пока Йося тушит свечи, прибирает атрибутику и ставит уже остывший телефон на зарядку.
- Не, - вернувшийся Винс весело трясёт пакетом из Самоката, - Теперь у нас поминки.
