Бермуды 298 глава

Тук-тук—

Когда он, наполовину проснувшись, открыл глаза, всё вокруг было наполнено запахом этого человека, и на краткий миг ему показалось, будто он заключён в его объятия.

Но он не чувствовал ни привычной тяжести сильных рук, ни тёплой температуры тела, позволенной лишь ему одному. Одеяло, которое он обнимал, свернувшись креветкой, было мягким, но не дарило того же чувства защищённости, что прикосновение, которое он помнил.

Свет, пробивавшийся из-под плотных штор, которые он не помнил, чтобы задвигал, был особенно ярким. Это была совсем иная картина по сравнению с той темнотой, которую он видел в последний раз.

Леонардо сонно оглядел комнату, которая за ночь стала ему немного знакомой, пытаясь вспомнить, когда он заполз в эту постель. Он слышал, что иногда, когда крайняя усталость доходит почти до обморочного состояния, тело может бессознательно встать на ноги и само найти удобное место.

Он вспомнил, как несколько лет назад Файндер смеялся, спрашивая, не ходит ли он во сне. Леонардо наполовину зарылся лицом в мягкую подушку и медленно закрыл глаза.

Всё его тело казалось невероятно тяжёлым. Хотя он плохо помнил сон, по не самому хорошему настроению было ясно, что ему снова приснился кошмар.

Это было естественно с тех пор, как он ступил в имперскую столицу. И всё же, благодаря запаху, исходившему от постели, казалось, что он очнулся именно в этот момент…

Тук-тук—

— …?

Леонардо, который лениво утопал в запахе Хьюго, как ленивец, внезапно распахнул глаза, услышав стук, пропущенный в полусне. Рефлекторно подняв голову, как сурикат, он услышал вслед за стуком женский голос за дверью.

«Вы там?»

Это явно была личная комната Командующего. Но, услышав незнакомый голос, он растерялся, не зная, как реагировать. Оглядевшись, он посмотрел на часы на прикроватной тумбочке. Семь утра. Прошло около четырёх часов с тех пор, как он в последний раз смотрел на время.

«Что… когда всё так изменилось?»

Леонардо, собирая остатки разума, оставшиеся на подушке, молча, словно в комнате никого не было, с трудом поднялся с постели.

Опуская ноги на пол, он заметил аккуратно поставленные комнатные тапочки, словно ожидавшие, чтобы их надели. Они выглядели слишком большими и могли соскальзывать, но он грубо сунул в них ноги и встал.

Тук-тук-тук—

Когда нетерпеливый стук повторился, его острые золотые глаза настороженно уставились на дверь. Тем не менее он пригладил волосы, похожие на птичье гнездо, и направился к дивану. Он почувствовал чьё-то присутствие и подумал, что это может быть Флинн, распластавшийся на подлокотнике с перекинутыми ногами, словно работал сверхурочно двое суток подряд. Судя по едва слышному, почти комариному дыханию и даже храпу, не похожему на него, Флинн был так же измотан, как и Леонардо.

В контрасте с его неприглядной позой, одеяло аккуратно прикрывало верхнюю часть его тела. Казалось, кто-то заботливо накрыл его. Леонардо смутно вспомнил то мягкое прикосновение, которое чувствовал во сне.

«Он приходил и уходил на рассвете?..»

— Я здесь по приказу Командующего—

В этот момент, словно уже зная, что внутри кто-то есть, стук и голос за дверью стали громче. Услышав слова «по приказу Командующего», Леонардо замялся, оглядел пустующую комнату и затем наклонился, чтобы потрясти Флинна.

— Эй, проснись.

Хотя он говорил тихо, почти шёпотом, Флинн тут же открыл глаза, словно и не спал. Однако прежде, чем зрачки опустились, первыми показались белки глаз, что выглядело довольно жутко. Когда же взгляд пришёл в норму, Леонардо наклонился ближе и спросил:

— Снаружи кто-то есть, говорят, что по приказу Командующего. Открывать?

Флинн, ещё не до конца проснувшийся, лишь с ошарашенным выражением уставился на Леонардо, несмотря на вопрос. Но когда снаружи снова раздался голос, он вскочил с места от неожиданности.

— А, да! Сейчас открою!

Он знал, кто это, раз так отреагировал? Флинн, ответив в пустоту, буквально скатился с дивана. Он неловко поднялся, поспешно привёл в порядок одежду и с растерянным видом потёр щетинистый подбородок. Затем он обошёл диван, встал перед дверью и стал наугад шарить по дверной панели.

Хотя он, похоже, не знал, как устроен замок, стоило Флинну коснуться ручки, как примерно через три секунды раздался щелчок, и тяжёлая дверь медленно открылась. За ней, в коридоре, в две шеренги выстроилась медицинская группа не меньше чем из десяти человек, полностью готовая к действию.

Не понимая, что происходит, Леонардо вцепился в спинку дивана и, приподняв одну бровь, внимательно наблюдал за ними.

Они пришли по приказу Командующего? Как раз когда в нём начала расти подозрительность, женщина, стоявшая впереди, шагнула вперёд и объяснила причину визита.

— Мы прибыли, чтобы сопроводить вас в лазарет для подробного обследования. Просим о сотрудничестве.

***

— Съешь вот это и вот это, а про обследование ты уже слышал от Командующего, верно? Тебе совсем не нужно нервничать. Просто лежи спокойно. Может быть немного неприятно, но мы не собираемся делать с тобой ничего плохого, так что не переживай.

Флинн принёс Леонардо, переодетому в осмотровую рубаху, похожую на больничную, хорошо протушенное говяжье рагу и картофельный салат, размятый ровно настолько, чтобы сохранить текстуру. Кроме того, он передал ему несколько пакетиков с неизвестным порошкообразным лекарством, несколько раз подчёркивая, что это лекарство и само обследование совершенно безвредны.

Леонардо зачерпнул большую ложку мяса, которое легко распадалось по волокнам уже от нажатия ложкой, и отправил её в рот. Хотя блюдо было настолько вкусным, что буквально таяло во рту, он недовольно ответил, чувствуя, что теперь даже Флинн обращается с ним как с ребёнком.

— Я же сказал, что понял. Пока вы не делаете ничего вроде извлечения маны или чего-то подобного, я и сам буду лежать спокойно.

— …

— И ты думаешь, я каждый раз устраиваю скандалы без причины? У меня вообще-то есть представление о том, что происходит. Я знаю, что это всего лишь обследование, поэтому и ношу это послушно.

Леонардо высоко поднял руку с ложкой и потряс серебряным кольцом, показавшимся из-под свободной осмотровой рубахи. Это кольцо, идеально охватывавшее его запястье, не предназначалось для той же цели, что и наручники, но всё же было браслетом-ограничителем, выполнявшим схожую функцию. Таково было настойчивое требование медицинской бригады: для проведения обследования обязательно нужно было надеть ограничители маны.

Хьюго хотел, чтобы Леонардо проходил обследование без каких-либо ограничений, но поскольку у него уже был случай, когда он однажды устроил беспорядок в лазарете, медицинский персонал успел испугаться настолько, что стало трудно даже подобрать сотрудников для процедуры. В конце концов Флинн немного поспорил с врачами от имени отсутствующего Хьюго, и в этот момент Леонардо внезапно шагнул вперёд и сам настоял на том, чтобы надеть ограничители.

Причин было несколько, но главной было желание поскорее покончить с этой надоедливой процедурой. Кроме того, его тяготила история о том, что Агризендро из-за него применил право вето против приказов члена Верхней палаты из того же рода.

Однако Флинн знал, что из-за вчерашнего инцидента Леонардо болезненно реагирует на любые наручники и хотел по возможности избежать этой ситуации. Но это не была проблема, которую он мог решить одной лишь настойчивостью, и ради более точного обследования следовать желанию самого Леонардо было самым разумным решением.

Поэтому неудивительно, что на лице Флинна появилось сложное выражение, когда он увидел серебряное кольцо на запястье Леонардо.

— Да, это всего лишь обследование… Спасибо, Блейн. За понимание.

Пока Леонардо как ни в чём не бывало продолжал есть рагу, Флинну казалось, что тот нарочно старается выглядеть беззаботным. Возможно, именно поэтому ему становилось ещё тяжелее на душе.

Леонардо лишь мельком взглянул на его слабый голос, никак особенно не отреагировал и допил оставшееся рагу. Затем, откусив кусочек воздушного картофеля, он посмотрел на разложенные пакетики с лекарствами и спросил:

— Кстати, а что это за лекарства?

Флинн внутренне вздрогнул, увидев, что держит в руке Леонардо.

— А? О… Миорелаксанты и обезболивающие… ну, такого рода.

— Хм.

— И ещё… Там есть небольшое количество компонента, вызывающего сонливость, но тебе не стоит слишком переживать. Если во время обследования захочется спать, можешь поспать. Медперсонал продолжит всё как нужно.

Леонардо кивнул неопределённо. Затем, без особой нужды вытянув шею и оглядевшись по сторонам, он с надутым видом спросил:

— А ваш Командующий занят? Почему он опять не приходит?

Флинн неловко улыбнулся.

— …Похоже, у него много дел из-за вчерашнего инцидента. Но, вероятно, он зайдёт к тому времени, как твоё обследование закончится. Я слышал, он велел Гейбу полностью очистить своё расписание на вторую половину дня. Разве он не будет с тобой весь остаток дня?

Даже объясняя ситуацию, Флинн не мог не чувствовать горечи внутри. Видя, как Леонардо ищет взглядом Командующего, несмотря на то, что он сам находился рядом, ему казалось, что он не слишком надёжен в его глазах.

Ну да, он был тем человеком, который даже в вопросе с ограничителями уступил медицинскому персоналу, так что во многом ему явно не хватало того, чтобы заслужить доверие Леонардо.

— Я буду здесь и прослежу за всем, пока не придёт Командующий.

И всё же Флинн опустил глаза и тихо пробормотал эти слова, пытаясь его успокоить. Хотя, вероятно, это мало чем могло помочь…

Леонардо, который жевал картофель, раздув одну щёку, слизнул крошки с уголков губ и пристально посмотрел на лицо Флинна.

— Правда?

Флинн с недоумением поднял голову на этот внезапный вопрос. Леонардо приподнял уголки губ и схватил Флинна за руку.

— Ты обещал. Ты должен остаться здесь.

— …А?

— Не оставляй меня одного, хорошо?

Крепко сжатая рука была тёплой — как всегда почти горячей. Когда это тепло искренне удерживало его, Флинн стал неожиданно серьёзным, хотя изначально и не собирался никуда уходить.

— Да. Конечно. Я никуда не уйду.

— Мистер Леонардо Блейн, если вы закончили с едой, мы можем пройти в кабинет для обследования.

В этот момент медицинский персонал, закончив подготовку, заметил почти пустую миску и деликатно дал понять, что пора.

Хотя с лёгким завтраком он уже закончил, лекарства он ещё не принял, поэтому Флинн собрал разложенные пакетики, попросив их подождать ещё минуту.

Однако Леонардо, поднявшийся первым, естественным жестом забрал их сам. Затем, следуя за медперсоналом в сторону кабинета, он слегка потряс пакетиками с лекарствами.

— Я возьму их с собой.

Флинн, помедлив, остановился на месте и затем молча кивнул.

Всё равно одна из стен процедурной была сделана из прозрачного стекла, так что он мог наблюдать за происходящим снаружи.

— Удачи тебе там.

На прощание Флинна Леонардо слегка кивнул и вошёл в кабинет. В отличие от вчерашнего дня, он выглядел не таким тревожным, как опасался Флинн, и, казалось, без особого сопротивления следовал указаниям врачей.

Почувствовав облегчение, Флинн рухнул в кресло, где только что сидел Леонардо. Он вздохнул, прислонив голову к безупречно белой стене.

Пока Командующего не было, он был опекуном Леонардо. И он надеялся, что обследование пройдёт благополучно, чтобы он смог выполнить эту ответственность до конца.