Бермуды 220 глава

Казалось, кожа вспыхнула огнём, зрение вспыхнуло, и разум помутнел. Все чувства смешались в невыносимую какофонию, терзая обострённые нервы — и в этот момент перед глазами стремительно сгущалась тьма.

Леонардо, бесцельно блуждавший в дымовой завесе, внезапно замер в воздухе и поднял голову. Над ним нависла громадная глыба камня, уже вплотную приблизившаяся к лицу.

После извержения вулкана верхняя часть кратера была снесена, и огромное количество выбросов устремилось в небо. Но то, что летело прямо на него, выходило за пределы обычных выбросов. Размер был таков, что он мог бы раздавить всё тело Леонардо мгновенно. Даже если бы он попытался уклониться, как минимум одна нога неизбежно оказалась бы под ударом.

Ощутив смертельную опасность, Леонардо инстинктивно протянул правую руку. Он собирался применить заклинание и разрушить летящий валун. Но в тот же миг левая рука внезапно перехватила правое запястье.

На секунду дыхание перехватило. Разум, который он с трудом удерживал, заглушил инстинкт и прошептал:

«А если я не смогу сдержать силу?»

Он ясно понимал: малейшая искра могла запустить неконтролируемый процесс. А сейчас его состояние было хрупким, словно треснувший стеклянный сосуд.

Сомневаясь в себе, он вспомнил перешёптывания членов Совета за спиной. Эти слова, как липкая грязь, сковали его тело цепями и парализовали волю.

Поэтому он лишь беспомощно смотрел на приближающийся валун. Он боялся, что его же мана поглотит не только его, но и Хьюго, который бежал следом.

Мысли метались, как в лихорадке. И пока раскалённый камень почти касался его лба, он слышал только ускоряющийся стук сердца.

И вдруг.

Вжих—

В критический момент перед глазами пронесся синий луч. В ту же секунду тело Леонардо резко дёрнулось назад, будто его силой вырвали из воздуха.

Он не мог оторвать взгляда от раскалённой глыбы — и увидел, как синий свет, рассекая воздух, пронзил её.

Звук отставал от света, и спустя долю секунды грохот разрушения оглушил пространство. Камень не просто треснул — он рассыпался в пыль. Леонардо, зачарованный этим сиянием, не мог оторвать взгляда.

От давления воздуха острые обломки полетели ему в лицо. Он зажмурился и уже хотел отвернуться, как вдруг перед ним возникла широкая грудь, закрывшая обзор, будто защищая его.

— Лео...

Низкий голос, с примесью тяжёлого дыхания, донёсся сквозь знакомый аромат. Леонардо, застывший в оцепенении, вздрогнул и открыл глаза.

Подняв взгляд, он увидел обеспокоенное лицо Хьюго, мерцающее на фоне барьера, расцвечивающего тьму. Руки Хьюго уже крепко держали его за предплечья.

— Ты в порядке? Пришёл в себя?

Голубые глаза быстро пробежались по его лицу. Этот хриплый голос с примесью тревоги внушал тепло… и странное беспокойство.

Обычно опрятное лицо Хьюго было в поту, одежда порвана, из-под неё виднелись следы немалых ран. Сквозь разрыв на сильной руке проступали ожоги.

Леонардо, уставившись на эти следы, дрогнул ресницами. Его охватила паника. Мысль, что он не должен быть рядом с Хьюго, охватила всё существо. Он резко повернулся, чтобы сбежать.

— Не подходи!

— Подожди, Лео!

Хьюго потянулся за ним, но Леонардо, отчаянно вырываясь, грубо оттолкнул его руку. Он снова и снова пытался уйти, но Хьюго не отставал и снова схватил его за руку.

— Леонардо, успокойся и послушай меня—

— Я сказал, не подходи!!

Ослеплённый отчаянием, Леонардо закричал. Он резко махнул рукой, и воздух между ними вспыхнул от напряжения. Хьюго, в ужасе увидев приближающийся заряд, инстинктивно отклонился в сторону.

После ослепительного всполоха наступила тишина. Затем пришёл порыв ветра и ударная волна. Они замерли, глядя друг на друга, пока Леонардо не перевёл взгляд за плечо Хьюго — и увидел то, что натворил.

Чиииик— Бабах

Ток горячей маны, всё ещё пульсирующий вокруг, подталкивал их.

Перед ними, там, где только что были горы, теперь зияла широкая долина, словно выжженная гигантским пламенем. С земли поднимался пар, искры вспыхивали, как капли лавы.

Хьюго медленно обернулся, взглянул — и его лицо застыло.

От мощи удара, способного менять рельеф, по горлу у него дрогнул кадык.

...

Он снова повернулся к Леонардо. И тот почувствовал, будто проваливается в пропасть.

Он боялся, что Хьюго теперь увидит в нём чудовище. Бомбу замедленного действия? Убийцу, который едва не разнёс всё?

Но больше всего его разъедала мысль: если бы Хьюго не уклонился, он бы его убил.

— Пр... прости...

Прошептал Леонардо на грани дыхания. Побелевший, он развернулся и бросился прочь — туда, где Хьюго не сможет его найти. Хоть в лаву, хоть в ядро земли. Даже Палач не догонит его там.

Ощущая себя ходячей катастрофой, Леонардо обнял себя и исчез в дыму.

Но далеко уйти он не успел. Хьюго вновь встал на его пути — словно возник из воздуха.

Леонардо успел только осознать, как близко к нему оказалась крепкая грудь, — и Хьюго уже заключил его в объятия.

Ошеломлённый, он попытался вырваться, но не смог. Руки Хьюго надёжно удерживали его, и тёплое дыхание прозвучало у самого уха:

— Всё хорошо, Леонардо.

И в этот миг силы покинули его. Из губ вырвался беззвучный выдох.

Чутко заметив перемену, Хьюго аккуратно прижал его голову к своему плечу. Весь пейзаж — дым, сажа, пепел — исчез. В поле зрения осталось лишь тёмно-синее полотно формы и тепло шеи.

Запах Хьюго отогнал весь яд.

— Всё хорошо...

Голос, спокойный и устойчивый, вновь и вновь повторял это, оседая в ушах и сердце. Он словно гасил всё вокруг. Леонардо, всё ещё дрожащий, то учащал, то замедлял дыхание — как под действием лекарства.

— Ничего не случилось

Эти слова проникли прямо в душу. Леонардо, который ещё только что отталкивался, замер. Его руки бессильно повисли вдоль тела.

Хьюго медленно провёл ладонью по его голове, затем по шее. Одновременно он притянул его ближе, обхватив за талию. Он чувствовал, как горячее тело дрожит, готовое рухнуть, — и хотел стать опорой.

Но мир не замирал. Вокруг разрывались камни, воздух вибрировал от грохота.

Очередной взрыв в небе вырвал Леонардо из транса. Он резко поднял голову и прошептал с тревогой:

— Отойди, я могу причинить тебе вред

Мана, только что успокоившаяся, снова запульсировала. Его голос дрожал, в нём звучала мольба. Но Хьюго не отступил. Он ещё крепче сжал руки Леонардо, взглянул в глаза и твёрдо произнёс:

— Ты никого не ранил. Ты уничтожил материнское тело. Благодаря тебе мы живы.

— Нет, ты не понял... я... я могу сорваться...

Сжав глаза, Леонардо отвернулся, боясь, что мана взорвётся от эмоций.

Но Хьюго аккуратно коснулся его щеки. Поднял его подбородок, чтобы в золотых глазах отражался только он.

— Ты не теряешь контроль. Ты узнаёшь меня, слышишь мой голос

— Но...

— Даже если настанет момент, когда ты не сможешь сдержаться, это ничего. Я рядом. Я сильнее, чем ты думаешь.

—...

— Сейчас здесь только я — и только я смогу быть рядом с тобой.

Брови Хьюго дрогнули от напряжения. Его глаза сияли силой и искренностью.

— Так что… не убегай от меня, Леонардо

Тяжёлый голос дрожал, и пальцы, сжавшие предплечья Леонардо, вжимались крепче. Но не причиняли боли.

Скорее, это было словно тепло — будто его переполняющие чувства передавались через прикосновение.