Бермуды 208 глава
АйгеримВыражение Бруно было не просто серьёзным — в нём читалось отчаяние.
— Командир, нельзя. Это слишком опасно
Он отчаянно возражал, рискуя показаться грубым. Но Хьюго, словно ожидая подобной реакции, даже не дрогнул.
— Если взять за ориентир координаты 78, 453 южной зоны полуострова, то в радиусе десяти миль находится три небольших вулкана и один средний. Среди них тот, что ближе всего к месту, где сейчас кружит материнское тело, и несёт наименьший риск сопутствующего ущерба — это пик 158 с координатами 92, 511,394.
— Командир…
— Давайте выберем его в качестве основной цели. Засаду устроим неподалёку, а если существо не поддастся, как мы ожидаем, перейдём к другим вариантам.
— Командир—
Бруно снова и снова звал его, взывая.
— Эта операция была признана большинством, нет — почти единогласно, кроме одного-двух человек, не имеющей шансов на успех. Вы тогда воздержались от голосования, командир. Разве вы не думали так же?
— Я прекрасно понимаю, о чём ты говоришь. Но сейчас—
ГРОХОТ!
Будто торопя их с решением, в небе разорвался удар, подобный залпу пушек. Вибрация, сопровождавшая его, принесла с собой шквал ветра, мгновенно накрывший всё вокруг.
За хребтом небо вспыхнуло кроваво-красным, и Бруно, действуя на инстинктах, согнул колени, пригибаясь. Однако Хьюго, широко распахнув глаза, развернулся к источнику света. Красный отблеск залил его лицо, окрашивая голубые глаза в странный оттенок.
— Чёрт возьми…
Глухой вздох Хьюго рассеялся в воздухе, туда, где сыпались искры. Там, разрывая тьму, с ужасающей скоростью обрушивались тёмно-красные метеориты.
Воздух, раскалённый до экстремальных температур, заставлял землю колыхаться, как под маревом. Это зрелище было настолько нереальным, что могло показаться миражом, но порывы ветра, царапающие волосы и кожу, напоминали: это самая настоящая реальность.
И посреди этого хаоса, словно демоническое существо из огня, вспыхивал и исчезал золотой силуэт, мелькая с невообразимой скоростью.
Хьюго, быстро взяв себя в руки, вновь повернулся к Бруно:
— У нас ведь нет той роскоши времени, что была тогда, верно? Если сейчас есть хоть малейшая возможность перерезать дыхание этому чудовищу — разве мы не должны использовать её?
— Кроме Плана №5, у нас есть и другие операции, которые ещё не приведены в действие! Да, позиции барьерных камней постоянно меняются, но с их текущим расположением можно без проблем реализовать другие тактики! А если текущие планы не подходят, мы можем тут же выработать новый! — выпалил Бруно, выпрямляясь, словно пулемётная очередь.
Его взгляд скользнул по членам отряда, суетившимся вокруг, перенося раненых, в том числе рядом с Командиром. И только потом, выдохнув почти неслышно, он продолжил:
— Командир… Я понимаю, что это может прозвучать дерзко. Но это моя обязанность, моя роль в отряде подавления.
— …
— Я тоже прошёл через успехи и провалы множества операций, чтобы оказаться здесь. И честно говоря, даже используя всё своё воображение, я не могу оценить вероятность успеха Плана №5. Оставив в стороне, что это беспрецедентная операция — возможно ли вообще, чтобы люди… взорвали вулкан?
ГРОХОТ!
Будто отмахнувшись от его слов, очередные взрывы и ударные волны с новой силой накрыли их.
Бруно прищурился от пепла, забившегося в глаза, но, несмотря на это, воздвиг барьер за спиной Хьюго. А затем, будто сам признавая, что его доводы размылись под весом этих событий, сменил линию аргументации:
— Даже если как-то это получится… Как вы собираетесь удержать материнское тело прямо над кратером? Чтобы оно не вырвалось, нужны постоянные точечные атаки, способные нанести критический урон или хотя бы сбить его с толку… но кто знает, что случится, если всё это будет происходить прямо над кратером с выбрасывающейся лавой? И потом — последствия самого извержения…
— Делуа Ривера, командир 6-го батальона Центрального отделения, прекрасно чувствует и управляет потоками неживых объектов. Ты ведь помнишь все аргументы, которые она выдвигала на прошлом совещании? Если заново откалибровать позиции барьерных камней, опираясь на её расчёты, мы сможем свести к минимуму те разрушения, которых ты так боишься. Именно поэтому Леонардо сейчас и сдерживает монстра, чтобы дать нам время.
Хьюго указал рукой на вспышки света за своей спиной:
— Думаешь, это время, что нам дано, само собой разумеется?
Тон его оставался спокойным, но вместе с этим голос чуть повысился, а выражение лица стало холоднее. От этого Бруно на мгновение растерялся, не зная, что ответить.
И Хьюго, вновь вернувшись к спокойному тону, продолжил:
— А чтобы удержать материнское тело на месте… не обязательно атаковать. Разве среди заклинаний батальонного уровня нет печати, которая могла бы это сделать?
— Что?.. — Бруно, подумав, что ослышался, переспросил.
Он не хотел верить, что Командир предлагает именно то запечатывающее заклинание, о котором он подумал.
Бруно оставался молчалив, не желая вслух произносить это название, но Хьюго, опустив поднятую руку, едва заметно кивнул в ответ, словно подтверждая его догадку. Увидев этот решительный кивок, Бруно машинально провёл рукой по лицу, опуская её ко лбу.
— …Командир, если вы говорите о… Пентагоне…
Губы Бруно дрожали, лицо побледнело. Заклинание печати, которого он так боялся, было именно «Пентагон» — одно из самых сложных барьеров RAID 5-го уровня, требующее одновременного применения шестью магами уровня командиров батальонов Совета.
Пятеро заклинателей формируют правильный пятиугольник, равномерно расположившись по вершинам. Каждый из них создаёт мощнейшее гравитационное поле в свою сторону. В точке пересечения этих пяти полей, в центре пятиугольника, образуется искажение пространства-времени, и поток времени в этом месте замедляется.
Любая цель, попавшая в эту гравитационную воронку, будто оказывается во временной ловушке — её движения резко замедляются, словно время остановилось. Только существа, обладающие трансцендентной природой или духовной сущностью, невосприимчивы к этому эффекту. Для всех остальных это выглядело как застывшая фотография момента. Подобный метод был идеален для сдерживания материнского тела, движущегося с бешеной скоростью.
Но у этого заклинания были как преимущества, так и весомые недостатки. Насколько бы силён ни был монстр, зверь или маг — если он был живым существом, ходящим по этой земле, он попадал в эту ловушку с почти гарантированной вероятностью. Преимущество — эффективность близкая к 99%. Недостаток — заклинание длилось крайне недолго.
Причина заключалась в том, что даже сами заклинатели испытывали колоссальную нагрузку от этих гравитационных полей, способных искривлять пространство-время. Бывали случаи, когда они притягивались полями друг друга или даже разрывались под действием этих сил.
Поэтому ключевым моментом было удержание баланса всех пяти полей. А чтобы этот баланс сохранялся, в центре, сверху или снизу пятиугольника, должен стоять шестой маг — тот, кто обладал бы наилучшей выносливостью и ментальной стойкостью, координируя общее гравитационное поле и выдерживая основную нагрузку.
Но конец у подобного заклинания был предсказуем: даже несколько секунд работы в этом барьере оборачивались полным истощением всех заклинателей. Они неизбежно теряли сознание и падали без сил. Потому, хоть это заклинание и не считалось запретным, к нему прибегали лишь в случае национальных катастроф или бедствий.
И вот сейчас, когда Хьюго предлагал применить «Пентагон», Бруно резко возразил:
— Если мы используем его, то не только все командиры батальонов, но и вы, командир, будете выведены из строя. Если мы провалим операцию, у нас даже не останется шанса перейти к другому плану. Манна и силы уже на исходе — я не уверен, выдержат ли наши тела такое давление…
Произнеся это, Бруно с тревогой огляделся. Недалеко лежал Лайнер, едва живой, получающий помощь от лекаря. Чуть поодаль Делуа, стискивая живот, из последних сил останавливала кровотечение.
Это заклинание было настолько сложным, что могли использовать его только высокоуровневые члены Совета, на уровне командиров батальонов. И сейчас, без двух боеспособных заклинателей, было трудно набрать даже шестерых.
Именно поэтому Хьюго, который мог бы просто отдать приказ, терпеливо выслушивал возражения Бруно. Его участие тоже было критически необходимо для исполнения печати.
— Заместитель командира, может, всё-таки стоит попробовать? — вдруг раздался голос.
Хьюго и Бруно обернулись на источник. Это была Изабелла, командир 12-го батальона, ковылявшая к ним с растрёпанным видом.
Она тяжело дышала, время от времени сдерживая дыхание и морщась от боли в груди. Но её ясный, искренний взгляд был обращён прямо к Бруно.
— Мы все понимаем, о чём ты беспокоишься, заместитель командира. Но отступать нам больше некуда.
И тут же Делуа, приподнявшись с земли, опираясь на дрожащую руку, с болью в голосе добавила:
— Я тоже могу. Позволь мне участвовать
Хотя дыхание у неё вот-вот готово было оборваться, её слова прозвучали относительно твёрдо. Но Бруно, зная её состояние, поморщился. Она была не в состоянии выйти на поле боя.
Во главе с Хьюго Агридзендо, командиром Центрального отделения, сейчас были: Метеорион Клиндэр — командир 3-го батальона, сам Бруно как заместитель командира Южного отделения, Хавьер Кроу — командир 7-го батальона Южного отделения, и Изабелла Рослин — командир 12-го батальона.
Боеспособных магов уровня командиров батальонов было всего пятеро. Чтобы использовать печать, нужно было шестеро.
После долгих раздумий Бруно вновь повернулся к Хьюго, собираясь, наконец, высказать своё окончательное возражение. Он тяжело вздохнул, открывая рот.
— Командир батальона Лайнер Молтен находится в критическом состоянии, а ранения командира батальона Делуа Риверы также серьёзные. Нам не хватает одного человека.
В этот момент, словно опровергая эти слова, к троим резко подбежала ещё одна фигура. Это была Шарлотта, до этого остававшаяся рядом с Лайнером, которая сейчас, что было для неё нехарактерно, энергично тёрла глаза, пока они не покраснели.
— Я… Я справлюсь!
Её глаза, внезапно пронзившие тишину, пылали неописуемым гневом и упрямством. Острый, почти свирепый взгляд и голос, наполненный решимостью справиться с любой задачей, не оставляли сомнений.
Однако Бруно посмотрел на неё с явной неохотой. А Хьюго, сузив глаза, спросил Шарлотту:
— Для применения этого запечатывающего заклинания требуется колоссальная ментальная сила и выносливость, с которой едва справляются даже командиры батальонов. Я ни в коем случае не умаляю твоих качеств как отличного офицера, но это не та роль, которую может взять на себя заместитель командира. Понимая это… ты всё равно готова?
Несмотря на подробное объяснение Хьюго, взгляд Шарлотты не дрогнул. Напротив, она ещё раз вытерла заплаканные глаза, затем выпрямилась и, встав по стойке смирно, твёрдо ответила:
— Если мой идиот-начальник может это сделать, то и я смогу. Прошу, доверьтесь мне.
Её голос, прозвучавший в их ушах, не дрожал ни на мгновение. Эти слова уверенно поселили в умах всех присутствующих мысль: способности Шарлотты ничуть не уступят уровню командира батальона.
Услышав её ответ, Хьюго быстро окинул взглядом окружение, перебирая в уме всех, кто мог участвовать в операции. Затем вслух пересчитал:
— Включая Шарлотту Хастингс, всего пятеро
В конце концов, его взгляд вновь остановился на Бруно. Тот открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но затем, под напором решительных взглядов окружающих подчинённых, так и не произнёс ни слова и молча кивнул.
Увидев это, Хьюго коротко кивнул в ответ. Затем, встречаясь взглядом с каждым из командиров один за другим, он произнёс в торжественном тоне, перекрывая грохот взрывов:
— Похоже, все собрались. С этого момента сосредоточьтесь на моих словах