Бермуды 187 глава

БАХ—!

Чёрные искры с силой столкнулись с дыханием материнского тела, летевшим прямо в лобовую. Из-за этого остриё насыщенной маны едва не задело существо за шею.

Высоковольтный разряд, вырвавшийся из руки заклинателя, вместо этого пронзил левую ступню материнского тела, когда оно попыталось отразить атаку. Хотя казалось, что регенерация начнётся скоро, подёргивающаяся плоть была настолько обожжена, что восстановление займёт гораздо больше времени, чем при обычном разрыве.

Леонардо молниеносно оказался под телом матери, уклоняясь от ядовитых игл, летевших прямо в глаза. Затем, сжимая в руке яростные искры, будто готовые пожрать и его самого, он на полном ходу ринулся к вновь отросшему хвосту.

Возможно, потому что его уже однажды отрубали, область вокруг хвоста существа была покрыта полупрозрачной плёнкой. Увидев это, Леонардо немедленно телепортировался за спину материнского тела. С глазами, сверкавшими, словно молнии, и собранной волей, он вложил всю инерцию в удар по затылку.

БАМ—

Однако решающий удар вновь не достиг жизненно важной точки. Виноваты в этом были ядовитые иглы, внезапно выстрелившие вверх среди яростно разлетающихся искр. Леонардо в спешке взмахнул рукой, чтобы перерубить острые шипы, и, добившись лишь малой цели, вновь выпустил молнию, чтобы увеличить дистанцию.

Оставив позади яростный рёв, он скрылся в клубах пепла и дыма. Затем, быстро кружась вокруг материнского тела, он затаился в ожидании следующей возможности нанести удар.

Тень то возникала, то исчезала, и, чувствуя её, существо с гиперчувствительными сенсорами подняло выросты и увеличило скорость полёта. Оно старалось не давать возможности прицелиться и в то же время искало момент для контратаки.

Продолжая скрываться и наносить дальние удары, можно было повредить некоторые участки тела, но существо теперь прикрывало всеми возможными частями только жизненно важные точки. В такой ситуации, если продолжать атаки с пониженной точностью, его настороженность лишь усилится, возможности станут всё более редкими, и, скорее всего, первым устанет именно он.

Сознавая это, Леонардо затаил дыхание, наблюдая за движениями королевы, стараясь действовать с осторожностью. Хоть он и поставил цель выжимать максимум маны при минимальных попытках, это намерение оказалось недолговечным. К несчастью, в этот момент под его левым глазом началась дрожь.

Сильно нахмурившись, он увеличил дистанцию от материнского тела. Полностью погасив искры в руке, он твёрдо прижал ладонь к дрожащему глазу.

— Чёрт… Паралич уже начинается?

Он пытался сохранять хладнокровие, но внутри уже закрадывалось беспокойство. Симптомы отравления, ранее нестабильные, начали проявляться всё отчётливее.

Леонардо крепко сжал губы и сразу же резко растёр правой рукой область левого плеча и шеи. Ощущения в этих местах действительно притупились. Более того, кровообращение, казалось, замедлилось — реакция тела отставала от восприятия мозга примерно на полсекунды.

Как и ожидалось, количество Дегалианифа, что дал ему Агризендро, оказалось ничтожно малым, чтобы нейтрализовать яд, попавший в плечо. Хотя он и приложил измельчённое растение к ране, это лишь немного замедлило распространение яда, но практически не повлияло на детоксикацию.

Об этом свидетельствовали особенно сильный звон в левом ухе и ощущение, будто по коже ползают насекомые. А дрожь под глазом говорила о том, что яд, возможно, уже добрался до кровоснабжения мозга.

Перед выходом он в спешке обыскал рушащуюся крепость, но, возможно, из-за завалов камней, не нашёл ни единой травинки, похожей на Дегалианиф. Единственное, что можно было назвать «удачей», — это то, что симптомы паралича начали снижать боль в рёбрах.

— …Чёрт, и это по-твоему удача…

Леонардо, до этого молча смотревший в пространство, усмехнулся своим попыткам найти хоть какую-то надежду в безнадёжной ситуации.

В таком состоянии его скорее разорвёт пасть, чем он поймает существо. Симптомы паралича, похоже, уже добрались до головы и начали нарушать мышление.

Кап-кап—

В этот момент мелкие капли воды вдруг упали с неба, задевая глаза и переносицу. Он рефлекторно поднял взгляд — небо было покрыто облаками, явно наполненными влагой.

Медленно усиливающийся дождь стал приглушать бушующее пламя на земле, холодно омывая головы и лица множества людей.

И в этот момент взгляд Леонардо сам собой метнулся к материнскому телу, сражающемуся с командирами.

Из трещин в его шкуре продолжали вырываться языки пламени, испаряющие капли дождя. Однако влага не исчезала мгновенно. Напротив, капли собирались одна за другой, пропитывая поверхность шкуры, и по мере того как дождь усиливался, зона увлажнения увеличивалась.

Хьюго, молча наблюдавший за существом, вдруг прищурился — у него возник план.

«Если вся поверхность тела пропитается дождевой водой…»

Продолжая спокойно размышлять, он преобразовал меч в длинное, тонкое ледяное копьё. Затем он активировал магический круг в небе, чтобы в определённом радиусе ливень стал вдвое сильнее.

Дождевые капли, падающие с облаков, соединялись с теми, что создавались магическим кругом, и в воздухе превращались в мощный ливень, мгновенно заливающий землю.

Материнское тело, почувствовав неладное от внезапного ливня, подняло голову. Когда между облаками на миг вспыхнул синий магический круг, существо, почувствовав угрозу, расправило крылья, намереваясь вырваться за пределы магического радиуса.

В тот же миг Изабелла, получив сигнал от Хьюго, бросилась в сторону, куда было обращено лицо существа. Сжав руки, она создала густую, мрачную ядовитую жидкость. Материнское тело на мгновение замерло, затем резко изменило направление.

Командиры батальона с мечами один за другим устремились вперёд, угрожая жизненно важным точкам существа и преграждая путь к отступлению. Снизу солдаты вели огонь, не позволяя существу опуститься на землю.

Оказавшись вынужденным кружить в воздухе, материнское тело продолжало размахивать крыльями и постепенно всё больше намокало под сильным дождём. Газ и пламя по-прежнему вырывались из трещин в теле, но под мощным ливнем их сила заметно уменьшилась.

Хьюго, скрывая своё присутствие и наблюдая за происходящим, заметил, что количество пара, поднимающегося от существа, уменьшилось. Он немедленно запустил сигнальную ракету, насыщенную маной, над своей головой, встретился глазами с командирами — и тут же исчез с места.

Когда в сером небе внезапно вспыхнул голубой свет, глаза материнского тела рефлекторно метнулись в ту сторону. Как будто предчувствуя нечто опасное, оно резко взвилось, и даже раскололо череп.

Из трещины выползли три змееобразных существа, вытянув головы, будто ища источник присутствия. В тот момент, ощутив резкий поток холода, они одновременно подняли глаза.

Фигура с ледяным копьём быстро приближалась. Змеи взвились, намереваясь тут же разорвать незваного гостя.

Но Хьюго, предугадав это, не стал уклоняться от хищных щупалец. Он дождался, пока они окажутся прямо у его лица, и лишь тогда прошептал заклинание:

— Замри.

Шкура материнского тела, пропитанная дождём, внезапно застывает, словно время остановилось. Глазные яблоки замерли, неспособные двинуться ни вправо, ни влево. В этот же момент с двух сторон от Хьюго появились Метерион и Изабелла.

Три человека одновременно подняли копьё, меч и серп. И в тот миг, когда эффект заморозки стал слабеть, они одним ударом отсекли выступающие выросты существа.

Три маленьких чудовища, распахнув пасти, были пронзены насквозь летящим ледяным копьём. Изрыгнув странные жидкости, они тут же были разрублены пополам и погибли.

Кьяяяяк—!

В одно мгновение, лишившись всех выступов, заменявших глаза и уши, материнское тело испустило невыносимый крик боли и выпустило жар по всему телу. Из-за этого лёд на поверхности тут же растаял, и, вновь обрётши подвижность, оно пришло в неистовое бешенство, размахивая хвостом и когтями во все стороны.

Подоспевшие командиры батальона поспешно отступили, едва избежав ударов. Хьюго тоже увеличил дистанцию, используя отскок от сжатого воздушного шара перед собой.

И в тот же миг внезапный жар обдал его спину. Поток пламени пронёсся мимо него, прежде чем он успел обернуться.

— Все, в сторону!

И в тот момент, когда голос Леонардо прорезал воздух, ослепительная диагональная вспышка ударила с неба.

Золотая молния, спустившаяся по струям дождя, угодила прямо в голову материнского тела.