Бермуды 173 глава
АйгеримДудудуду—
Даже паря в воздухе, Хьюго почувствовал, как пространство вокруг него вибрирует неестественно. На мгновение он усомнился в собственных чувствах.
Нечто неопределённое вызывало цепную вибрацию, поднимающуюся снизу — и это были не единичные существа, а несчётное множество.
Хьюго быстро осматривал туман, тревожно вглядываясь в пространство. В этот же момент крики чудовищ — не столько произнесённые, сколько вырвавшиеся наружу, — начали сливаться в одну точку, сдавливая его грудь.
Не теряя времени, Хьюго создал тонкий длинный меч, которым почти не пользовался. Обстановка была буквально адской, скорость образования льда — крайне медленной. Удерживать тяжёлый клинок было бы невозможно.
Чтобы доказать это, на кончике ледяного меча начали собираться капли воды — лёд таял. Затупившееся лезвие, не до конца замёрзшее, блеснуло от влаги.
И в этот момент, словно их местоположение выдало себя, за его спиной раздался знакомый чудовищный вопль:
Кьяааак—!
Хьюго инстинктивно сжал рукоять и, разворачиваясь, с высокой скоростью нанёс удар вниз.
Шея Иллаптора была насажена прямо на клинок. Существо, мчась на него, было остановлено в шаге. Оно всё ещё судорожно клацало челюстями, словно жалея, что не достигло цели, но ледяное лезвие, пронзившее его горло, не позволяло ему издать и звука — только шипение.
Из углублений десён закапал вязкий яд. Место, где рукоять меча соприкасалась с ядом, зашипело, закипело — и в итоге расплавилось. Остаток меча вместе с телом существа обрушился вниз.
Хьюго, следивший за этим взглядом, вдруг резко расширил глаза.
— Командир!
В этот момент сверху — точно вовремя — раздался голос.
Он тут же вскинул голову: к нему приближались Изабелла (командир 12-го батальона) и Метерион (командир 3-го). Они не смогли найти Лайнера, но пошли на звук голоса, звавшего его.
Однако на радость не было времени — Хьюго тут же показал им рукой сигнал подниматься и громко крикнул:
— Установить барьер RAID 2 на высоте 100 метров!
Они замерли на мгновение. Изабелла, непривычная к подобной срочности, почувствовала тревогу в голосе командира — и немедленно изменила курс. Поднимаясь над густым туманом, она инстинктивно обернулась…
И её лицо мгновенно побледнело от шока.
— Что это…
Она увидела причину, по которой командир так отчаянно кричал.
Из глубин, среди жёлтого тумана, вспучивались чёрные массы. Казалось, что это единый живой сгусток, корчащийся и бурлящий, но время от времени от него отрывались куски плоти и, издавая дикие крики, взмывали вверх.
Когда она продолжала наблюдать, задаваясь вопросом, что это вообще такое, стало ясно: это было огромное количество Иллапторов, число которых невозможно было сосчитать. Они поднимали уровень газа, разъедая стены, пока карабкались вверх.
Они цеплялись за головы своих сородичей, использовали друг друга как опору, карабкаясь вверх по стенам. Вид, как они кусают и разрывают друг друга, вгрызаются когтями в шкуры и глазные яблоки, вызывал в памяти адское безумие.
Метерион, добравшийся примерно в то же время, посмотрел туда же. Его лицо сразу же исказилось, и в глазах появилось выражение презрения и отвращения, словно он смотрел на клубящихся паразитов.
Хьюго, появившийся среди всего этого хаоса, заметил двух парящих в воздухе людей и снова крикнул:
— Быстрее, двигайтесь!
Услышав голос командира, они, словно только сейчас пришли в себя, резко устремились вверх.
Поднявшись строго вертикально, не успевая даже толком оценить обстановку, они остановились на заранее определённой высоте. Несмотря на то, что это была их первая совместная операция, они без слов встретились взглядами, кивнули — и разошлись в разные стороны.
Они прижались к противоположным стенам и вытянули руки навстречу друг другу. Из кончиков их пальцев вырвались нитевидные потоки маны, которые пересеклись в воздухе и замкнулись в линию.
Эта линия разрослась вверх и вниз, пересекая всё пространство, превращаясь в широкую, полупрозрачную завесу, закрывающую всё без зазоров. Это был барьер, защищающий стены от ударных волн.
Хьюго, подняв голову и убедившись в завершении создания барьера, вновь посмотрел вниз. Волна монстров вздымалась вверх с ужасающей скоростью, окрашивая стены и землю в угольно-чёрный.
Он всё ещё не знал, почему эти существа, прежде скрытые, внезапно показались. Но какова бы ни была их цель — он должен был остановить их выход наружу.
Сделав выбор, Хьюго тут же сложил руки в атакующую позицию. Но тут он вспомнил о Лайнере, который мог находиться внизу — и на мгновение замер.
Он знал силу Лайнера, верил в его живучесть. Но… выдержит ли он этот удар?
Раздумывать было некогда. Чёрная волна надвигалась — и Хьюго, стиснув зубы, прошептал:
— Пожалуйста… держись.
Между его ладонями закрутилась ледяная мана, образуя стремительный вихрь. Голубая энергия столкнулась с жаром, поднимающимся снизу, и между ними пробежали невидимые искры. Поток ускорился, концентрируясь в точке, и стал смертоносным сгустком силы.
Хьюго поднял руки, направляя их вниз, на рой чудовищ — и произнёс заклинание:
— Экселайон
Из его рук вырвался высокоскоростной голубой луч, пронзительный, как визг. Он ударил прямо в чёрную массу.
Существа, словно рой пчёл, метнулись в стороны, но луч накрыл их — и громовой взрыв разнёсся по пещере.
Киииик—!
Кьяааак—!
Стена, по которой прошёл луч, обрушилась, Иллапторы, карабкавшиеся вверх, рухнули вниз. Одни взорвались, другие повисли на обломках, пронзённые ледяными шипами.
Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять — атака была мощной. Но… недостаточной.
Если бы не магическая печать, подавляющая ману, эффект был бы в разы сильнее. Из-за этого Хьюго не мог использовать свою полную силу. Даже барьер, возведённый командирами, и тот частично искажал его заклинания.
Вскоре другие существа опять начали подниматься, топча трупы. Следы разрушений исчезли — ситуация вернулась к прежнему состоянию.
Однако времени на отчаяние не было. Хьюго вновь собрал ману в ладонях. Он видел, как монстры цепляются за щели между колоннами и пытаются проникнуть внутрь.
Даже самый прочный барьер может быть пробит, если в одном месте сосредоточить атаку. Он резко сменил цель — и направил ладонь туда.
Дым закружился, ману на кончиках пальцев можно было почувствовать кожей, она буквально дрожала от напряжения…
И тут раздался крик:
— Увернись!
Хьюго резко поднял взгляд.
Леонардо.
Он нёсся на него на пределе скорости, а затем — врезался и оттолкнул.
Сила удара была настолько велика, что тело Хьюго отлетело в сторону, и вся накопленная мана вырвалась в другом направлении.
Раздался грохот
Кваааанг—!
Двое, сцепленные друг с другом, ударились о перила и колонну, словно выброшенные вихрем. Но сила столкновения была такой, что они пробили каменную стену и влетели в узкую пещеру. В тот же миг потолок и вход обрушились, подняв в воздух пыль и дым, закрутив их в беспорядочном водовороте внутри и снаружи.
Хьюго, ощутив удар всем телом, инстинктивно обнял того, кто влетел в него, прижимая к себе голову и спину Леонардо, укрывая их плечом и грудью. Сам он уткнулся лицом в золотистые волосы.
Когда, наконец, падение прекратилось и они, перекатываясь, замерли в узком проёме, они оказались буквально слиты в одно целое — стиснутые обломками.
Вшшшш—
Хьюго с силой выдохнул воздух сквозь плотную пыль. Его кружило, но он не разжимал объятий. Его пальцы, щёки и дыхание ощущали тепло чужого тела.
Он медленно приоткрыл глаза — и сквозь спутанные пряди волос заметил, как Леонардо приподнимает голову.
Хьюго, с трудом сфокусировав взгляд, заметил, как что-то мягкое касается затылка. Леонардо обеими руками обнимал его, будто защищал.
— …Леонардо…
Полусонным голосом Хьюго произнёс его имя, едва касаясь дрожащих ресниц пальцами. На этот хриплый, почти шёпотный зов Леонардо сразу ответил — наклонился ближе и прикрыл его губы ладонью:
— Тшш
Тихое "ш" коснулось его лица. От этого едва уловимого прикосновения дыхание Хьюго застыло. Он не стал спрашивать — просто вглядывался в золотые глаза.
Их груди прижимались друг к другу. И сердцебиение, которое передавалось, было ровным, но тревожным.
Он подчинился — и тут ощутил странную тишину.
Все прежние звуки — шипение, крики, рев — пропали.
Было жутко тихо.
Ещё недавно оглушающие вопли заставляли его закрывать уши. Теперь — ни звука. Лишь дыхание Леонардо, щекочущее ухо, и…
…чавканье.
Глоть— гырлык— ккадык…
Чвак… чвак…
Глаза Леонардо дрогнули — и повернулись к выходу из пещеры. Хьюго, вспомнив то, что мелькнуло в поле зрения во время отлёта, тоже медленно приподнялся, следуя за взглядом.
Там, в проёме, замерла тень.
Синие глаза Хьюго раскрылись всё шире.
«Монстр?»
Он видел много уродов. Но такого…
Перед ними было нечто, которое можно было описать лишь одним словом — чудовище.
Один коготь, огромный, как крюк, впился в край прохода. Только по этому когтю можно было понять, насколько оно громадное.
Кожа — тёмно-красная, как расплавленная лава. Растрескавшаяся, будто обугленное дерево. Между трещинами — дым и разлагающееся пламя.
Нижняя челюсть — деформированная, усеянная шипами, как у морского ежа. На блестящем, вытянутом черепе — три костяных выступа, полузакопанных в плоть.
Пять чёрных глаз по бокам головы. Два красных зрачка — в центре.
Это существо казалось воплощением всех монстров полуострова в одном теле.
Выступы на голове начали шевелиться, словно яйца насекомых, ощущая движение воздуха. Во рту, раскрытом до самой шеи, виднелись десятки Иллапторов, застрявших наполовину. Они дёргались, но с каждым движением челюсти — затихали.
Из-под пасти свисали кроваво-красные щупальца, а между ними — обрывки тел.
Один труп в форме Совета был буквально насажен на шип. Грудная клетка была разорвана, органы висели наружу. Череп — наполовину вскрыт, мозг торчал из треснутой головы.
— Голоден.
И этот голос не прозвучал в ушах.
Он прорезался прямо в мозгу.
— Голоден.
Леонардо схватился за голову — в висках врезалась боль, будто когтями скребли по глазам.
— Голоден.
Он хотел закричать. Будто кто-то грыз ему череп изнутри.
— Голоден.
Чудовище дожевало остатки тела, облизываясь длинным, омерзительным языком. Его пять глаз начали вращаться…
И остановились на них.
И в этот момент всё прекратилось.
Голоса. Боль. Эхо.
Тварь растянула пасть в подобии улыбки.
Красные зрачки слились в горизонтальную линию, как у козла.
Эта кривая линия улыбалась.