Бермуды 113 глава

На самом деле, мысли Хьюго сильно отличались от предположений Лайнера. Однако, когда угрюмая атмосфера среди бойцов 1-го батальона мгновенно изменилась после слов Лайнера, Хьюго предпочел промолчать ради них. И ещё по одной причине.

Несколько часов назад, когда они впервые обнаружили обугленные следы под землёй, Хьюго, подобно Лайнеру, испытал огромное облегчение, думая, что это мог быть след магии Леонардо. Однако, проведя рукой по обгоревшему следу, он сразу ощутил странное чувство несоответствия.

До недавнего времени Хьюго был напряжён из-за проблем Леонардо с контролем магии, поэтому тщательно изучал все следы, оставленные им. Впечатление от этих следов всегда было одинаковым — разрушительные, но в то же время очень чёткие, резкие и гладкие.

Например, красный луч, который Леонардо использовал чаще всего, хоть и обладал небольшим радиусом поражения, мог мгновенно создать сверхвысокую температуру в одной точке. Скорее, он не плавил цель, а полностью аннигилировал её, буквально уничтожая без следа.

Объекты, пробитые этим лучом, оставались с цилиндрическими отверстиями, края которых были лишь слегка обожжены, а вокруг всё оставалось пугающе чистым. Поэтому обугленные и как будто расплавленные следы в туннеле выглядели совершенно иначе, чем то, что он ожидал бы увидеть.

Разумеется, разница в стиле не отменяла того факта, что эти следы были оставлены мощной магией огня. Обычная магия и близко не смогла бы расплавить породу.

Кроме того, во время падения Леонардо был почти полностью истощён, а ситуация была крайне критической, поэтому только на основании разницы в следах было бы неразумно утверждать, что это не он их оставил. С точки зрения логики, было проще предположить, что это всё-таки его магия.

Но была одна деталь, которая вызвала у Хьюго подозрения.

Когда они раскапывали завалы у прохода, ведущего к другой вершине, они обнаружили отпечаток ноги, который с первого взгляда можно было бы и не заметить.

Лайнер, похоже, принял его за след Леонардо, но Хьюго знал, что размер не совпадал, да и рисунок подошвы был явно другим.

Проблема заключалась в том, что этот отпечаток был частично стёрт, словно намеренно скрыт. А рядом с ним местами просматривались волочащиеся следы, будто кого-то тащили по земле.

Боевые ботинки Совета имели на носке и пятке мелкие зубчатые выступы, специально предназначенные для того, чтобы оставлять заметные следы в случае опасности или если человек потерял сознание и его волокли.

И именно такие следы были оставлены рядом с размытым отпечатком, который обнаружил Хьюго. Кто-то пытался стереть их, размазывая ногой, но, вероятно, из-за нехватки времени не сумел скрыть их полностью, и кое-где оставались отдельные, прерывистые фрагменты.

Другими словами, если тот след не принадлежал Леонардо, значит, Кениса тащил кто-то другой, пока он был без сознания. И поскольку следов его военных ботинок, оставленных при волочении, изначально не было видно, а обнаружились они только ближе к тому месту, Хьюго задался вопросом: не использовал ли человек, уносивший Кениса, магию, чтобы скрыть следы, и не пришлось ли ему на мгновение положить его на землю, чтобы сделать это.

Были задействованы обе руки, но причина, по которой пришлось опустить Кениса, могла заключаться в том, что обеими руками в тот момент воспользоваться было невозможно. Если так, то вполне вероятно, что Леонардо находился в другой руке.

Другими словами, Кенис и Леонардо действительно прошли этим путем, но, возможно, их переместил кто-то другой, и оба могли быть без сознания.

Хьюго, который молча погрузился в размышления, собрался с мыслями и вернулся к обсуждению, где шло совещание о подземном пространстве и пропавших людях.

Когда он, до этого лишь наблюдавший за ситуацией, вдруг ощутил на себе чей-то взгляд и повернул голову, то увидел, что командир 8-го взвода смотрит на него с беспокойством.

Хьюго, встретившись с ней взглядом, на мгновение потер лоб. Будучи умной и обладающей хорошей проницательностью, она, вероятно, давно заметила странные признаки, глядя на выражение лица своего командира.

Упрекая себя за то, что совершенно не смог сдержать эмоции, Хьюго снова повернулся к остальным и открыл рот, чтобы развеять ее тревогу.

— Несомненно, оба ещё живы.

Как только командир, до этого хранивший молчание, заговорил, все остальные прекратили разговор и сосредоточили внимание на нем.

— И направление, в котором нам следует двигаться, стало яснее.

Хьюго взял фигурку, стоявшую на краю стола, поставил её на карту и сказал:

— Командир батальона Молтен, вы и весь 9-й батальон продолжите двигаться строго на юг и присоединитесь к группе преследования Дермокасов. Отправляйтесь, найдите тела наших бойцов и выясните, какова была цель пропавшего командира 4-го взвода.

От долгожданного приказа в глазах Лайнера вспыхнула искра.

— Да, понял.

Как только прозвучал этот уверенный ответ, Хьюго тут же перевел взгляд на Делуа и спросил…

— Командир батальона Ривера. В настоящий момент заместитель командира Диас возглавляет основную часть 6-го батальона?

— Да, верно. Сейчас они находятся в режиме ожидания возле равнины и высоты 63 в западном секторе.

— 6-й батальон Центрального отделения вернется в основное подразделение с наступлением рассвета и присоединится к ним. Начав с туннелей в районе высот 63 и 64, двигайтесь в юго-восточном направлении, проводите топографическую разведку и ищите гнезда. Всех встреченных монстров уничтожайте немедленно, но если обнаружите гнездо, сообщите мне через связного и оставайтесь поблизости. Если же возникнет ситуация, при которой вы не получите ответа в течение более чем трех часов из-за того, что связной не успевает за мной и 1-м батальоном, следуйте приказам заместителя командира Амоса в штабе пограничной зоны.

— Да, понял.

Выслушав ответ Делуа, Хьюго также вкратце проинструктировал командиров других батальонов относительно их дальнейших действий. Затем он распустил батальоны, которые уже получили приказы, велев им отдохнуть перед следующим днем.

После этого его взгляд, наконец, обратился к членам 1-го батальона.

Как только командир посмотрел в их сторону, собравшиеся бойцы 1-го батальона выпрямились, встав в строй с напряженными выражениями лиц. Командир 8-го взвода стояла во главе их строя.

Хьюго внимательно изучил выражения их лиц, затем взглянул на часы на запястье, взял лежащий рядом защитный жилет, надел его и заговорил.

— 1-й батальон, включая меня, с этого момента меняет свою главную цель.

При звуках его торжественного голоса даже командиры других батальонов, уже получившие свои приказы, снова повернули головы в его сторону.

Застегнув пряжку ремня, пересекающего грудь, и плотно затянув пояс, Хьюго обвел взглядом численность бойцов и продолжил:

— С этого момента наша основная цель — не подавление врага, а полное сосредоточение усилий на спасении Леонардо Блейна и Кениса Вебера.

Число бойцов, на которых он смотрел, было меньше на двоих, и теперь им предстояло найти этих двоих.

— Мы несем ответственность за то, что не смогли защитить наших товарищей, и никогда не оставим их под палящим зноем полуострова и во власти чудовищного болота. Закончите все приготовления в течение пяти минут и немедленно выступайте. Ночь будет долгой, так что подготовьтесь как следует.

— Так точно!

Как только он закончил говорить, бойцы, словно только этого и ждали, в едином порыве разошлись выполнять приказ.

Они немедленно начали собирать свои вещи, надевать защитное снаряжение и экипировку, готовясь к боевым и поисковым операциям. Хьюго, наблюдая за разошедшимися бойцами, перевел взгляд на наручи, которые Флинн подготовил заранее, чтобы завершить оставшиеся приготовления.

И в этот момент его взгляд зацепился за командира 8-го взвода, которая все еще стояла на месте, не двигаясь.

В отличие от бойцов взвода, занятых сборами, она не сдвинулась с места и продолжала смотреть на Хьюго. При этом его бровь едва заметно дернулась вверх, но в этот момент командир 8-го взвода, которая до этого молчала, медленно заговорила.

— Командир.

Она размышляла о причине того, почему выражение его лица не прояснилось. И эти размышления привели к ряду гипотез, которые в конце концов сошлись в единственный вывод.

— Вы случайно не нашли тело постороннего у подножия утеса?

Даже задав этот вопрос, она невольно сглотнула. В голову не приходило ничего другого, что могло бы объяснить это зловещее чувство.

Хьюго молча уставился на нее, затем повернул голову в сторону места обрушения и спокойно ответил:

— Нет, там вообще не было никакого тела.

Выслушав его решительный ответ, командир 8-го взвода сжала губы и бесшумно вздохнула.

Ее лицо мгновенно помрачнело, и голова постепенно опустилась. В голове снова и снова всплывали неприятные сценарии, которые она мысленно прокручивала.

Хьюго, некоторое время смотревший в сторону превращенного в пустошь обломков, снова перевел взгляд на нее и взял лежавшую рядом защитную экипировку.

Натягивая наручи на правую руку, прошедшую через операцию по наложению швов, он заметил ее застывшее выражение и вновь заговорил.

— Не волнуйся. Просто тело не было найдено, но это не значит, что тот человек с ними.

Командир 8-го взвода снова подняла взгляд на него.

— И даже если он жив, сейчас он будет занят только одним — побегом.

Темные тучи, тяжело нависшие в небе, медленно поползли в сторону, обнажая скрытую луну. Лунный свет, спустившийся на землю, осветил фигуру, стоящую перед ней.

Хьюго, завершив последние приготовления, туго затянул ремни защитного снаряжения на правой руке, после чего встретился взглядом с командиром 8-го взвода, которая не отводила от него глаз. Лунный свет, пролившийся на его лицо, делал холодные голубые глаза еще более жесткими и пронизывающими, усиливая их остроту.

Командир 8-го взвода ощутила гнетущее давление, исходящее от стоящего перед ней человека. Однако казалось, что дело не только в свете луны. Его взгляд, опущенный вниз, оставался внешне спокойным, но воздух вокруг был пропитан жестокостью. В глубине тех глаз, в которые она смотрела, не было ни капли сомнения—там бушевало чистое, безоговорочное намерение убивать.

В этот момент напряженные губы Хьюго медленно разомкнулись, и его низкий голос прозвучал, словно клятва.

— Но если этот ублюдок превзойдет мои ожидания и причинит вред этим двоим...

Командир 8-го взвода давно не видела своего командира таким.

— Тогда он умрет от моей руки.