Белоснежные. 1/?

Вечер был душным, жарким, однако в сравнении с тем адом, что царит на улице днём, казался почти прохладным. Сквозь приоткрытые окна в затхлый дом поступал уличный воздух — нечто необходимое, ставшее в нынешних условиях недоступным. 

Лололошка вздохнул и оторвался от стекла, за которым разглядел лишь обуглившиеся трупы тех, кому не повезло. Впрочем, может быть, наоборот, повезло? Еще немного, и, кажется, Лололошка будет готов признать правоту сектантов: смерть в нынешних условиях действительно спасение. 

Кстати, о сектантах. Не так давно наведался сотрудник КЧС, да и забрал их. Обещал вернуться, обвинял в пособничестве зловредным группировкам, нагнетал проверками, карантином — да и пусть. Угрозы теряют смысл, когда дожить до завтра становится сложной задачей. Почти что непосильной. 

Стук в дверь вывел из тревожных мыслей, но стал лишь очередным витком для паники. Лололошка вздрогнул и уставился на нее, будто бы пытаясь определить сквозь деревянные доски, кто стоит у него на пороге. Гость? Человек? Свой? Чужой? Тишина в доме напрягала как никогда, и навевала одну простую истину: сейчас он в доме один-одинешенек. Если визитер захочет его убить — ничего уже не поможет. 

Почти на цыпочках юноша подобрался к дверному глазку и выглянул наружу, осматривая силуэт стоящего человека на наличия дефектов. Было темно, но различить стройную мужскую фигуру у Лололошки получилось на ура. Лицо было видно плохо, однако на лоб точно спадала темная челка, а шея была укутана шарфом, доходящим почти что до рта. Однако, что было интереснее всего — глаза незнакомца закрывали темные, солнцезащитные очки, и Лололошка даже не знал, с чего тут посмеяться, а с чего насторожиться. Так или иначе, человек скрывающий рот и глаза, доверия не внушал. Все признаки Гостя не то чтобы были — их, будто бы, хотели намеренно скрыть. 

— Приветствую тебя, запуганный, хмурый, уставший человечек! — голос незнакомца звучал настолько сюрриалистично, насколько и позитивно. Лололошку аж до мурашек пробрало от странного чувства диссонанса — он слишком давно не слышал в человеческой речи хоть нотку дружелюбия. Пусть даже такого… снисходительного. 

— Зачем ты носишь очки? — бросил Лололошка, всматриваясь в силуэт. — Они не спасут тебя от взрывающегося солнца. Тем более.. ночью. 

— Ах, спасибо, гений, как я сам не догадался! — собеседник театрально схватился за сердце, но тут же выпрямился, став серьезнее, и, кажется, подошел к двери на полшага ближе. — Раз уж ты сам это озвучил, то должен понимать, что меня может спасти. 

— Не должен. — упрямо возразил Лололошка. 

— Подумай получше. — ехидно заметил новый знакомый, и рефлекторно огляделся по сторонам, как будто бы ища угрозу.

— Нет. — отрезал Лололошка. 

— Ладно, я скажу! — проговорил юноша за дверью. — Меня может спасти только твое сострадание, любовь, доверие и готовность рискнуть собой ради ближнего своего! 

— Хочешь чтобы я тебя пустил. — утвердительно подытожил Лололошка и задумался. Все вокруг кричало о подозрительности этого человека, однако… сейчас он в доме совсем один… 

— Да! — воодушевленно кивнул незнакомец, и, кажется, взялся за дверную ручку. 

— Нет! — почти что на автомате воскликнул Лололошка. — .. Тебе.. лучше уйти. 

Воцарилась небольшая пауза, в ходе которой Лололошке показалось, что его дверь пристально сканируют на признаки слабости, сквозь черные стекла защитных очков. Затем последовал разочарованный вздох, и незнакомец отступил назад в темноту, на пару шагов. 

— Ладно! — он пожал плечами, пытаясь выглядеть непринужденно, но Лололошке показалось, что на лице молодого человека проступила легкая тревога. — Счастливо оставаться, гений! 

"Сам виноват…" — пронеслось в голове у Лололошки, который не стал дожидаться окончательного ухода незнакомца и, развернувшись, направился по коридору к спальне. — Ничего про себя не рассказал, сразу начал требовать, от ответов уходит! 

Следующие реплики уже были произнесены вслух. Казалось, что молчание и одиночество давят со всех сторон, и лишь собственный голос может хоть как-то спасти ситуацию. 

— Тц, ну что ж такое то. — продолжил вещать Лололошка недовольным голосом, и вновь выглянул в окно. — Ладно, я все сделал правильно.. 

Реплика оборвалась на полуслове. За стеклом, буквально в нескольких метрах от дома, мелькнуло знакомое, одержимое бледное лицо. Лололошка помнил, что прошлой ночью ему угрожали, и зловещее, гнилистое "ты один дома?" громом пронеслось в голове. 

Непрошеный, но частый Гость явно не обойдет стороной, и в этот раз застанет его в одиночестве. Спотыкаясь о ковер, Лололошка бросился назад, опережая стук, движимый одним, иррациональным стремлением выжить. Он не думал — он распахнул дверь и крикнул в темноту, надеясь услышать ответ, надеясь успеть. Счет шел на секунды: 

— Хей, ты здесь? Я передумал! Заходи! 

Молчание, и лишь шорохи повсюду. 

— Ты здесь? Ау! 

Лололошка прикусил язык, понимая, что своими криками лишь подтверждает свою беспомощность. Наверное, этой ночью наступит его конец.