Баллады для студентов. Часть I
Хореографы Софья Гайдукова и Константин Матулевский о балете «Баллады» на музыку Фридерика Шопена, поставленном для студентов Академии Русского балета имени А.Я. Вагановой.
• Расскажите, с чего начался этот проект.
Софья Гайдукова: Всё началось с уникальной находки в квартире Софьи Головкиной, моей бабушки. Я вместе с Константином разбирала шкафы, и где-то на самом дне последнего шкафа мы нашли два клавира – «Байка про петуха, лису, кота, да барана» и ноты Шопена.
Константин Матулевский: с рисунками Фёдора Лопухова!
Мы с Костей подумали – вот бы здорово сделать балет на эту тему. Нужна была, соответственно, какая-то идея, может быть про любовь, ведь это Шопен. Костя сказал: «Хочется женской режиссуры», поскольку это такая история: ноты Фёдора Васильевича Софья Николаевна сохранила, несмотря ни на что.
Я тогда решила – нужно идти ва-банк и предлагать идею Николаю Максимовичу. И вдруг узнаю, что для Академии свой балет уже ставит Максим Севагин (это был 2023 год). Нас пригласили на премьеру в «Зарядье», спектакль шел под рояль – это было очень интересно. А потом я увидела какое-то интервью Николая Максимовича, в котором он сказал, что не ученику Академии он может быть и не дал бы поставить балет для школы.
К.М.: Хотя есть Костя – выпускник Академии…
С.Г.: Пару лет я всё думала, стеснялась написать, а потом решилась, так как 2025-й – юбилейный год Головкиной (110 лет со дня рождения), а в 2026 году исполняется 140 лет со дня рождения Фёдора Васильевича Лопухова. «Комбо!», – подумала, я: Софья Николаевна – Москва, Фёдор Васильевич – Санкт-Петербург, и немножечко там внизу мы – Соня из Москвы, Московское училище, Константин – выпускник Вагановской академии 2000 года по классу Геннадия Селюцкого. От Питера до Москвы – та же самая любовь.
Когда прошлым апрелем я поздравляла Николая Максимовича с Пасхой, написала, что хотела бы для Академии поставить балет на музыку «Баллад», но сразу же пояснила, что это не попытка восстановления, и не про Головкину и Лопухова, не про их жизнь – у нас нет таких персонажей. Это скорее посвящение гениям-педагогам и вообще всем педагогам. Дома мы думали об одном, а когда приехали и увидели ребят, всё немного поменялось.
К.М.: Да, мы пошли в сторону симфонизма, который как раз и развивал Фёдор Васильевич. Мы не стали делать сюжетный балет, а пошли за музыкой. Развивая этим начинание Лопухова, его учеников и последователей, и Баланчина, и Григоровича, который тоже уже начинал смотреть в сторону симфонизма даже в сюжетном балете.
• Есть ли в ваших «Балладах» отсылки к танцсимфонии «Величие мироздания» Лопухова?
С.Г.: Мы не использовали ни вариант Фёдора Лопухова-младшего, ни то, что поставила Наталья Воскресенская в Японии.
К.М.: Но мы использовали такой прием как канон.
С.Г.: Да, мы же идем за музыкой!
К.М.: Мы начали каноном последнюю часть и подумали, что надо продолжать до конца уже.
• В какой последовательности вы ставили части?
К.М.: С первой части.
С.Г.: У нас было три приезда. В первый приезд мы поставили первую часть, во второй – вторую и третью, а в третий приезд – поставили уже четвертую часть и полностью все собрали.
К.М.: Последнее – самое сложное!
Продолжение следует…