БАХРУШИНЫ

Род Бахрушиных происходит из касимовских татар, переселившихся в начале XVII века в Зарайск. Основатель рода принял православие и, по семейным преданиям, подал прошение государю о разрешении называться Бахрушиным, по имени своего отца Бахруш. По профессии они были «прасолы», т.е. гоняли гуртом скот из Приволжья в большие города. Скот иногда дох по дороге, шкуры сдирались, их везли в город и продавали кожевенным заводам; потом это положило началу собственному делу. 

В Москву они приехали в 1820-х годах: Алексей Фёдорович Бахрушин (1800—1848) вначале основал перчаточную фабрику в Заяузье, к 1831 году имел сафьянный завод, построил кожевенный завод в Кожевниках. В московское купечество занесён с 1835 года — купец 2-й гильдии. Кроме кожевенного завода, появилась и суконная фабрика. В 1845 году на фабрике купца 2-й гильдии А. Ф. Бахрушина работало 80 человек, а товаров производилось на сумму в 73 тысячи 500 руб. серебром. Для сравнения, крупнейшее предприятие кожевенной промышленности того времени производило продукции на 103 тысячи 500 рублей. В 1844-1845 г.г. он провел полную реконструкцию завода: обновил оборудование, провел водопровод из Москвы реки, установил паровую машину в 12 л.с., возвел самую первую и самую высокую в столице кирпичную трубу. Обошлась реконструкция в 100 тысяч рублей, но за вклад в развитие производства и улучшение условий труда рабочих он был награжден золотой медалью на Анненской ленте. А за участие в промышленных выставках был он награжден двумя серебряными медалями. На западный манер Бахрушин сделал производство почти безотходным — из отходов варили клей и мыло. Алексей Федорович первым в Москве открыл химическое производство сафьяна и лайки, то есть кожи сверхтонкой выделки. Химическое производство позволило ему начать изготовление цветной лайки. С этой целью он запустил еще и красильное производство. Но в 1848 году Алексей Фёдорович скончался от холеры. После его смерти оказалось, что деньги для реконструкции фабрики Бахрушин брал под проценты, и предприятие еще не успело окупить вложенных средств. Кредиторы, узнав о смерти заемщика, потребовали свои деньги обратно. Но даже стоимости всего имущества фирмы не хватало для того, чтобы рассчитаться, и семье советовали отказаться от наследства, чтобы не брать на себя долги. У кредиторов попросили отсрочки, пообещав все выплатить с будущих прибылей. Братья дали обет на будущее деньги под проценты никогда не брать, а с партнерами расплачиваться только наличными. Также, Следуя наказу отца, семья решила часть прибыли по итогам года обязательно тратить на благотворительные цели. Кроме того, решено было не разделять капиталы и вести дела вместе в форме товарищества. Руководство взяла на себя неграмотная, но знающая дела фирмы Наталья Ивановна.

Разбогатели Бахрушины главным образом во время Русско-турецкой войны. На 1 октября 1862 года капитал Бахрушиных составил 1 млн.200 тысяч рублей. Обладание таким капиталом позволило семье приобрести два крупных землевладения в Кожевниках: одно в районе нынешних Дербеневских переулок у Новоспасского моста, другое - напротив существующего уже завода на Кожевнической улице, где в 1864 году Бахрушины построили суконно-ткацкую фабрику. В середине 70-х годов 19 века ими была создана одна из самых крупных и богатых фирм - "Товарищество кожевенной и суконной мануфактур Алексея Бахрушина Сыновей в Москве". Бахрушины стали купцами 1 -ой гильдии и распределили сферы влияния следующим образом: Петр Алексеевич управлял делами мощной суконной фабрики, выпускавшей высшего качества сукна, шерсть, шерстяную вату ( в советское время фабрика стала называться "Красное веретено"); Александр Алексеевич, отец основателя Бахрушинского Театрального музея, руководил кожевенным заводом; Василий Алексеевич - младший из братьев, ведал амбарами и обширной кожевенной и суконной торговлей, разъезжая не только по России, но и по всему миру. 

На кожевенной фабрике было все свое, никого извне не брали: свои плотники, столяры, слесари. Поэтому даже домашние нужды семьи обслуживали фабричные рабочие. На фабрике они не применялся детский труд. Рабочие набирались по деревням строго с 18-ти лет. Зарплата была высокой, чтобы человек мог обеспечить себе хорошее питание и жилье. Для деревенских при фабрике держали молодецкие спальни, что-то типа общежития. Были спальни и для семейных рабочих. Тут же принимал фельдшер и приходящий врач. Вышедших на пенсию работников Бахрушины пристраивали дворниками, лакеями в своем доме. И это тоже позволяло экономить. Но даже когда много лет спустя семьи разделились, дела продолжали вестись строго сообща. 

Каждый год, перед Пасхой, на Страстной неделе подводился финансовый год. Если он заканчивался с прибылью, часть денег отчислялась нуждающимся. Этим принципом семья руководствовалась вплоть до 1916 года, когда уже глубоким стариком умер последний из братьев Бахрушиных — Александр Алексеевич.

Благотворительность Бахрушиных отличали несколько характерных черт. Во-первых, ни одно из построенных Бахрушиными благотворительных учреждений не оставалось без храма. Во-вторых, примерно половину пожертвованных средств братья клали в банк под проценты на содержание и развитие учреждения. На семейном совете братья вновь выработали универсальную схему контроля финансирования благотворительных проектов. В частности, было решено, что при каждом благотворительном учреждении, созданном семьей, будет находиться совет, председателем которого станет один из братьев Бахрушиных. Другим принципом был тотальный контроль за строительством. Бахрушины сами нанимали архитекторов, строителей, следили за ходом процесса. Для примера — в 1885 году, в Сыромятниках, наследники Хлудова возводили дом призрения на 100 человек. Хлудовская богадельня обошлась благотворителям в два раза дороже, чем Бахрушиным красивейшая больница на 200 коек с великолепным храмом, выполненная архитектором В. Р. Фейденбергом.

Братья были щедрыми жертвователями. К осени 1887 года на Сокольничьем поле была построена больница для страдающих неизлечимыми заболеваниями. Аналогов этому типу заведений на тот момент в Москве не существовало. Это был их первый благотворительный медицинский проект. Братьями было выделено 210 тысяч на строительство больницы с храмом, еще 240 тысяч рублей положено как неприкосновенный капитал в банк. С процентов больница жила и развивалась. Бахрушины продолжали жертвовать, и комплекс прирастал новыми зданиями: самый крупный в Москве роддом, амбулатория для оказания помощи приходящим больным, светолечебница, рентгеновский кабинет, первый в Москве женский туберкулезный барак. В больницу привозили больных из богаделен, приютов и фабрик, и даже прямо с улицы, если человека подбирали врачи или полиция. В 1893 году при больнице был построен дом для призрения неизличимо больных – первый отечественный хоспис. 

Сейчас Городской клинической больнице на ул. Стромынка, 7 возвращено имя Братьев Бахрушиных.

В 1895 году Бахрушины выделили 600 тысяч рублей на строительство в Сокольничьей роще бесплатного детского приюта для бедных и сирот православного вероисповедания. Полмиллиона рублей были пожертвованы на приют-колонию для беспризорных детей в Тихвинском городском имении в Москве.

В 1904 году Василий Алексеевич Бахрушин на Смоленском бульваре, рядом со своим особняком, построил четырёхэтажное здание городского училищного дома, а в 1906 году по его завещанию были учреждены 5 стипендий: в Московском университете, Московской духовной академии и духовной семинарии, Академии коммерческих наук и в одной мужской гимназии — по 8 тысяч рублей. 

В 1888 году на Софийской набережной был построен «дом бесплатных квартир» для нуждающихся вдов с детьми и учащихся девушек. В 1912 г. в доме жило около 2 тысяч человек. Кроме квартир с отоплением и освещением они бесплатно пользовались лазаретом, читальными залами и библиотекой, двумя детскими садами, школой, двумя ремесленными училищами с оборудованием (заказы на белье поступали, в том числе, от прим Большого театра), рабочими комнатами со швейными машинками для вдов, баней и спортзалом. А для курсисток была бесплатная столовая. «Крупнейшее и единственное в своем роде учреждение во всей России» — писали про Вдовий дом в прессе того времени. Этому великолепному зданию, в отличие от больницы, не удалось сохранить свое историческое предназначение; сейчас в этом здании расположился головной офис Роснефти.

В 1913 году крупная сумма денег была предоставлена Зарайскому городскому управлению на строительство больницы, родильного дома и амбулатории. В 1916 году перед Февральской революцией они передали своё имение Ивановское под Подольском для создания приюта-колонии для беспризорных детей.

Третье поколение Бахрушиных - Алексей Петрович и Алексей Александрович - были также известны и как коллекционеры. Первый собирал русскую старину и, главным образом, книги. Свою библиотеку он по духовному завещанию оставил Румянцевскому Музею, а фарфор и старинные вещи - Историческому, где было два зала его имени. О Театральном музее Алексея Александровича хорошо известно, чтобы на нем останавливаться. Это единственное в мире богатейшее собрание всего, что имело какое-либо отношение к театру. А.А. был большим любителем театра, долгое время председательствовал в Театральном обществе и был весьма популярен в театральных кругах. О музее и о нем самом упоминается в Большой Советской Энциклопедии. В свое время Алексей Александрович обратился к Московской Городской Думе с предложением передать музей в собственность города. Но при этом он просил соблюсти два условия: музей должен быть открытым для всех и бесплатным. Городские депутаты отказались, сославшись на то, что уже намучились с даром Третьяковых.

После революции 1917 года Алексей Александрович остался в России. 1 февраля 1919 года музей перешел в состав учреждений Наркомпроса, а Алексей Александрович был назначен его директором.

В общей сложности Бахрушиными было создано около десятка профессиональных училищ, заложены основы трех музеев, с их помощью создано четыре театра, включая театр Ф.А. Корша и музыкальный театр им. Станиславского и Немировича-Данченко. Братья построили 10 храмов, систематически помогали 17 храмам и 3 монастырям. Всего же, по воспоминаниям родственников, оказали значительное участие в создании или создали с нуля около 100 учреждений. На филантропию, включая пожертвования Церкви, эта семья потратила более 6 млн. 390 тыс. руб. При том, что к 1917 г. недвижимое имущество фирмы оценивалось в 5 млн. 215 тыс. руб. Братья тратили на благотворительность больше, чем на бизнес, и процветали. Для сравнения, самый богатый человек Российской Империи барон Александр Штиглиц имел состояние примерно в 100 млн., а пожертвовал около 6. Братья Третьяковы обладали капиталом более 8 млн., пожертвовали более 3 млн.

В 1901 г. Александр и Василий Бахрушины «за многолетнюю благотворительную деятельность в пользу беднейшего населения Москвы» были удостоены звания Почетных граждан. До них такая честь была оказана лишь одному представителю купеческого сословия – П.М. Третьякову, передавшему в дар городу свою художественную галерею. С момента появления этого звания и до революции его удостоились всего 12 человек, из них три иностранца – француз, англичанин, американец. Один помог на выгодных условиях продать Аляску. Осип Комиссаров-Костромской за то, что во время покушения закрыл собой царя Александра II. Три князя, губернаторы Москвы: А.А. Щербатов, В.М. Голицын и В.А. Долгоруков. Николай Иванович Пирогов – замечательный хирург, участвовавший в Крымской войне, спасший многих раненых.

Многие предпринимательские семьи занимались широкой благотворительностью. И все же, по выражению В. П. Рябушинского, самый весомый вклад в дело любви и милосердия сделали именно Бахрушины. После революции иностранные журналисты спросили внучку одного из Бахрушиных, как теперь они собираются жить, оставшись без денег. Она ответила: «Ничего не жаль, была бы жива держава».