Aufbau Vereinigung-2

Продолжение статьи, вынужденно разорванной на две части из-за ограничений Telegraph.

Осев в Мюнхене по истечению политических турбуленций, беломонархисты и их остзейско-фрайкоровские союзники провели определённую работу над ошибками и осознали, что придётся вести затяжную борьбу против мирового сионизма и иудобольшевизма, и с этой целью в 1921 г. была создана подпольная организация Aufbau («Возрождение»), которая ставила себе за цель свержение Веймарской Республики и СССР с дальнейшим возобновлением русско-германского монархического союза.

К этому времени выработалась цельная идеология Ауфбау, которая подразумевала антиантантовскую, антивейрмарскую, антибольшевистскую и антисемитскую направленность, а также ориентировку на набирающую популярность среди реакционных сил НСДАП и её фюрера А. Гитлера как посланного свыше лидера, едино способного вывести Германию из пропасти, куда её загнали западные демократии.

Говоря о Ауфбау, следует заострить внимание на личности Макса Эрвина фон Шойбнер-Рихтера. Остзейский немец родом из Риги, он во время Первой Русской Революции 1905 г. присоединился к проправительственной приватной армии и женился на дворянке Матильде фон Шойбнер, которая была на 19 лет старше и чью фамилию он позднее и присвоил.

Во многом из её фондов (отец Матильды был владельцем фабрики) в будущем Макс Эрвин и брал деньги для финансирования нацистов.

Известные представители Aufbau:

• Макс Эрвин фон Шойбнер-Рихтер;
• Альфред Розенберг;
• Макс Аманн;
• Арно Шикеданц;
• Эрих Людендорф;
• Грегор Шварц-Бостунич;
• Василий Бискупский;
• Фёдор Винберг;
• Пётр Шабельски-Борк;
• Cергей Таборицкий;
• Георгий Немирович-Данченко;
• Борис Бразоль;

и другие...

"Немецкую" часть Ауфбау, кроме Шойбнера-Рихтера, разбирать смысла не имеет - она включает тех, кто выжил и продвинулся дальше по партийной лестнице НСДАП, и влиял на общественную жизнь Третьего Рейха до самой его кончины.

Альфред Розенберг впоследствии стал одной из центральных фигур партии, удостоился должности уполномоченного фюрера по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием НСДАП, в 1941-1945 гг. занимал пост главы Имперского министерства по делам Восточных оккупированных территорий, в котором его старый друг Арно Шикеданц получил должность главы рейхкомиссариата «Кавказ». Макс Аманн заслужил место Имперского руководителя печати, а прославленный генерал Первой мировой Эрих Людендорф стал одним из главных организаторов Пивного путча в 1923 г., но вскоре после этого перестал поддерживать нацистов.

Где-то между немецких и русских линий пролегает история Грегора Шварц-Бостунича - также балтийский немец, но уроженец Киева, успевший побывать в рядах ВСЮР Деникина и армии Врангеля. После окончания ГВ переехал в Веймарскую Республику, где начал писать работы о опасности еврейского иудаизма (автор брошюры «Масонство и русская революция») и быстро сошёлся в взглядах с нацистами. С 1932 г. в СС, в рядах которых дослужился до звания штандартенфюрера и даже умудрился стать почётным профессором СС.

Другое дело, рассмотреть судьбу русской части конспиративного сообщества, которая сложилась куда менее радужно.

Полковник Фёдор Винберг до революции был членом черносотенного Союза Михаила Архангела, во время ГВ был арестован большевиками и сидел в «Крестах», но попал под первомайскую амнистию, после чего освободившись отправился в Украину, где был на службе у гетмана в добровольческой дружине генерала Кирпичёва, участвовавшей в обороне Киева от войск петлюровцев осенью 1918 г. Был глубоко верующим человеком, близко к душе принявшим грехопадение русского народа, приведшего к большевистскому ярму, что неизгладимо отпечаталось на его мировоззрении. В послевоенное время издавал в Берлине газету «Призыв» и журнал «Луч Света» (автор произведения «Via Dolorosa», повествующем о жертвенной гибели России), вёл многочасовые беседы с Гитлером, которые, как предполагается, в будущем повлияли на библейскую радикальность при решении еврейского вопроса.

В 1917 г., сидя в петроградской тюрьме Винберг познакомился с лейтенантом-черносотенцем Петром Шабельски-Борком, а сидя в Лукьяновской тюрьме в Киеве в 1918 г. - с лейтенантом-черносотенцем Сергеем Таборицким, которые стали его близкими друзьями.

Шабельски-Борк работал в журнале «Луч Света» Винберга, именно он первым привёз в Германию копии «Протоколов Сионских Мудрецов», был организатором покушения на лидера кадетов П. Милюкова 28 мая 1922 г. в Берлинской филармонии, входе которого С. Таборицкий по случайности застрелил В. Набокова-старшего - отца автора знаменитой «Лолиты»

Мотивом послужило то, что конституционные демократы, находясь в Германии, сохраняли яркую еврейско-либеральную проантатовскую ориентацию, и они же обвинялись в разжигании преступной Февральской революции в 1917 г., приведшей к коллапсу России.

Винберг сбежал во Францию, а Борк и Таборицкий были приговорены к 12 годам тюрьмы, но уже 1 марта 1927 г. были досрочно освобождены.

Ещё одним интересным членом Ауфбау был Борис Бразоль. Представитель украинского русифицированного дворянско-казацкого рода Бразолей из-под Ахтырки, он в 1916 г. был отправлен в США в качестве посла РИ, но там и остался после Октябрьского переворота. Человек, который, по одной из версий, перевел на английский «Протоколы Сионских Старцев», а также работал в антисемитском издании Генри Форда «The Dearborn Independent», и по его каналам ретранслировал огромные суммы на финансирование нацистов.

Отдельно стоит поговорить о геополитических планах Ауфбау. Они трансформировались походу изменения расстановки сил в Европе, но неизменно включали в себя пункты о реставрации монархий в России и Германии и их союзнические отношения.

Тем не менее, монархическую Россию они видели не в границах 1914 г., а в продолжении всё того же концепта Миттльевропы, что уже был частично воплощён в 1918 г. Предполагалось создание независимой Украины (стр. 151), Сибири (стр. 184) и ряда независимых прибалтийских государств (стр. 159).

На раннем этапе Ауфбау поддерживали фигуру Василия Вышиваного (эрцгерцога Вильгельма Франца Габсбурга-Лотарингского), на поздних - кандидатуру И. Полтавца-Остряницы. Иван Полтавец-Остряница - представитель старинного казацкого рода, наказной атаман украинского «Вольного Казачества», который и привёл ген. Скоропадского к гетманству в 1918 г.

В 1923 г. эмиграции основывает УНАКОТО (Украинское Народное Казачье Общество), с 1936 г. - УНАКОР (Украинское Народное Казачье Движение) и самопровозглашает себя гетманом Украины. УНАКОР действовало по образцу и в тесном сотрудничестве с гитлеровской НСДАП, и именно общение с украинскими эмигрантами, по предположению Келлога, стало одним из факторов, почему Гитлер приказал Вермахту повернуть войска на закрытие киевского котла вместо развития наступления на Москву в августе 41 г.

В геополитические планы самого УНАКОР входило создание The Black Sea League (Лиги Черноморских Держав), которая включала бы в себя казацкие нации Украины, Дона, Кубани и Терека (стр. 184)

Возвращаясь к концептам Ауфбау, если в Украине должен был быть установлен Гетманат с Полтавцем-Остряницей во главе, то в России планировалось реставрировать династию Романовых, но при этом все рычаги управления передать Бискупскому, который стал бы фактическим диктатором русского национального правительства в переходный период (стр. 187)

В планы Ауфбау на всех этапах входило уничтожение и расчленение Польши с последующим проведением немецко-русско-украинской границы (стр. 255)

Поговорим теперь о практической стороне деятельности Ауфбау.

Участники общества стали главными организаторами Первого монархического съезда, который проходил 29 мая - 6 июня 1921 г. в курортном баварском городе Бад-Рейхенгалле. 

На съезде делегатами от Ауфбау всей беломонархической эмиграции было выдвинуто предложение сплотиться вокруг личности великого князя Кирилла Владимировича, который провозгласил себя Императором Всероссийским в изгнании Кириллом I.

Это выдвиженчество сразу же было встречено в штыки председателем черносотенного Союза Русского Народа, Николаем Марковым II, который в качестве претендента на Всероссийский Престол предложил особу великого князя Николая Николаевича, имевшего связи в высших кругах французского общества.

Впоследствии члены Ауфбау остались верны своей ориентации на прогерманских Кирилловичей и были твёрдо оппозиционны Высшему Монархическому Совету, созданному в результате данного съезда, где большинство симпатий пришлось на сторону Маркова.

Так ничему и не приведя, Первый монархический съезд лишь поспособствовал дальнейшему расколу белоэмигрантских кругов и падению престижа идеи о реставрации династии Романовых в ближайшем обозримом.

Неприязнь к идее возвращения Николаевича на российский престол среди ауфбаувцев была столь высока, что в случае вторжения антантовской армии в СССР (ходили слухи, что Франция в альянсе с Польшей и Румынским Королевством начнёт наступление летом 1923 г. с целью реставрации Романовых) они планировали временно заключить союз с РККА, отбить нападение, а затем с помощью бунта в националистически настроенных чинах армии посадить на трон Кирилла (стр. 164). Сама интервенция, тем не менее, так и осталась на уровне затеи, однако, качественно демонстрирует, насколько белоэмигранты были заняты междоусобной грызней вместо противодействия самому большевистскому режиму, чем очень тешили чекистскую разведку.

Более успешной акцией стало убийство 24 июня 1922 г. министра иностранных дел Веймарской Республики еврея Вальтера Ратенау, первым из европейских правительств признавшего российское советское правительство на дипломатическом уровне.

Кульминацией деятельности Ауфбау стала вербовка участников и подготовка к осуществлению Пивного путча 8 ноября 1923 г. Попытка взять власть окончилась сокрушительным провалом, а Макс фон Шойбнер-Рихтер был застрелен, успев своим телом закрыть фюрера от полицейских пуль и тем самым спасти ему жизнь.

По легенде, после разгона марша Гитлер некоторое время скрывался на мюнхенской квартире Василия Бискупского по Барерштрассе, 75.

Как бы то ни было, сотрудничество белоэмигрантов и НСДАП после провала Пивного путча практически снизошло на нет, хотя Бискупский, Винберг и другие бывшие члены Ауфбау искали контактов с Гитлером, а Кирилловичи продолжали спонсировать НСДАП из своих активов.

Сидя в Ландсбергской тюрьме, Гитлер уже развил свои взгляды о завоевании Lebensraum на Востоке и низости славянского элемента в сравнении с немецким, что нашло своё отображение в Mein Kampf.

Партийное руководство НСДАП пришло к выводу, что большевизм в России - это "далеко и надолго", поэтому мечтательные люди вроде Винберга представляют из себя ничто иное, как политических динозавров, в то время как никаких подвижек на популяризацию монархизма внутри самой России не наблюдается.

Бискупский даже умудрился посидеть в тюрьме в октябре 1933 г. (стр. 253), но впоследствии был освобождён и принят на учёт Гестапо как ценный сотрудник.

В то время в Германии существовала русская организация, копировавшая НСДАП в своих статутных положениях, называлась она РОНД (Российское Национал-Социалистическое Движение)

Возглавлял её уже знакомый нам князь-самозванец Бермондт-Авалов. Личность, как мы уже могли убедиться, очень противоречия, ещё и с невнятной ранней биографией.

По одной из версий, по материнской линии он принадлежал к княжескому грузинскому роду Авалишвили (отсюда - приставка "Авалов"), отцом же его был караим, т.е иудей по вере (!) Рафаил Бермондт.

С 1936 г. Бискупскому дали в управление учреждение Russian Trust Authority, которому предоставили отжатые у Бермондта активы и которое заведовало делами всех белоэмигрантов, базировавшихся в Германии.

Самого же Бермондта, после того, как он был обличён в грошовых хищениях и финансовых махинациях, в 1939 г. кинули в тюрьму, после полуторагодового заключения в которой его по ходатайству Муссолини экстрадировали в Италию, так что с политической арены он выбыл.

На посту Бюро для русских беженцев Бискупского, впрочем, вскоре затмил Сергей Таборицкий, который составил обширную картотеку русской эмиграции и занимался вербовкой русских переводчиков в Вермахт.

В 1939 г. Таборицкий учредил структуру с запоминающейся аббревиатурой НОРМ (Национальная Организация Русской Молодёжи), которая была прямым аналогом Гитлерюгенда для русских детей.

Во время периода краткосрочного немецко-советского сотрудничества 1939-1941 гг. деятельность всех движений УНАКОР, РОНД, НОРМ и т.д. была приостановлена и переведена в скрытный режим, хоть участники и не подверглись репрессиям со стороны Гестапо.

После объявления Крестового похода против большевизма и начала немецко-советской войны, ведомства возобновили свою работу, и Таборицкий с двойным упорством включился в работу Бюро и координацию белоэмигрантов для помощи Рейху, он же курировал издание газеты «Новое Слово» («Neues Wort»)

Можно только строить предположения о том, чтобы было и как развивались бы события, если бы Макс Эрвин остался жив и смог дальше влиять на политический компас фюрера, захотел бы он и дальше поддерживать гиблое дело русского легитимизма и т.д.

Имя Шойбнер-Рихтера встречается в предисловии к Mein Kampf как один из людей, которому посвящается magnus opus фюрера, а сам он заявлял:
“Everyone is replaceable, with the exception of one: Scheubner-Richter!”

Возможно, если Шойбнер-Рихтер не умер от пули 9 ноября 1923 г. политика Гитлера в отношении оккупированных восточных территорий была бы мягче и учитывала стремления местного населения, но этого мы никогда не узнаем.

Выводы:

• изначальная ориентация Белого Движения на Антанту была ошибочной, противоречила жизненным интересам России и в конечном итоге привела к его коллапсу, в то время как ориентация на Германскую Империю могла спасти ситуацию, но Колчак и Деникин были в плену старых межнациональных предрассудков (немцы - враги по Первой Мировой);
• национальные и Белое движения иногда пересекались (как в случае с Гетманатом, который спонсировал белые формирования или с правительством Эстонии, которое пригласило себе на службу СЗА), но чаще всего одно из них стремилось обезоружить и поглотить другое (как в случае с конфликтом между деникинцами и петлюровцами или с конфликтом Бермондта-Авалова с латышами) из-за несовместимости поставленных целей и представляемой ими идеологии;
• беломонархическая эмиграция не смогла сплотиться и сформировать единый политический центр для отстаивания своих интересов, и в конечном итоге доказала свою полную несостоятельность как силы, что способна единолично скинуть коммунистический режим в России.