"Атом" — понять чекиста

Вы — молодой программист. Специалист по какому-нибудь машинному зрению или искусственному интеллекту. Жили, как все ваши коллеги — трудились в каком-нибудь "Яндексе" или "Сбере", большей частью на удаленке, периодически гоняли за границу, копили на квартиру, или, может быть, уже купили, и сейчас в свободное время оборудуете её самодельными системами "умный дом" — программисты такое любят. В 2022 не уехали, на протесты не ходили, но в душе — всё происходящее, конечно, осуждали. 

И вот вдруг однажды в ваш "Яндекс" приходит штатский с замашками военного, строит вас в шеренгу и доводит: с этого моменту вы у меня в подчинении! За месяц нужно сделать так, чтобы ваш искусственный интеллект безошибочно отличал танк от не-танка с расстояния километра и наводил на него дрон. Возражения не принимаются. Распишитесь здесь, и еще здесь, где "допуск к гостайне", о продвижении вашей работы докладывать лично мне каждый день. Шаг вправо шаг влево — расстрел. Выполнять. 

Вы, куда деваться, выполняете. Но свободолюбивая натура противится, и вы с друзьями нет-нет да устроите вашему куратору "цыганочку с выходом". Более того, через какое-то время вы понимаете, что куратор-то грозен только на словах. Он может сколько угодно стращать расстрелом, но вы — незаменимый специалист, без вас ничего не заработает, а вот куратор — очень даже заменимый, и, в отличие от вас, отвечает за проект головой в самом буквальном смысле. 

Ну а теперь — к теме нашего рассказа. Заменим двадцать четвертый год на сорок четвертый, программистов на физиков-ядерщиков, дрон с ИИ на атомную бомбу — и вот вам сериал "Атом" в той части, которая касается непосредственно работ в "Лаборатории номер 2". 

Толпа молодых и дерзких учёных под руководством Игоря Курчатова во время войны оказываются в специально построенном для них здании, на особом довольствии, где добывает уран, создает реактор и каждый, в меру своих способностей, демонстрирует внутреннюю свободу и независимость мышления. У некоторых есть на то причины — например у женщины-радиофизика Карповой (в исполнении Ольги Сутулой), у которой был вполне реальный прототип — Зинаида Ершова. В кино, как и в жизни, Карпова работала во Франции с самой Кюри, вернулась в Москву, после чего ее мужа расстреляли, а ее сослали в Казахстан руководить буквально свинофермой (в фильме свинофермы нет, реальность часто превосходит вымысел). И вот, лично Курчатов выдергивает рано постаревшую и потухшую женщину в Москву, ставит ей задачу, она работает – но ненавидит окружающих её чекистов, а как же ещё? Еще одного героя (Илья Малахов) снимают с фронта, ну а остальные — веселая толпа белобилетников, не нюхавших пороха, "очкарики", "хипстеры". 

Над ними над всеми — нежный чекист Замятин в исполнении Алексея Гуськова. В его руках власть, но он понимает, что механизм, которым он управляет — капризный, и насилием его можно только сломать. А дома – жена, которая приводит в дом странных друзей и просит им помочь, а в кремлевском кабинете — Лаврентий Палыч, которому всех этих странностей не объяснить.

Это и есть самая ценная находка сериала. До сей поры подобные сюжеты строились на похожих противопоставлениях, но с однозначным балансом: вот государственная машина, которая требует от артиста, художника, учёного что-то, что надо ей, давит и прессует — а трепетный герой сквозь ненависть и слезы, вопреки всему, а может, и с фигою в кармане выдаёт на-гора результат. Здесь же мы видим, что и учёный, осознавший свою незаменимость, может быть легкомысленно-жесток, а чекист, который каждую минуту смиряет себя, чтобы не жахнуть кулаком по столу и не построить снова очкариков в шеренгу — человечен. При этом в апологию государственного сапога авторы тоже не скатываются: есть и история Ершовой-Карповой и ее мужа, и дуболомы-особисты, и доносчики. 

Вторая линия сериала — шпионская. Екатерина Лазарева, героиня Анны Чиповской, тоже существовала в реальности под именем Елизаветы Зарубиной. Впрочем, тут образ получился скорее собирательным, синтезированным из Натальи Белохвостиковой ("Тегеран 43") и Кери Рассел ("Американцы"). Героиня легка, обворожительна, умеет и засмеяться и заплакать в нужный момент, с завидной легкостью передвигается по миру, соблазняет нужных ей мужчин, хотя сердце её — с одним-единственным, он — в СССР, и как раз один из физиков в группе Курчатова. 

У фильма есть визуальная эстетика: все женщины в нем красивые и роковые в духе эпохи, мужские шляпы и благородные линии автомобилей — бальзам для ретроманов. А вот в диалогах авторы обращаются со временем несколько вольно. В сороковых, при живом Сталине, герои часто ведут себя, будто на дворе оттепель, а в первой серии молодые физики и вовсе, словно американские тинейджеры, хлопают друг друга по рукам и кричат "мы сделали это!". Это мелочи, которые мешают поначалу, но чем глубже в действие, тем менее они заметны — то ли авторы становятся аккуратнее, то ли погружение в интригу вытесняет их. 

Как в любом художественном произведении, конкретный сюжет (бомба, шпионаж, любовная интрига) – только предлог, чтобы поговорить о чём-то более абстрактном и вневременном. "Атом" — про понимание. Понять физиков, где-то идущих на компромиссы, понять женщину-шпиона, вынужденную ради высшей цели изменять мужчине, понять чекиста, и даже, о ужас, понять Лаврентия Павловича Берию, которому надо догнать и обогнать американцев, а какой ценой — неважно. Понять своё государство, сделать его интересы — своими.  Наверное, это называется взросление. И кто сказал, что национальное кино не может взрослеть?