Ассоциации

Только что погасший экран засветился снова, показывая яркое поле, усыпанное похожими на одуванчики цветами. На фоне поля крупным планом две руки: человеческая, в форме Федерации и синяя, инопланетно-гуманоидная сначала аккуратно дотронулись друг до друга пальцами, а потом крепко пожали друг друга. По обе стороны на экранах поменьше светились статичные изображения: взрослый инопланетянин, инопланетянин-ребенок, местная архитектура, растения, еда – всё, что может потребоваться при визуализации.

– Теперь сосредоточьтесь, представь что-то подобное и держи картинку перед глазами секунды 3-4, – холодно проинструктировала Спок.

Джемма зажмурила глаза и представила поле и рукопожатие. Выходило неплохо, лучше, чем в первые пару раз.

– Получилось? – у Ленор не было точного способа убедиться в результате, и главе медпалубы приходилось полагаться только на добросовестность капитана.

– Вполне.

– За предложением мира вам придётся обсудить условия. Не напрягайтесь, делегаты сами считают образы из вашего разума, вам нужно их только чётко представить, – Спок продолжила, не отвлекаясь на их диалог.

– Да, я помню-помню, – устало поморщилась капитан. – Мы только сегодня смотрим это видео по третьему кругу, и ты каждый раз повторяешь свои комментарии.

– Я всего лишь следую протоколу, капитан, – и да, это прозвучало саркастично. – Продолжим.

Джемма глянула на экран и снова закрыла глаза. Изо всех сил она воображала картинку, как представители Федерации высаживаются на планете, радостно машут руками синим аборигенам, строят исследовательские базы, развивают своё небольшое поселение, привозят уникальные для планеты продукты и товары, как бойко молодые ученые разных видов что-то обсуждают в светлом помещение университета, как дети из человеческого поселения играют с детьми жителей планеты, как в живописном маленьком саду девочка протягивает сочное яблоко своему местному другу – и отдёргивает руку, прижимает яблоко к груди, забивается в яму между корней старого дерева, а потом бежит, бежит, бежит, сзади стреляют и кричат, яблоко превращается во вскрытый, пахнущий кислятиной паёк, но она с животным рычанием ест содержимое, зачерпывая полусъедобную массу руками.

Врачебный планшет запищал – уловил повышение сердцебиения и активность тех отделов мозга, чьё участие в визуализации не предполагалось.

– Тарсус? – только спросила Ленор.

– Тарсус.

Они уже проходили через это. И если первые картинки получались у Джеммы всё лучше и лучше, то избежать ярких, страшных воспоминаний у неё не получилось ни разу.

– Возможно, не лучшая идея отправлять к телепатам на переговоры о колонии человека, которому довелось пережить в колонии военный переворот и последовавшие за ним голодные смерти и геноцид, – задумчиво произнесла Ленор. Об этом уже несколько часов думали все в комнате, но упорно не признавали.

Повисла тишина. Джемма устало потёрла виски – она никогда бы не подумала, что старательно воображать поле с одуванчиками может быть так сложно.

– Капитан, разрешите задать вопрос? – внезапно отмерла Спок.

Джемма только кивнула, балансируя на грани нарушения устава.

– Вы уверены, что ваше состояние полностью стабильно, учитывая моральную травму, которую вы получили в детстве? – вопрос Спок тоже еле удерживался на грани.

Джемма открыла было рот, но Ленор перебила её.

– Как глава медпалубы я заявляю, что капитан Джемма Т. Кирк полностью пригодна к несению службы и не имеет симптомов ПТСР или других ментальных проблем, вызванных событиями на Тарсусе, – с металлическими нотками в голосе отчеканила доктор.

Джемма с благодарностью взглянула на Ленор, такая верность грела её душу.

– Хорошо, допустим, мы сможем придумать объяснение, почему на переговорах не присутствует капитан корабля. Но должны же мы кого-то отправить? – Джемма с намёком глянула на первую помощницу. Та кивнула и закрыла глаза. Её лицо приняло задумчивый вид, судя по всему, она пыталась визуализировать нужные образы. Джемма приготовилась, что придётся ждать ответа, но Спок внезапно открыла глаза. Она выглядела разочарованной, и Джемма поняла всё ещё до того, как та заговорила.

– Боюсь, у меня возникла та же проблема, что и у вас, капитан. Всё же, мне пришлось пережить разрушение родной планеты и смерть близких меньше года назад, – Спок говорила размеренно, в её голосе не было ни извинений, ни тоски, ничего. И Джемма прекрасно понимала, каково это.

– Ухура? – о главном связисте Джемма знала только то, что было указано в личном деле, и там не было написано ничего ужасного.

– Он также наблюдал гибель Вулкана, но... – Спок запнулась.

– Это не его планета, – хмуро закончила за ней Ленор.

– Капитан главному связисту, поднимитесь в переговорную номер четыре, – тут же отдала приказ в передатчик Джемма.

– Офицер Ухура не уполномочен представлять корабль и Флот в целом, – тут же напомнила Спок.

– Думаю, мы сможем объяснить, почему отправили на переговоры именно его, офицер связи и признанный лингвист – в том, чтобы назначить его представителем для разговора с другой цивилизацией, есть своя логика, – тут же отозвалась Джемма. – А было бы объяснение, разрешение я выбью.

Спок кивнула, Ленор посмотрела в ответ с некоторым сомнением. Словно знак капитуляции Джемма подняла руку в немой просьбе снять с неё – и с головы – считывающие устройства. Пока врач занималась этим, первая помощница отвернулась к экрану, чтобы перемотать видеосимуляцию общения инопланетян к началу.

Ухура зашёл в переговорную, всё было готово. Джемма кратко объяснила задачу – уверенная, что и о визуальном типе общения, и видеотренировке Ухура прекрасно осведомлён. Ленор потянулась за датчиками, которые пусть и немного, но помогали в тренировке, но Ухура только печально покачал головой.

– Я знаю об особенностях Аусси, но, увы, мои знания вряд ли смогут пригодиться. Я совершенно не приспособлен к визуальной телепатии. Возможно, у меня совсем нет воображения, но представить чёткую картинку – это выше моих сил. Мой максимум – безумно крутящийся водоворот из разноцветных рук. Не думаю, что ауссиане согласятся на такое предложение, – грустно усмехнулся глава связи.

Когда дверь за связистом закрылась, переговорная снова на некоторое время погрузилась в напряжённую тишину.

– Что насчёт Скотти? – жизнерадостная шотландка показалась Джемме отличным вариантом, а статус главы инженерного блока и второй помощницы давал ей право говорить от лица корабля.

– Три года на отдалённой исследовательской базе, фактически одиночная ссылка посреди пустынной планет, – напомнила Спок. – Думаю, у неё также возникнут проблемы с визуальными ассоциациями.

– Маркус?

– Около двух месяцев назад был заложником у агрессивного генномодифицированного террориста, получил несколько сильных травм и до сих пор посещает предписанную терапию, – отчиталась Ленор.

– Чапел?

– Потерянная невеста, превратившая себя в робота-убийцу и два нападения со стороны членов экипажа, попавших под действие химиката с Эйтриса-7 на позапрошлой неделе.

– И терапия до сих пор? – уточнила Джемма. – Я начинаю чувствовать себя самым нетравмированным человеком на этом корабле.

– Служба на Флоте опасна, но важна, – пресно вставила Спок.

– Всё равно многовато у нас драм для мирного исследовательского корабля, – невесело усмехнулась Ленор.

– Ленор, хм, начальник медчасти и старший офицер Маккой, – официально начала Джемма, игнорируя то, как поменялась в лице Ленор, – я назначаю вас представителем «Энтерпрайз» на переговорах о вступлении Аусси в состав Федерации.

– Да это же бред какой-то! – совершенно не по-уставному сорвалась Ленор.

– Вся эта миссия – бред, телепатия, картинки, одуванчики на полях, – в тон ей раздражённо откликнулась Джемма, не дав Спок затянуть лекцию об уставе и субординации.

– Но я врач, а не дипломат! – хмуро возразила Ленор. – Это, кстати, значит, что моя жизнь состоит не из цветочков и котят, иногда я запихиваю людям обратно их кишки, а иногда сообщаю родственникам, что этого сделать не удалось.

– Ты не только врач на моём корабле, но и моя давняя подруга, кому мне ещё доверить всё это? И к тому же, возможно, ты единственный человек на корабле, которого не пытали в плену, не ссылали на дальние форпосты, не пытались сожрать обезумевшие от голода соседи, и чей дом не взрывался к чертям собачьим во время межпланетной войны.

– Как первая помощница, я поддерживаю капитана в её решении, – добавила Спок. – Несмотря на вашу некоторую несдержанность, ваша профессиональная стрессоустойчивость и многочисленные заслуги перед Федерацией делают вас идеальной кандидаткой для этой миссии.

– Я так понимаю взывать к здравому смыслу бесполезно? – с тихим отчаянием спросила Ленор в пространство.

– Именно, космос – отличное лекарство от здравого смысла, – преувеличенно бодро ответила Джемма. – А теперь стоит приступить к тренировкам, поверь, представлять, как будут выглядеть «гарантии мирного сосуществования, культурного обмена и непрерывной взаимоподдержки научных и социальных инициатив» не то, чтобы очень легко.