Ashes

Полночь. Сквозь сон Сонхва слышит какой-то странный шорох. Причём, насколько это возможно в таком состоянии, он понимает, что это не отец. Как минимум потому, что не было звука открытия двери. Да и отец по ночам спал. Даже если не спал бы, что ему делать в комнате сына посреди ночи?

Пак с лёгким вздохом осторожно поворачивает голову и одним глазом пытается посмотреть на вторгшегося в дом человека, но тут же замирает, видя зависший над глазом нож. Резко подскочивший пульс отдаёт в ушах, и в комнате больше не звука. Лезвие блестит в лунном свете. Фигура шепчет:

— Дёрнешься – убью.

Аристократ старается даже не дышать. Как опасность вечно его находит?...

— Я-

— Тихо.

Лезвие опасно приближается и Сонхва невольно вжимается в подушку головой. Ему невероятно страшно, даже хочется вскрикнуть, но он понимает — нельзя.

«Господи, ну почему...»

Больше он ничего не успевает сказать или подумать, потому что получает удар по шее и отключается.

Открывает глаза аристократ в какой-то тёмной хижине с довольно плохим освещением. Голова немного болит, но, кажется, повреждений нет. Пошевелиться получается плохо — руки связаны за спиной за деревянной опорой, да и лодыжки тоже обмотаны крепкой веревкой.

— Где я?...почему?...

— Не повезло тебе, парниша. - довольно смеётся фигура из угла напротив, откидывая голову вбок и поправляя чёрные как смоль волосы. Стрижка у него похожа на маллет. Одет он, кстати, нестандартно. По крайней мере, для Уэстлейка. Чёрный расстëгнутый пиджак, белая(на удивление) рубашка с тремя расстëгнутыми сверху пуговицами, немного свободные чёрные брюки и ботинки. Там, где раньше жил Сонхва, это был довольно стандартный образ, но здесь все ходили в...менее элегантной и опрятной одежде. Поэтому это несколько удивило аристократа. Но всё же больше волновало происходящее.

— Почему я здесь?...чего вы хотите от меня?...

Пак судорожно осматривает помещение, пытаясь понять, где он. Тщетно. Даже окна предусмотрительно заколочены.

Незнакомец мерными шагами приближается к пленнику и наклоняется, беря его двумя пальцами за подбородок. Сонхва немного вздрагивает, но не осмеливается убирать голову.

— Знаешь, не просто так похитили именно тебя, Пак Сонхва. - по лицу ещё больше расползается недобрая усмешка.

— Что?...

Неет, это плохо. Очень. Почему он знает его полное имя? Что вообще происходит?

— Ты нам очень пригодишься в разборках с твоим папашей. - почти хихикает юноша. Пак невольно встречается с ним взглядом. Во взгляде его читается что-то неописуемое — будто он замыслил что-то очень неприятное и нехорошее.

— А мой отец вам что сделал?... - шокированно бормочет Сонхва. Он совершенно ничего не понимает.

Юноша только улыбается, оглядывая испуганное выражение лица аристократа. Очевидно, ему не собираются ничего объяснять. Аристократ в полном замешательстве. Сначала отец себя странно ведёт, теперь его упоминают похитители....чего Пак не знает о человеке, с которым всю жизнь живёт?

В хижину входит женщина лет 30 с ружьём закинутым на плечо. Она одета в белую рубашку, корсет и юбку с разрезом сбоку с кожаными сапогами на каблуке. Она оглядывает Сонхва, безразлично хмыкает и окликивает парня.

— Эй, черношëрстный, кончай пиздеть. Пошли, делом займёмся. Дьявол скоро придёт и сам с ним ещё наболтается.

Тот дует губы и закатывает глаза, но не спорит. Легонько щёлкнув Пака по носу, он удаляется из хижины вместе с женщиной, негромко цокая каблуками глянцевых ботинок по деревянному полу.

— Отец...да что это всё вообще значит?.. - растерянно спрашивает в пустоту аристократ.

Хочется только верить, что ему не причинят вреда. Но уверенности никакой нет. И..."Дьявол"? Кто это? Как это понимать? Сонхва просто хочет домой. Ужасно хочет. Хотя, безопасно ли там...?

От усталости, эмоций и головной боли, он чувствует, как тяжелеет голова. Пак сам не замечает, как умудряется задремать в таком неудобном положении.

Просыпается аристократ от резко возникшего перед глазами света. Он немного вздрагивает и отстраняет назад голову, насколько возможно. Перед глазами слегка колышется огонёк зажигалки.