Артек (Линч/Джон/Фокс), часть 1

«Артек» – самый известный пионерский лагерь 1925-1990-ых годов из всех существовавших в советское и постсоветское время; славился не только образцовой дисциплиной, трудолюбием и отзывчивостью пионеров, но и страшилками о мрачном прошлом: о трагедии и жертвах, на чьих костях строился лагерь...

Интересный факт: изначально «Артек» планировался как детский госпиталь с оздоровительным комплексом неподалёку, спортивной площадкой и небольшими домиками для проживания. Госпиталь построили, и он даже проработал несколько лет при функционирующем комплексе, но в один момент без объяснения причин «Артек» был закрыт. Слухи то о контрреволюционной деятельности в стенах госпиталя, то о незаконном обороте наркотических и психотропных веществ, даже об экспериментах над детьми разлетелись быстро. В конце концов шумиха затихла, и несколько лет спустя на территории неподалёку построили лагерь, перенявший название неудавшегося проекта, но в отличие от предыдущего «Артека» новый смог набить репутацию, став одним из лучших пионерских лагерей. 

Попасть туда было нелегко: для этого нужно было достойно проявить себя в учёбе, активно участвовать в соревнованиях и выполнять работы по сбору металлолома, уборке улиц, очищению прудов и речушек. И то отбор проходили не все. Приоритет же был у тех, чьи старшие братья или сёстры бывали в «Артеке». Например, именно это и помогло Егору...

14 июля, 20:37.

— Завтра я поеду в «Артек», — пробубнил себе под нос черноволосый парнишка лет четырнадцати. — Два дня мотаться в поезде без возможности спокойно почитать книгу. При условии, если снова не повезёт с попутчиками, — небрежно закинул дождевик в новый коричневый чемодан с металлическими уголками, пробегаясь глазами по списку вещей. — Средства личной гигиены есть, сапоги резиновые сложил, полотенце... Точно. Чуть не забыл самое главное! — из комода Егор вытащил толстую тетрадку с кожаной обложкой, которую ему пару лет назад подарил дядя. В неё он записывал всё, что находил странным и мистическим. 

Линч – такое прозвище дал сам себе Егор. Мальчишка верил в сверхъестественное, пару раз даже сталкивался с неизведанным. Со своей старшей сестрой Лили они не раз слышали домового, что ходил по дому бабушки, а также видели чёрную «Волгу»! Пускай автомобильных маньяков так и не удалость поймать, но с домовым получилось установить контакт и даже задобрить его конфетами! Это дело Егор, конечно же, подробно расписал в клетчатой тетради. Он не считал нынешние успехи настоящими успехами, но чувствовал, что прокладывает неплохое начало в деятельности журналиста-охотника за сверхъестественным. Именно поэтому, несмотря на уставшую гримасу, Линч был в предвкушении от мыслей поскорее оказаться в «Артеке» и исследовать госпиталь.

17 июля, 07:23.

Так как Егор приехал на два дня позже после начала смены, то никакой автобус до лагеря его не встречал. Да и пройтись пешком от станции вдоль бесконечного пшеничного поля после пары дней катания на поезде было лишь в радость. Конечно, чемодан был обузой, но Линч не из тех, кто любит жаловаться. 

Паренёк прибыл ни свет ни заря: пионеры ещё спали, даже ветер не шелестел листьями. Было туманно и сыро. Новопришедшего встретил у ворот охранник, спросив имя и фамилию мальчишки. Когда выяснилось, что это тот самый брат пионервожатой Лили, который должен был приехать на два дня позже, охранник направился за ней. В это время Егор рассматривал небольшую коморку, согреваясь после дороги. На стене ковёр, картина с медведями, портрет Сталина, на столе крепкий чёрный чай и рафинированный сахар. Телевизор на тумбе заикался, смотреть было невозможно. Да и скучно. Часы на стене неспеша тикали... Наконец-то дверь открылась и на пороге показалась старшеклассница в пижаме, тёмно-русые волосы которой спутались после сна.

— Егор! — радостно, но всё ещё сонно вскрикнула Лили и обняла братишку. — Ты что, пешком плёлся от самой станции?

— А что мне оставалось делать? 

— Я же говорила тебе, чтобы ты попросил у кого-нибудь телефон, набрал номер, и за тобой Филиппыч приехал бы! Где бумажка с номером? 

— Потерял, — ответил Линч и отвёл взгляд. Он не хотел смотреть на хмурую сестру, да и не считал себя виноватым. — Всё ведь обошлось, к чему сейчас этот диалог?

— Ты как с пионервожатой разговариваешь? — встрял охранник. — Это ещё и сестра твоя старшая, уважение прояви!

— Филиппыч, не беспокойтесь, всё-... — хотела сгладить ситуацию Лили, но её прервали:

— Всё хорошо, хочешь сказать? А вот нет! Если и дальше продолжит характер показывать, то быстро вылетит за ворота. Пионеров отличает дисциплина в первую очередь! 

Через пару минут душного и нравоучительного монолога двое подростков наконец-то вышли из домика охраны. Линч недовольно цокнул. 

— Не обращай внимания, — утешила девушка. — Он добрый, просто ворчливый, если дело касается уважения к старшим. Но я всё ещё недовольна твоим поступком!

— Да что могло произойти-то?! — вспыхнул Егор.

— Да всё, что угодно! Плохо стало, потерял сознание, забрёл не туда, чёрная «Волга» похитила! Я же переживаю!

— Ладно, прости. И давай закроем тему...

Время близилось к восьми утра: подъём пионеров, зарядка, завтрак и утренняя линейка. Линч и Лили как раз успели подобрать форму нужного размера (Егор сразу же переоделся, чтобы не делать этого в домике) и записаться в отряд. К сожалению, парнишка попал не под руководство своей сестры. Ещё и его домик находился далеко от домика вожатых. Пришлось идти чуть ли не в другой конец лагеря. И пока он шёл, наблюдал за другими пионерами, неохотно выползающими на сырые крылечки после сладких объятий с тёплой кроватью. Зябко смотреть было на бедолаг. 

Дверь нужного домика была приоткрыта. Видимо, все жильцы уже стояли в общем кругу на небольшой поляне, где собрался весь отряд, и делали бодрящую зарядку. Это и к лучшему: сейчас Линч неспеша разложит вещи в шкафу, после сходит в столовую на завтрак. Как только он зашёл в домик, в глаза сразу же бросился беспорядок на трёх кроватях из четырёх. 

— Соседи явно свиньи, — подметил новенький. — Кровати не застелили и уже рванули, — та койка, что предназначалась для Егора, тоже была завалена шмотками. — “Прекрасно”, — прорычал на это зеленоглазый, подняв незашнурованный башмак со своей кровати и швырнув его на соседнюю. — И это ваша хвалённая артековская дисцип-...?

— АЙ!!! 

Резкий крик заставил Линча заткнуться, вздрогнуть и обернуться. На него из-под скомканного одеяла пялился конопатый крот, суетливой рукой пытающийся найти свои окуляры. Башмак же, брошенный пионером, прилетел пухлому мальчишке в зад.

— Ты кто такой?! — спросил очкарик, разглядывая гостя и спросонья не понимая, что происходит. Взгляд зацепился сначала за форму, потом за нераспакованный чемодан. — Вот именно: чемодан, вокзал, нахрен! 

— Я только заселился! — возмутился Егор. — Думаешь, нормально складывать ботинки на чужую кровать? 

— А ты думаешь, нормально кидаться ими в людей? Это даже не моё!

— Откуда я знал, что здесь кто-то есть? Вообще-то сейчас идёт зарядка. Почему ты не на улице?

— А тебя это волнует? Настоящий обаятельный пионер всегда в отличной форме, — паренёк скинул с себя одеяло, явно демонстрируя своё тело как эталон красоты. Но смотря на растянутую майку, скрывающую небольшой живот и несколько складочек, Линчу стало скорее стыдно, нежели смешно. — Понимаешь, о чём я? 

— Я понимаю, кто пропускает зарядку.

— Правильно, потому что она мне не нужна!

Егор решил не терять времени на бесполезные разговоры и стал разгребать чемодан. Чужой взгляд всё ещё был ощутим. 

— Тебя как звать хоть?

— Линч. Егор Линч.

— Хо-хо, Линч. Ну а я тогда... Опасный! Джон Опасный! — с небольшой издёвкой посмеялся сосед.

— На что-то более оригинальное фантазии не хватило? 

— А зачем, если опасность – моё второе имя? — на этот вопрос новоприбывший пионер лишь хмыкнул. — Не веришь?? Да спроси кого угодно! Я тут уважаемая личность.

— Да-да, верю...

Любитель поспать подольше завошкался, потянулся, сладко чавкнул и почесался. Снова глянул на Линча, возмутившись:

— Тебе выдали штаны?! А мне сказали, что кроме шорт ничего не осталось! Вот же черти!

— Возможно, штанов подходящих размеров просто нет.

— Ты чё, хочешь сказать, что я толстый?!

— Ни в коем случае, здоровяк.

***

Столовая была достаточно просторным и оживлённым местом. На входе проход направо – три раковины с малюсенькими кусочками хозяйственного мыла, замызганные полотенца и залитый водой пол по классике; налево – оснащённый высокими окнами зал с выставленными в три ряда столами для пионеров. Внимание привлекала очередь, скопившаяся у зоны выдачи блюд, где ребят встречали добродушные поварихи, накладывая в белые тарелки кашу и наливая сладкий чай в гранённые стаканы.

Линч занял свободный столик, поставив поднос перед собой. Отхлебнул чай, понимая, что есть особо и не хочет, поэтому решил осмотреться:

— Большинство пионеров младше меня. Не думаю, что к моему расследованию стоит привлекать их. А стоит ли вообще...? Скорее да. В одиночку может быть трудно справиться, всё же я не знаю, что меня ждёт. Нужно опросить окружающих, что они думают об «Артеке». И о слухах. А потом... Потом, может быть, и получится найти напарника.

Скамейка прогнулась, когда рядом сел так называемый Джон Опасный. Егор сразу же замолчал, нахмурившись.

— Я подсяду?

— Ты уже сел. В чём смысл спрашивать?

— Да так, ради приличия. Или ты снова сам с собой разговариваешь, а я мешать буду? — на это зеленоглазый поджал губы от неловкости, а Джон хмыкнул: “Пф, шизик”, и легонько пихнул того в плечо. — Да ладно, наш пионерважатый такой же.

Линч вопросительно глянул, очкарик же указал пальцем в дальний угол, где сидел вытянутый парень. Его стол был завален бумажками и газетами, он их перебирал, сопоставлял и склеивал, многократно поправляя жидкие чёрные волосы, заплетённые в хвост, словно нервничал.

— Это Фокс, — сказал сосед, глотая пережёванный бутерброд. — Постоянно там один сидит.

— А что он делает? — поинтересовался Егор.

— Да я-то откуда знаю? Он просто странный. Хах! Смотри! Тоже чё-то под нос бубнит. Видать, связь с космосом поймал.

Линч не любил смеяться над людьми, но должен был признать, что жестикулировал тот парень реально забавно. Это вызвало лёгкую улыбку.

— Ты, кстати, доедать будешь? — встрял Джон, уже позарившись на нетронутую кашу, покрывшуюся плёночкой.

— Нет.

— Вот и славно. Я как раз не наелся.

Мимо них прошли девочки, одна из которых не смогла проигнорировать пионера, жадно поглощающего вторую порцию завтрака, поэтому сказала:

— Смотрите, бедный новенький не успел обосноваться, как его уже объедают...

— Не объедают, а показывают, в чьих руках авторитет, Иришка, — шатен выкатил грудь колесом, словно голубь перед самочкой, и хитро улыбнулся. — Тем более, хорошего пионера должно быть много! — закатив и так короткий рукав рубашки, он напряг мягкие мышцы, демонстрируя “банки”.

Красивый девичий смех раздался в столовой, Иришка закатила глаза, смущённо поправила прядь длинных волос за ухо:

— Смотри не лопни, главное.

— Вот же коза! — тихо добавил Джон вслед уходящим пионеркам. — Но я знаю, что нравлюсь ей, — повернулся к товарищу, но его след уже давно простыл.

***

Все пионеры собрались на площади, где каждое утро проводили линейку, поднимали флаг, объявляли о плане активностей на день и так далее. Линч не вслушивался в то, что говорят, ведь в лагерь он приехал для расследования, а не чтоб участвовать в спортивных играх и посещать кружки радиоэлектроники или авиамоделирования.

— Д-давайте пос-считаемся ещё р-раз, — проговорил с запинками Фокс, когда его отряд пришёл к своим домикам. Дети вели себя шумно и практически не слушали своего пионервожатого, так как тот обладал мягким характером, ещё и был заикой. — У нас н-новеньк-кий добав-вился. В-выйди и пр-представься, п-пожал-луйста!

Егор протиснулся через толпу, встав рядом с вожатым напротив ребят. Некоторые заинтересованно стали разглядывать его, кто-то продолжил болтать. Во всяком случае он решил выполнить просьбу, предварительно прокашлявшись, прежде чем говорить:

— Меня зовут Линч. Егор... Линч. Я увлекаюсь мистикой и приехал сюда, чтоб разузнать побольше о прошлом «Артека», так как предполагаю, что здесь может твориться что-то неладное. Я буду очень благодарен всем, кто захочет посодействовать в моём расследовании, рассказав всё, что знает об этом месте.

В какой-то момент даже те, кто не слушал, замолчали, чтобы по окончанию речи Егора разразиться смехом и улюлюканьем в адрес новенького:

— Ты серьёзно веришь в эти сказки? Тебе что, девять лет?

— А мне кажется это интересным! — раздался ещё один голос.

— Да всё понятно с ним! Детство не отпустило, хочет почувствовать себя детективом!

— Я вполне серьёзно! — заявил Линч, доставая из-под рубашки заправленную в штаны тетрадку. — Вот! Здесь я веду записи о сверхъестественном, я...

Но его уже никто не слушал. Все шушукались и смеялись.

— Т-тишин-а в ст-строю! — повысил голос Фокс, а после глянул на мальчишку перед собой. — Эт-то необ-бычно, к-конечно, но всё же «Ар-ртек» ок-кружён сл-слухами. Здесь н-нет н-нич-чего такого...

Егор молча встал в строй, игнорируя окружающие звуки. Естественно, ему было неприятно, но он старался не зацикливаться на глупцах, которые считают его наивным.

— Извини, — тихо обратилась девочка с двумя светлыми косами. Холодный взгляд пионера напугал её, но она продолжила: — Мне двоюродный дядя много рассказывал про госпиталь, может быть, тебе интересно будет послушать?

— Ты веришь мне?

— Не знаю. Но я не отрицаю, что ты можешь оказаться прав.

Линч слабо улыбнулся:

— Я буду рад любой помощи.

Вокруг собралось ещё несколько ребят, заинтересовавшихся деятельностью новоприбывшего. Но он всё ещё чувствовал на себе взгляд тех, кто потешался и смеялся явно не по-доброму.

Вплоть до обеда юный охотник за мистикой расспрашивал пионеров разных возрастов о том, что им известно об «Артеке». Информации удалось наскрести не так много, как хотелось бы, да и честно сказать, она не то, чтоб прям помогала в построении новых теорий или догадок. Сейчас же объявили тихий час, поэтому детям полагалось лежать смирно в своих домиках, но многие шептались, играли в карты или баловались – главное, всё делать тихо, иначе на дискотеку не пустят!

Зеленоглазый сидел на своей кровати. На коленях лежала раскрытая тетрадка, в руках была ручка, изгрызанная в процессе мозгового штурма.

— Многие говорят про закрытие госпиталя со стороны нарушения закона, и при этом все упоминают про слухи, что якобы ночью оттуда доносятся крики... будто они и сами сомневаются, что это правда. Вернее, они просто не задумываются: если это и вправду неупокоенные души, то на территории «Артека» произошло что-то страшное...

— Можно думать потише? — возмутился Джон, ворочаясь на кровати. — И вообще, не хочешь извиниться?

— Извиниться? За что же?

— По-твоему нормально оставлять приятеля в столовке, ничего не сказав?

— Мы приятели?

Этот вопрос заставил конопатого надуть и без того пухлые щёки и демонстративно отвернуться. Егор тоже ничего не сказал, дальше уставился в тетрадь, гоняя мысли, но уже в голове.

— Ты правда в это веришь? — снова подал голос парнишка по соседству.

— А ты нет?

Джон с недоверием глянул на двух соседей, которые играли в карты, но как будто это всё было для вида, чтоб подслушать их разговор. Либо у него всё сильнее развивается паранойя.

— Предпочитаю думать, что это детские байки, — буркнул тот.

— Понятно, — Линч снова уткнулся в тетрадку.

— Вот серьёзно, нахрена ты всех спрашиваешь об этом? Добровольно зарабатываешь репутацию шизика. А потом даже и не думай, что я полезу защищать твою тощую задницу от всяких задир!

— Я и не думал. Почему ты вообще лезешь ко мне? То мы вдруг приятелями стали, хотя знакомы меньше суток, то ты уже готов за меня драться... И кто из нас странный?

Пионер слез со своей кровати и подсел к Егору, понизив голос:

— Я их слышал, — отстранился, проверив реакцию двух других пацанов.

— Крики?

— Да. Кому ни скажу, считают меня выдумщиком. Не верят. Некоторые личности здесь вообще готовы твои “сказки” до конца жизни тебе припоминать. Поэтому если и хочешь узнать что-то об этом месте, то не распространяйся. Опрашивать кого-то бессмысленно.

— Откуда мне знать, что ты не врёшь?

— Не стал бы я говорить тебе это и лезть к тебе, если бы не почувствовал родственную душу. Джон Целомудренный знает, что делает.

— Окак, ты уже Целомудренный, а не Опасный.

— Я многогранный!

***

Время близилось ко сну. Но перед отбоем, естественно, вечерние посиделки! Иногда могли показывать кинофильмы, какую-нибудь советскую классику или даже мультики. Но сегодня каждый отряд организовывал посиделки у костра со своими пионервожатыми, пел песни под гитару и делился историями.

— Сегодня мы снова со вторым отрядом, — раздался голос соседа, переодевающегося после проведённой спортивной эстафеты, в которой Егор с Джоном благополучно отказались участвовать.

— Это и к лучшему. Лили хоть приятно слушать. Не то, что этого за-заику! — второй специально передразнил Фокса, оба рассмеялись.

— Ты идёшь? — спросил Линч у очкастого, который уютно пролёживал свои бока. — Или снова предпочтёшь валяться?

— Ну не знаю, не знаю...

Соседи покинули домик.

— Уговаривать тебя не собираюсь, — заявил черноволосый и встал с кровати, складывая в карманы спички, заточку, проверяя наличие тетради за пазухой. — Просто это отличная возможность посетить госпиталь до отбоя.

— Ты в своём уме?? — выпучил глаза Джон. — Хочешь смотаться из лагеря в одиночку? Ну уж нет! — паренёк вскочил с места, зашнуровывая ботинки.

— Хах. Не думал, что тебе эта идея настолько понравится...

— Да не нравится она мне! Просто если с тобой что-то случится, то опрашивать будут меня.

— Как благородно, Джон, — улыбнулся инициатор.

— Да заткнись.

Большинство уже сидело на поляне вокруг небольшого костра, обложенного камнями. Комарьё по вечерам особо сильно кусалось, но дым отпугивал кровопийц от юных пионеров, которые дружно пели песни под гитару и с интересом слушали истории вожатых. Как раз Линч и Джон успели к этому моменту.

— Лили, Лили! А расскажи страшилку! — раздался детский голос.

— Ого, хотите страшную историю? А не боитесь потом не заснуть? — с улыбкой спросила пионервожатая, получив отрицательный ответ, раздавшийся хором. — Ну хорошо... Тогда поведую вам о Пиковой Даме...

И девушка начала рассказ. Её вкрадчивый голос вызывал табун мурашек по коже, все слушали, затаив дыхание.

— Хулиганов наказала не тюрьма, а жизнь: один из них повесился прямо в камере, а второй остался колясочником. Поговаривают, что зеркало той самой девочки всё ещё находится в одном из пионерских домиков...

— Ну и жуть! — послышалось по ту сторону костра. Пионеры начали перешёптываться. — Как хорошо, что у нас такого в лагере нет!

— А как же голоса? — поинтересовался кто-то. — Или это лишь слухи?

— Слухи! Слухи!

— А вот и нет!

Накаляющийся спор прервала Лили:

— Это правда, — все замолкли. — Говорят, что крики слышали те, кто не единожды посещал этот лагерь.

— Ты тоже слышала, получается? — на это пионервожатая лишь загадочно улыбнулась.

— Крики эти слышны лишь поздней ночью, поэтому придётся долго не спать, чтоб их услышать. И принадлежат они детям, что попали под нож безумного доктора, который любил ставить эксперименты над несчастными сиротами! Вырывал ногти, заливал кислоту в глаза, вскрывал наживую...

Пионеры жалобно завизжали, закрывая уши, лишь бы не слышать дальнейшего описания ужасных действий врача. Лили поняла, что заигралась, поэтому спешно добавила:

— Но это лишь слухи!

— Или нет, — решил встрять Джон, выйдя к свету костра. — Я слышал, что на территории госпиталя и по сей день можно найти изуродованные трупы жертв, лежащие в подвалах!

Это вызвало новую волну страха, на что рассказчица недовольно свела брови:

— Это неправда. Старый «Артек» давно обчищен и запрещён для посещения. Особенно нам, пионерам! Из опасного там только арматура, разбитое стекло или залежавшиеся ампулы какие-нибудь.

— Да шучу я, шучу, — хмыкнул пухляш.

— Так себе шутник!

Не успел Джон ещё что-нибудь вставить, как зеленоглазый друг утащил его за собой в толпу, волоча как котёнка за шкирку.

— Ай, Линч, куда ты меня тянешь?!

— Ты что удумал? — нахмурился тот, когда они покинули место пионерских посиделок. — Тебе везде нужно своё слово вставить?

— Ну а что? Ты её слышал вообще? — не в негативном, а скорее в заинтересованном ключе сказал очкастый. — Лили, кажется. Такая лапушка! Ну как тут не вставить-...

— Эй, полегче! Она моя сестра!!

— Сестра? — переспросил Джон. — Так у вас в роду все красивые?

— Чего?..

— Ладно, тут чёт я перегнул. Тебе до меня ещё далеко.

Решив больше не терять времени на эти бессмысленные разговоры, приятели незаметно для остальных направились в смеркающийся лес, дабы найти тропу, ведущую до госпиталя...