Ариадна

Пахло плесенью и крысиными экскрементами. Стук подошв по бетонному полу отражался эхом от стен и терялся среди красных островков аварийного освещения. А Дарий маячил за спиной воздушным шариком. Точнее, пока не Дарий – нелепый в своём непонимании Данил.

Кирилл завернул за очередной угол и опустил Даню на землю. Сзади перестали долетать неоновые боевые заряды, и гул приближающейся толпы стих. Он выдохнул, выглянув из-за стены – они должны были оторваться достаточно. Два поворота направо, три налево и снова направо – эту последовательность он хорошо запомнил ещё три года назад, но идти дальше без сверки с картой не решился. Нащупав в кармане «Ариадну», он снова и снова нажимал на кнопку пуска. А та подвисала, экран зажигался с трескучим писком – пикселями вырисовывалась схема тоннелей. Но тут же гасла – быстрее, чем он подносил палец. Видимо, тот удар о поручень лестницы всё-таки пришёлся по прибору.

Блеск.

Дарий убьёт его, когда память вернётся. Мозг выест своим: «Да ты знаешь, сколько я времени на него угробил?!» Кирилл вспомнил нахмуренные брови и злые искорки в глазах, как легко было поднять руку с прибором так, чтобы Дарий не мог достать. Как тот, забывшись, прыгал за ним, а после поправлял жилетку, заправлял в брюки рубашку и делал вид, что ничего не было. Не было всего этого ребячества, подходящего их возрасту.

Уголок левой щеки кольнуло улыбкой. Но уже через секунду губы вновь стали прямой линией – совсем не время. Рядом Даня озирался по сторонам, оперевшись на холодный бетон.

И это раздражало. Дарий бы починил чертову пластмасску с микросхемами.

А Данил в грязных розовых тапочках с кроликами – нет.

«Ариадна» совсем выключилась, дважды пиликнув напоследок.

Так.

Есть другой вариант.

Кирилл ещё раз проверил коридор – не крадутся ли экстрасенсы. Никого – это хорошо. Схватил Даню за рукав полосатой пижамы и двинулся вперёд, ведя ладонью по правой шершавой стене. Впереди пустой серый бетон. Подсказок нет.

Но нет. Они точно где-то здесь. Кирилл точно помнит.

– Куда мы идём? – спросил Даня, когда они остановились у развилки.

– В бункер. – Кирилл почти добавил «Дарий», но осёкся – нужно сосредоточиться на дороге, а не выслушивать очередные расспросы Дани. Он свернул в правый тоннель, вглядываясь в стены. – Надо тебя спрятать.

– От кого? Я уже ничего не понимаю!

Даня схватил его за край рукава и потянул на себя, заставляя развернуться. Взгляд растерянный, но настойчивый. Ему хочется узнать правду, но очень страшно.

Дарий не боялся.

– Данил. Позже.

– Ты ничего не объясняешь!

Кирилл крепко схватил Даню за плечи. Пижама в грязных пятнах, на голове кудрявый ужас с застрявшей в нём веткой. И розовые тапочки. Глупые розовые тапочки с кроликами.

Дарий не позволил бы себе так нелепо выглядеть.

– Пока я занят тем, что доставляю тебя в безопасное место. – Кирилл протянул руку – Даня зажмурился – достал ветку и выбросил, она глухо ударилась о пол – Прости, не разжевываю тебе всё и не подаю на блюдечке с голубой каёмочкой.

– Но!

– Просто замолчи. – Кирилл отпустил Даню, тот опасно качнулся, но удержал равновесие. – Здесь эхо такое – на другом конце Амурграда услышат.

Даня будто понял и затих. Будто. Его хватило на минуты три.

Шаги сзади остановились. У Кирилла задёргался глаз.

– Ты отправляешь нас в астрал. Я оказываюсь в психушке. И ты же меня оттуда крадёшь.

– Не совсем. Я вытащил тебя из их машины. Давай, пошли уже.

– Нет! Я не пойду, пока ты всё не расскажешь!

– Даня, позже!

– Сейчас!

– Достал! – Кирилл махнул рукой, Даню снова охватило зеленоватое свечение. Он поднялся в воздух, нелепо размахивая руками и ногами. Глупые тапочки почти слетели – левая держалась на одном пальце.

– Пусть так! Но ты не закроешь мне ро...

– Правда так думаешь?

Теперь на губах Дани сияла зелёная полоска – не открыть рот, не издать ни звука.

Кирилл отвернулся от него, потирая переносицу. Поднял глаза.

И вот он. На стене впереди знак. Знакомый символ – Уроборос поедает себя. Они с Дарием вместе его здесь оставили.

Вот теперь можно было улыбнуться и немного выдохнуть. Только немного. Сзади он услышал шорох, но это, скорее всего, была заблудшая крыса. Лучше бы это была заблудшая крыса.

– Я всё тебе объясню, когда доберёмся. Ну, большую часть. Надеюсь, остальное ты вспомнишь сам.

И Кирилл ускорил шаг.

Уроборос на правой стене. На левой. У поворота. На развилке. Теперь он шёл так же уверенно, как по коридорам школы. Быстрее. Быстрее. Три поворота. Два. Один.

На металлической двери с кодовым замком уроборос себя не ел – две змеи повернули к ним головы и пялились пустыми глазницами.

Они пришли.

Он поставил Даню на пол, освободив ему рот, и подошёл к панели ввода.

Набиравшие пароль пальцы немного тряслись. Заскрипели петли, дверь загрохотала и открылась. Изнутри пахнуло пылью и немного спиртом, значит, Дарий всё-таки заправил баки обеззараживателя перед... Так, к делу.

В проходной комнате никого не было – уже хорошо.

Кирилл прошёл вперёд, потянув Даню за собой. Старый дисплей на стене мигал зелёной черточкой ввода. Под ним клавиатура – стандартная, но с изменениями. Например, кнопка для отмены дезинфекции. Кирилл первым делом нажал её – не хотелось искупаться в спирте без повода. Здесь пароль придумывал он – один, четыре, три, семь. Дарий так и не понял, что они означают.

Кнопка «ВВОД».

Дверь за спиной захлопнулась, металлические стержни замка с лязгом втиснулись в пазы. Даня вскрикнул, ощутимо вздрогнув.

Очередная дверь отъехала в сторону.

Кирилл осветил главную комнату своей силой – никого на первый взгляд. Наощупь нашёл щиток и включил электроэнергию. Холодный белый резанул по глазам, и он зажмурился, доставая из кармана очки. И пока Даня всё ещё тёр отвыкшие от яркого света глаза, Кирилл уже оценивал обстановку.

Заваленный чертежами и красными камнями стол. Две койки – их было легче притащить, чем диван. Доска расследования с паутиной красных нитей на стене напротив. Шкаф, стул, тумбочка. Кирилл быстрым шагом обошёл комнату, проверив все углы, где можно было затаиться.

Никого.

Отлично.

Он снова взял осматривавшегося Даню за руку и потянул к одной из коек. Тот плюхнулся на одеяло, испортив идеальный порядок, оставляя на нём грязные следы ладоней.

Кирилл, цыкнув, решил осмотреть Даню на предмет травм – всё-таки они бежали, падали и снова бежали. Поднял глаза. И завис.

Он видел Даню много раз. И Дария тоже. Но в таком жалком виде ещё нет. Теперь в свете ламп было видно и круги под глазами, и впавшие щёки, нездоровую бледность, потерянный взгляд. Замученный. Испуганный.

В комнате холодно, обогреватели только включились и не успели нагреть помещение. Даня, обхватив себя за плечи, стучал зубами. Кирилл направился к шкафу и среди стопок рубашек и жилеток нашёл серую толстовку. Тоже аккуратно сложенную. Кирилл думал, что Дарий её выкинул или забросил куда-то, но нет. Значит сохранил, а так ворчал, когда Кирилл её подарил. Понадобилось несколько секунд, чтобы нормально вдохнуть.

Что это с ним. Дарий прямо сейчас сидит за его спиной. Совсем скоро всё встанет на свои места. Вернётся.

Кирилл крепче сжал толстовку в руках и вернулся к Дане. Вручив её, придвинул поближе стул и, сев на него, сказал:

– Всё. Теперь можешь задавать вопросы.

«Ариадна» пиликнула в кармане, оживая.