Апостол Мазепы.

В год 1654й, так кардинально изменивший ход нашей истории, в семье миргородской козацкой Старшины родился хлопец, назвали Даниилом.

Данилом Апостолом, по отцу.

Детство на фоне Руины, гражданская война, в самом натуральном смысле слова, польская, крымская, российская интервенции одна за другой.

Вчерашние соратники Богдана шли друг на друга с оружием в руках, и их люди шли за ними против таких же близких ещё вчера своих.

Страшное время.

Данило унаследовал миргородское полковництво отца, а речь шла не о полке, как воинской части, административно-территониальной единице, владетель душ, умов и сердец, запоздавшее Средневековье.

Мазепа прочно взявший власть в последнее десятилетие, посылал Апостола гонять Петрика, вождя голытьбы и вечно недовольных Запорожцев, и если кто то думает, что какие то враги были жестоки, то значит читали про Мазепу слезливые сказки, а не правду, суров был Гетман, крут и суров.

Война Азовская, война Северная, Мазепа посылал Апостола всюду, и Апостол всюду был, угробив, в итоге вышеупомянутого Петрика и уйму народу вместе с ним, включая союзных Петрику представителей будущего коренного крымско-татарского народа.

Апостол ходил в Прибалтику с царскими войсками против шведов, и в Польшу с ними же против них же, после чего, поучаствовав во взятии Варшавы в 1704м, самовольно вернулся домой со своими людьми, из за скотского обращения царского немца Паткуля.

Ирония судьбы, злая ирония, за 47 лет до того, точно так же ходил на Варшаву другой полковник, по велению другого Гетмана.

Хмельницкий посылал Ждановича с венграми, попытавшись заключить союз со шведами, и так же точно вернулся обратно Жданович, впечатленный отношением венгров.

Четыре года войны, четыре года нервов, натянутых, как струна, четыре года как по лезвию ножа.

Мазепа выбрал и ушёл к шведам- это вранье, попытка свалить на старика страх и алчность Старшины, она выбрала, она загнала вожака в угол, она прижала к стене, решай, Гетман, и Гетман решил.

Мазепа ушёл к Карлу Двенадцатому, и Апостол ушёл вместе с ним, а потом...

А потом Мазепа понял, что ошибся ставкой.

Писал письмо царю, предлагал выдать Карла в обмен на всё, как было, измученный затравленный старик, с ужасом смотрящий на раздираемую войной свою страну, которая впервые при нем то прожила два десятка лет мирно и сытно.

Апостол повез царю письмо Мазепы, и... и не вернулся.

Старшина предала Гетмана, и ближе к телу всегда своя рубашка, вот и Апостол дорожил своей.

Пристроился к царю, воевал за него, водил войска, участвовал в грызне, где все друг на друга слали доносы пачками, крупная фигура, большие ставки, никакой пощады, такие правила игры.

Пережил всех, и в 70 уже лет, Петром, но Вторым был избран Гетманом Левобережья, надиктовал царю Решительные Пункты, возвращение части самоуправления Гетманщины, остатков автономии.

Катался в Москву, был осыпаем милостями, пережил и второго Петра, и дочь первого между ними, добился амнистии тем, кто вместе с ним ушёл за Мазепой, да так и застрял на десятки лет.

Служил Империи, воевал за нее, и умер в уважении и богатстве в Сорочинцах, высаживая сады.

В год 1734й, ровно четверть века спустя после Мазепы, купив себе эти двадцать пять лет жизни изменой Гетману, как и Мазепа купил свои 25 до него.

Большая фигура, сложная судьба, если кто то скажет, что бросить своих, спасая жизнь легче, чем пойти за ними, теряя жизнь и всё, что есть, нет, нету там лёгких путей.

Но всё это я пишу для того, чтобы напомнить, что формула, в которой Апостол, служивший Империи, институтом нацпамяти признанный нашим, а Паскевич, служивший ей же, не нашим, это бред.

Один украинский, второй не украинский, и логики тут не найти, нет её.

Подумать обо всём об этом мы могли бы, пройдя аллеей Гетманов, от бюста к бюсту, среди друзей и врагов.

Но мы не можем, аллеи Гетманов у нас нет, слишком заняты были, все решали, кто на Евровидение поедет, не построили.