Антитропы. День 2

Гето Сугуру не зря был лучшим антикризисным менеджером Японии. Он не только талантливо выруливал из почти безвыходных ситуация, но и знал, когда с предложением что-то не так. 

И с предложением компании “Годжо Свитс” совершенно точно было что-то не так. Во-первых, до последнего времени у компании как будто бы дела шли отлично, а потом, без какой-либо на то видимой причины, случился кризис. Информация ещё не проникла в СМИ, и о реальном положении знали топ-менеджмент и теперь Сугуру. 

По бумагам, которые ему предоставили по предварительному договору о неразглашении, он мог сделать вывод, что причина была в том, что генеральный директор компании - полнейший кретин. Но вот здесь заключалась вторая странность. Сугуру умел пользоваться гуглом. Годжо Сатору поступил в университет в пятнадцать, не получил звание гроссмейстера только потому, что семья требовала от него большего вовлечения в бизнес, знал в совершенстве четыре иностранных языка, а его высокий IQ во всяких статьях про самых завидных женихов отмечался сразу после капитала и роста. 

Годжо Сатору совершенно точно не был кретином. 

Так что предложение откровенно плохо пахло. 

Сугуру планировал отказаться, но дело в том, что он прочитал все эти статьи и посмотрел фотографии, а ещё ему предложили неприлично хорошие деньги. Он уговаривал себя, что именно деньги и стали главным мотиватором, но как будто бы решающим фактором стало то, что Годжо никогда не выходил в свет с девушкой. Не то чтобы Сугуру всерьёз рассматривал возможность замутить с работодателем, но ему было любопытно, а любопытство, как известно, не порок. 

При первой встрече Сугуру… Годжо производил впечатление, окей? Сугуру не растерялся, но был близок к этому. Про рост в статьях не врали, фотошопа на фотографиях было не слишком много, а харизма пёрла через край. Сугуру подписал очередное соглашение о неразглашении, не приходя в сознание.

Работа закипела. 

К Сугуру приставили Нанами Кенто, который выглядел воплощением слова “надёжность”. И можно было подумать, что они сработаются, Сугуру любил таких людей, но Нанами смотрел словно бы мимо него и постоянно отводил взгляд. Сугуру часто сталкивался с сопротивлением в своей работе, обычно из-за того, что работники боялись получить за свои косяки, но всегда с помощью вежливости и обаяния он умудрялся добиться расположения коллег. Что ж, похоже, не в этот раз. 

Зато Годжо буквально утопил его во внимании. На вторую встречу они пошли в ресторан, что на самом деле не было такой уж редкостью с клиентами Сугуру, и Годжо болтал обо всём на свете. Обо всём на свете, кроме работы. Неудивительно, что дела у компании шли не очень. 

Сугуру ловил себя на мысли, что вот сейчас самое время побыть строгим антикризисным менеджером и напомнить, зачем они здесь собрались, но разговор тёк естественно и непринуждённо, а Годжо оказался смешным, образованным, эрудированным и заразительно самоуверенным, ровно таким, каким его рекламировали статьи про завидных женихов.

- Вы очень вовремя обратились ко мне, не запустили ситуацию. И всё же… Я уже достаточно изучил отчёты, но пока не до конца понимаю, что случилось. 

Годжо надул губы и постучал ногтями по бокалу с неподходящей ему по статусу газировкой. 

- А я думал, что вы быстрее разгадаете эту загадку, Гето. 

- Загадку? Годжо-сан, в управлении корпорацией нет пространства для загадок. Здесь всё должно быть точно и однозначно. 

- Неужели вам не скучно, когда всё точно и однозначно? 

- Неважно, скучно мне или нет. Важно, что без вашей помощи я не смогу вам помочь, извините за тавтологию. 

Годжо вскинул одну бровь и отпил из бокала. 

Любое упоминание корпоративных дел превращало его из остроумного собеседника в обворожительного дурачка, который ничего не смыслил в бизнесе, умел только хлопать ресничками и выбирать новые машины себе в гараж, тратя деньги, заработанные родителями. Но так же не бывает! Не может быть человек одновременно и всесторонне удивительно умён, и клинически туп. 

Этот разговор всколыхнул природную подозрительность Сугуру, и он стал изучать документы с мучительной скурпулёзностью, доводя Нанами до нервного тика. 

Тем не менее он не отказался в выходные поехать поиграть с Годжо в гольф. И это согласие как будто ещё сильнее отдаляло его от понимания, что делать с компанией, которая начала своё падение ни с того ни с сего. 

Смотря на светлую кожу в пространстве между шортами и ослепительно белоснежными гольфами, Сугуру вдруг понял, что его смущало сильнее всего. И нет, в данном случае не коленки Годжо, хотя и они, признаться, тоже. Никому в компании как будто бы не было дело до стремительно ухудшающихся дел. Но ведь так не бывает? 

Шла третья неделя, когда Сугуру начал формировать предположение. Но… зачем? Возможно, его проверяли. Возможно, ему хотели предложить какое-то более крупное дело и для этого проверяли. Возможно, ему хотели предложить должность в компании. Был ли он заинтересован? Ещё три недели назад он бы сказал, что точно нет. Он ценил свою свободу. Сейчас… Сейчас он вспоминал, как Годжо нагибался, чтобы ударить клюшкой по мячу, и не был так уверен в этом. Как легко его, оказывается, было купить: интересный разговор, обаятельная улыбка и привлекательная жопа. 

А возможно, возможно его хотели подставить. И от этого становилось совсем не по себе. 

Поразмыслив ещё пару дней, Сугуру решил, что это слишком нереальный вариант. Никто не стал бы ради него подделывать кучу важных документов. Да и Сатору не стал бы играть с ним в эти игры ради должности и тем более ради того, чтобы подставить. Он бы так не поступил, они стали практически друзьями за это время. 

Ровно в тот момент, когда Сугуру убедил себя в этом, он собирался отметить умозаключение чашечкой кофе из кофейни на первом этаже бизнес-центра. Но как только он поднялся, в кабинет постучал Идзити, забитый и вечно напуганный помощник Сатору. 

- Я п-принёс квартальный отчет Нанами-сана, как вы просили, Гето-сан. 

- Проходите, Идзити, кладите на стол. 

Перед тем, как всё-таки отправиться за кофе, Сугуру решил пролистать отчет. Уже на второй странице ему стало нехорошо. Этот отчёт никак не вязался со всем, что он видел за три недели. Судя по нему, дела у компании шли прекрасно. 

- Идзити, что это за отчёт? - спросил он ледяным голосом. 

Несчастный выглядел так, как будто был готов упасть в обморок или обмочиться.  

- Повторяю свой вопрос: что это за отчёт? 

Вероятно, Идзити был не виноват, но Сугуру чувствовал, как внутри ярость билась дикими волнами. То есть он был прав в своей первоначальной догадке. Его зачем-то обманывали. И никакими друзьями они с Годжо, разумеется, не были. У таких, как Годжо, не бывало настоящих друзей, только удобные люди. 

Не дожидаясь ответа от дрожащего и бледного Идзити, Сугуру вылетел из своего временного кабинета и чуть ли не бегом отправился к Сатору. Секретарь Мива даже не попыталась его не впустить, и Сугуру легко проник в святая святых. 

Сатору говорил по телефону и крутился на кресле. Увидев Сугуру, он быстро попрощался с собеседником и широко улыбнулся. 

- Что, уже время обеда? А я и не заметил. Пойдём. Куда сегодня хочешь завалиться?

- Сейчас не время обеда, а время объяснить, зачем было обманывать меня всё это время. 

- О-оу, ты кажется, зол. 

- Тебе не кажется. 

Сатору нахмурился и пожевал губу. Видели бы его подчинённые. Что, неужели стыдно? Сугуру не верил. 

- Сядь, пожалуйста. 

- Мне и стоя нормально. 

- Ладно, я понимаю, возможно, эта ситуация затянулась, - сказал Сатору, глядя в окно. Вот он как заговорил теперь.  

- Ситуация? Я понимаю, что для людей вроде тебя всё вокруг - игрушки, но для меня это моя работа, моя репутация, которую я по кирпичику выстраивал годами. 

- Сугуру, - сказала Сатору как-то совсем уже беззащитно и по-детски. - Я не хотел навредить твоей безупречной репутации. То есть хотел, но совсем другим способом. 

То есть всё-таки хотел!

- И каким же это?

- Я увидел твоё интервью и нестерпимо захотел пригласить тебя на свидание, но не придумал ничего лучше, чем предложить тебе работу. Нанами чуть не задушил меня за эту идею. 

- Постой… - Сугуру сел. - Всё это ради того, чтобы забраться ко мне в трусы? Куча поддельных документов, втянутые в эту нелепость люди, деньги, которые мне заплатили? Три грёбаных недели? Рестораны, бары, гольф?

- Ну что сказать, я умею ухаживать… - самодовольно ответил Сатору. - Только я не понял, ты согласен? 

- Боже, да я согласился на предложение только потому, что перечитал статей про тебя с твоими фотками. 

- Ого! Вот это круто! - возбуждённо сказал этот гений. 

Сугуру тяжело вздохнул. 

Годжо Сатору всё-таки был непроходимым кретином.