Английский дневник

ГЛВА 1. ВВЕДЕНИЕ

Вы, наверное, уже догадались.

«Ну, теперь я спокоен за свои инвестиции» - написал мне один из клиентов (а думают так многие, я знаю).

«Мы вырвались из России!» - выдохнул мой сын, пройдя границу в Хитроу.

Ну, не вырвались, конечно. С одной стороны – что же это за «вырвались», если никто нас не останавливал, не преследовал, ничто, казалось, в России нам не угрожало кроме отсутствия миндального молока в «Кофемании» по случаю коронавируса? С другой – можно вывести Дуньку из России, но Россию из Дуньки – намного сложнее: я читаю и буду читать российские новости, работать с российскими клиентами, говорить дома по-русски, писать для русскоязычных, переживать по поводу событий в России. «Раньше у тебя был один Израиль, теперь будет два» - сказал мне мудрый старый еврей. Это так и не так – но про это в другой раз.

Итак, мы в Лондоне. Предвидя вопросы, я попробую сразу дать ответы на FAQ:

- Не знаю, навсегда или нет; в мире сегодня переезд перестал быть решением жизни и стал периодической рутиной. Пока выглядит как «навсегда», но я хорошо знаю, что лучший способ насмешить Б-га это рассказать ему о своих планах.

- Да, конечно, с Россией, Москвой, друзьями и знакомыми связи остаются; кончится вирус – буду приезжать почти каждый месяц. Я люблю и Москву и Россию (но странною любовью, совсем как Лермонтов; более того, «славу купленную кровью и темной старины заветные преданья» я просто ненавижу, а уж на «страну рабов – страну господ» я насмотрелся до тошноты, вполне себе сходя за «господина», и от этого еще более тошно). Я люблю язык. Я люблю людей (которых люблю и которых еще много остается в России, но всё меньше). Я обожаю русскую природу. Я люблю Москву с ее азиатской подачей европейской архитектуры, пышностью колониальной столицы и удивительной способностью «прорастать сквозь плитку» - создавать прекрасные, эффективные, добрые вещи везде, куда не дотягивается прокаженная рука начальственной бюрократии (к сожалению она с каждым годом все длиннее, а проказа всё злокачественнее).

- Да, мой бизнес никак не меняется. Что он-лайн, что в Лондоне, я остаюсь СЕО «про-боно» и совладельцем нашей группы. Мы привыкли работать из разных офисов (Кипр, Кайманы, Москва, теперь еще и Казахстан). Я остаюсь на связи, мои контакты не меняются, только появился лондонский телефон (московский тоже работает, и Вотсап тот же). Найти меня так же легко, как и раньше.

- Конечно! В Лондоне мы новенькие (я езжу сюда с 1996 года, но никогда не жил долго) и мы будем рады напутствиям и советам, а так же попить кофе и поболтать на террасах (внутрь ресторанов мы из-за вируса не ходим), тем более что мы живем в Maida Vale, у нас тут море отличных кафе, а если что – 15 минут до Марлибона или Сент Джонс’ Вуда.

- Почему? Ну, это короткий вопрос с длинным ответом. Я на него отвечу – обязательно, но чуть позже, в рамках моего мини-проекта, о котором ниже.

Итак, мы в Лондоне. Мы отсидели карантин, мы включились в жизнь, сын пошел в школу, мы изучаем логистику, присматриваем машину, планируем, наталкиваемся на неожиданности и так далее. Мы, знавшие все детали московской жизни и умевшие всё лучшим образом, попали на другую планету. Здесь все ходят на головах, едят ушами и здороваются локтями (последнее кстати не преувеличение, здесь все теперь здороваются локтями из-за вируса). Мы немножко как Садко, попали в подводное царство.

Общеизвестно, что в любой непонятной ситуации каждый делает то, что умеет. Садко играл на гуслях. Я же лучше всего умею писать. Поэтому я решил, что буду записывать свои наблюдения о процессе переезда и адаптации, а заодно (и в первую очередь) свои впечатления и получаемые знания о жизни в Лондоне: взгляд новичка иногда интереснее профессиональных наблюдений замыленным глазом, а вопросы, которые я задаю сейчас, вряд ли придут в голову старожилам (случайно написалось «старожидам», и подумалось – «ну этим то в голову придут еще и не такие вопросы!» Мы живем недалеко от синагоги и в окрестностях их еще три, пока не понял, что это для меня значит).

Так что welcome to London diary. Публиковать я его буду здесь, наверное раз в неделю, а потом посмотрим, может кому и захочется опубликовать его целиком. Первая глава будет через неделю. Она будет про переезд, перелет, границу, и как армяне водят машины в Лондоне.

ГЛАВА 2. ПОЧЕМУ

Меня еще в университете учили – «Перед тем, как рассказывать «как», расскажи «почему». И не зря – «почему» часто очень трудно определить, но равно очень полезно.

Почему мы уехали в Англию? То есть – почему уехали и почему в Англию, а не скажем в Тайланд или Оклахому?

Ответ будет длинным, но начну я его как водится у нас, евреев, с вопроса: «А что такого?»

Вопрос «почему уехали» в русской оседлой культуре действительно имеет какое-то метафизическое звучание. Привязанность к земле в России сродни сексуально-семейной и настолько же патриархальна (только в вопросе отъезда мужскую функцию выполняет государство, а женскую – его обитатели). Вопрос «почему уехал» в России настолько же сакраментален и обвинителен, насколько вопрос «почему дала» в традиционной культуре: и то и то можно оправдать либо высшими мотивами (большая любовь, большой страх или большие деньги, в России большая любовь к большим деньгам не осуждается), либо откровенным блядством (да что с неё взять!). Отъезд может быть либо «замуж», либо – за колбасой (помните «колбасную» эмиграцию 90х?), либо – формой побега (обменяли хулигана на Луиса Корвалана это хорошо, бегство братков или, например, Президента Банка Москвы это плохо, но и то и то – бегство), либо – предательством, изменой, грязной низостью продажного наймита англо-саксов.

Попадая в Англию, немедленно сталкиваешься с культурой территориального промискуитета. Здесь большинство либо приехало, либо собирается уехать. Едут много – в Европу, в Австралию, в Индию и Индокитай, в Африку (в ЮАР в основном), в Китай и пр. «Почему», как и «почему дала» здесь имеет простой и очевидный ответ, не предполагающий стыда или драмы: потому что захотелось. Едут поменять места; туда, где работа интереснее; где климат лучше; где ниже налоги; в поисках интересной культуры.

В этом смысле мои ответы тоже будут «английскими». Почему мы уехали? Потому что захотели. А захотели мы по многим причинам.

Во-первых (не в порядке важности, тут сложно приоретизировать), в России с каждым годом становится все более душно. Не то, чтобы лично мы задыхались (мы могли себе позволить и внутреннюю эмиграцию), но общее ощущение спертости воздуха, висящего в воздухе угара, не оставляло. Это и устаревшие нормы выхлопа и выбросов. Это и новостные ленты (о, какое счастье больше не читать поток информации о том, кого еще посадили и с кем еще мы поссорились!), и уличные рекламные щиты («Парк Патриот», «ХY лет победы», «танковый биатлон» и пр.), и доносящиеся отголосками от знакомых или из ленты высказывания сановников, и ток-шоу, которые смотрит старшее поколение и так далее. Это вообще стандарты коммуникации (там, где в России пишут «предупреждаем о уголовной ответственности за неуплату налогов», в Англии написано «спасибо что вы платите налоги»). Это еще не ужас (вообще все пока достаточно мило, если не делать бизнес или политику), но это – запах будущего ужаса.

Во-вторых, Россия все больше становится колонией (внутренней, если хотите), а Москва по мере того, как амбиции метрополии у неё все сильнее, всё больше напоминает столицу колонии – этакий Бомбей времен колониальной Индии. Это удобно, иногда роскошно и часто забавно, но никогда – всерьез. Всерьез – где-то в другом месте. В Москве можно либо зарабатывать с теми, кто у власти, либо им прислуживать – остальные виды бизнеса сравнительно с аналогами в других странах убыточны (что не мешает делать их с прибылью для себя, но так или иначе надо сбежать за границу, пока убытки, которые ты перевесил на государство или партнеров, не начали взыскивать). Я уже давно владею бизнесом, работающим глобально, и мне всё больше требовалось быть там, где вещи происходят, а не там, где макропроцессы слышны только далеким эхо. Лондон – финансовая столица мира. Если претендовать на эффективную работу в финансах, надо иметь возможность общаться с теми, кто их «делает» не с далекой окраины галактики, а на месте.

Кстати, с точки зрения культуры и искусства Лондон, конечно, тоже – сердце мира. Театры, музеи, концертные залы, учебные программы не сравнимы с московскими при всем московском разнообразии. Это кстати – одна из причин, почему уезжая из России мы не ехали на любимый нами Кипр или на юг Испании. Одна, но не единственная: в Испании – налоги, на Кипре – нет университетов.

В-третьих, на бизнесе свет клином не сошелся. Мои дети не собираются делать бизнес – они пошли в мать, заняты медициной и наукой. Ни того, ни другого в России толком не осталось (и не надо мне рассказывать, я знаю, да и дети мои уже на практике имели возможность сравнить). Никто из моих детей не собирается возвращаться – собрать их обратно в Россию не получится, а в Англию можно попробовать. Моему младшему надо учиться в школе. Смотреть на то, во что превращается российская школа, с учителями, погрязшими в навязанной бюрократии, бесконечной угрозой введения религиозного воспитания и требованием «растить патриотов» я больше не хочу и сыну не дам. Частные школы еще местами сохраняют неплохую атмосферу, но по сравнению с хорошими школами в Англии это все равно даже не 20, а 19 век. То, что я вижу в английской программе, несравнимо более современно, адекватно, эффективно. Да и networking, который здесь очевиден и включает детей из самых разных культур, в Москве не приветствуется и лишен разнообразия.

В-четвертых, как метко сказал один мой знакомый – «это не мы уезжаем, это Россия из-под нас уезжает». В России мало кто остался из моих друзей и знакомых. Моя единственная кузина и ее дети – в Париже; моя сестра – во Франкфурте. Брат моей жены с семьей – тоже в Париже. Мои коллеги по бизнесу – на Кипре и в США. Друзья – кто в Америке, кто – в Испании, и конечно многие в Англии. В последние годы стало очень трудно идти против рожна, тем более Европа такая маленькая – от Лондона до Брюсселя на поезде 1,5 часа, с друзьями из Германии можно встретиться погулять по Голландии, билет на самолет поперек Европы – 15 евро. Все-таки размеры России играют против тебя.

В-пятых, как это ни смешно, но я устал от того, что цветной телевизор у меня в окне работает только 3 месяца в году, а 9 месяцев там черно-бело. Здесь в Лондоне зелень – круглый год, улицы чисты (после дождя не надо мыть машину), даже в январе по зеленой траве парков местные гуляют в пиджаках (только надевают шарф). В Лондоне можно и очень здорово гулять по городу 12 месяцев в году. В Москве либо грязно, либо душно, либо холодно, а часто «два из трех». Здесь я живу в 45 минутах неспешным шагом от центра и почти никогда не езжу – все время хожу, за день находится более 20 000 шагов. В Москве идти в центр мне бы не пришло в голову.

В шестых – и это уже прагматические соображения, Англия создала достаточно уникальный режим налогообложения для таких как я: собственно я могу много лет не платить налогов с доходов, если я не ввожу их на территорию Великобритании. В России у меня такой возможности нет (как нет ее и у тех, кто мог бы так же въехать в Россию – я считаю это большим упущением российских властей); в Лондоне дорогая недвижимость, но оставаясь в России я отдал бы больше налогами, даже по новому льготному «пятимиллионному» правилу. Не то, что бы Англия не хотела собирать налоги; просто она хочет привлечь тех, кто обеспечит потребление и создаст налогоплательщиков в следующих поколениях. Так эмигрантами укрепляется общество.

Если этих шести ответов недостаточно, боюсь придется дать еще один – седьмой. Нам просто очень нравится Лондон – старомодный, безумный (об этом много в следующих главах), эксцентричный и эклектичный, и вместе с тем очень «свой». Мы его любим. Возможно это – самый честный ответ (и в «русском» смысле вопроса тоже). Возможно поэтому мы так легко в него выбрались.