Анатомия демонов ✮⋆˙

⛧°｡⋆༺♱༻⋆｡°⛧

Элпис уже почти совсем не помнила кем она была. Она помнила, что была магом, что самолично предложила Хоронзону свои рабочие руки. Помнила то, как она осваивалась в первые дни в лаборатории, в бездне. Помнила свой жгучий страх, который преследовал ее долгое время и даже в нынешнее время мог напоминать о себе.

Но не помнила ПОЧЕМУ она пришла сюда. Почему отдала свою свободу на вечное служение этому стражу.

Но помнила сестру, Миовессу.

Старшая сестра была доброй, заботливой. Она всегда помогала Элпис... Но архитекторша совсем не помнила с чем именно, но на ее душе остались чувства восхищения и благодарности.

Это странное ощущение, когда ты помнишь свои эмоции, но не помнишь самих событий, во время которых эти эмоции сопровождали их.

Элпис тихо вздохнула и отбросила черную ручку на стол, который был захламлен кучей бумаг. Ручка покатилась к краю стола и упала на серую плитку со звоном, но Элпис не обращала внимания на это. Женщина откинулась на спинку своего кресла и оттолкнулась ногами от пола, откатившись назад. Элпис подняла голову и уставилась на бактерицидные лампы.

Она подумала о Мяве и в ее груди снова появилось чувство той самой необходимости защищить. Мява была абсолютно беззащитна перед Хоронзоном. Одно неправильное действие, и она будет рассеяна, как остальные дефектные демоны.

Эплис уперла локоть об подлокотник и, сняв очки, сжала двумя пальцами переносницу. Мява не была дефектной. Она была живой. Живой, как и остальные погибшие. Элпис злилась из-за своей беспомощности, но она постарается защитить Мяву. Надо хоть кого-то защитить. Ее сестра бы гордилась?

«Она бы, наверное, попыталась спасти всех», — Элпис хмыкнула и надела очки обратно, повернувшись на стуле в сторону работающих криокамер. Создавалась новая партия, так называемая линейка 140-ых.

Архитекторша медленно встала. Ее спина щелкнула и Элпис тихо замычала и уперла ладонь к своей пояснице. Она слишком много сидела в плохой позе, работая над бумагами и растворами для следующей партии.

Она аккуратно выпрямилась и поплелась к холодным гудящим криокамерам. Подойдя к одной, она увидела в нежно-розовой пузырчатой жидкости зародыша.

           Зародыши демонов пустоты отличались от обычных человеческих. Это не были привычные эмбрионы. Это были своего рода пазлы. Демоны по кусочкам собирались в полноценное тело. Раствор, в котором они плавали, это одна вода и магия, позволяющие собрать тело правильно. После того, как тело демона собралось полностью, идет следующая стадия: внедрение энергии в сосуд. Это была как раз сама энергия Хоронзона, которая необходима в создании. Всю нужную магию вкладывают в один камень, рубин (его еще называют архивом памяти), который вскоре приращивают к телу демона. Вместе с созданием оболочки тела создаются и по всему организму внутренние сосуды, которые соединяются с рубином.

Когда демон пустоты собирается использовать свои силы, рубин начинает изливать свою энергию по этим сосудам. Из-за этого сосуды начинают светиться мягким розовым цветом, охлаждая тело. Демоны пустоты восприимчивы к холоду. Но не вся энергия находится в рубине, какая-та часть сохраняется в сосудах, держа форму и структуру демона.

Элпис внимательно смотрела на то, как кусочки собирались в кожу, которая потом превратится в целую руку.

Кожа у демонов пустоты холодная, но мягкая, прям как у людей. И собственно как у людей, у демонов три слоя кожи. Архитекторы не меняли названия: эпидермис, дерма и гиподерма.

Эпидермис также является барьером и защищает существ от внешних воздействий. Цвет кожи у всех демонов почти как людей, но очень бледная.

В дерме находятся основные магические сосуды. Привычной крови у них нет, но есть магико-физическая субстанция малинового цвета (как раз та самая часть энергии, которая сохраняется в сосудах), она густая как мед, но при повреждении она становится водянистой и свободно вытекает из раны.

Обычно гиподерма состоит из соединительных тканей и жира, но у демонов она состоит из того же материала, что и состоит основная кожа. Это густое переплетение волокон, заполненные пурпурной субстанцией, но более плотной, чем та, которая находится в сосудах. Гиподерма является основой, она намного прочнее остальных слоев.

Но под гиподермой... ничего нет. Пустота. Скелета у демонов нет, других внутренних органов нет. Питаются демоны только магией или же спят. А также, при повреждениях, демоны чувствуют боль, которую архитекторы не смогли убрать для идеала, но обладают очень быстрой регенерацией, но которая способна замедляться при сильном истощении.

           Элпис отвернулась от большой криокамеры и обратно подошла к своему черному креслу. Сев на него, она прикатилась к столу и взяла новую ручку из стакана. Поднимать упавшую ручку ей было лень и спину жаль. Только сейчас архитекторша заметила, что вместо записей о состоянии ее творений она увидела какие-то хаотичные линии. Должно быть она снова увлеклась мыслями о своем прошлом и Мяве.

Элпис чуть-чуть покачала головой и вырвала этот листок, скомкав его и выбросила в мусорное ведро, которое стояло возле стола и было уже заполнено на половину такими же бумажными комами, которые на секунду напомнили Элпис снежки.

Резко, как удар молнии, прошибло Элпис. Она увидела перед глазами сцену, где юная она и ее сестра играли в снежки на улице, а потом Элпис простудилась и лежала в кровати под толстым одеялом и миленько шмыгала своим носом. Миовесса же сварила исцеляющий и, главное для Элпис, вкусный суп и аккуратно кормила младшую сестру с ложечки.

Элпис моргнула. Сцена пропала, но она уже навсегда отпечаталась в мозгу архитектора. Элпис пригладила свои черные волосы и отвернулась от ведра с комками и принялась писать в блокноте, но ее пальцы дрожали.

⛧°｡⋆༺♱༻⋆｡°⛧