Анархопокалипсис

Нередко мы сталкиваемся с повседневной несправедливостью, неудовлетворенностью собственной жизнью и псевдоморальными устоями современного общества, порой сводящими с ума в буквальном смысле этого слова.

И когда не остаётся сил терпеть коррумпированность властей и тотальное невежество окружающих — так и хочется вскочить, и стремглав помчаться на защиту того самого «воображаемого будущего», которое, возможно, уже никогда не наступит, в том отсталом и расколотом мире, что породила человеческая глупость и жестокость, оставив лишь осколки прежней цивилизации и хрупкую надежду на восстановление хотя бы грамотности, не говоря уже об образовании, которое осталось в далеком прошлом, вместе с техническим прогрессом 21-го века.

Глава 0: «Сказания об Анархопокалипсисе»

(Явлеятся краткой предысторией к основным событиям книги, для самых допытливых и скрупулёзных читателей)

        Ужасный вирус, охвативший Японию за считанные дни, перекинулся на территорию Китая и быстро разлетелся крупномасштабной мировой пандемией, что вызвало небывалую панику среди всего населения земли. Из-за молниеносной скорости распространения и повального количества зараженных, власти Мирового конгресса были вынуждены отрезать все державы от воздушных и морских путей, что повлияло на крупномасштабную изоляцию всех развитых стран по всему миру.

Нехватка продуктов, нефтяные войны, огромные долги всех государств и отсутствие необходимых медикаментов — стремительно вывели бедность населения среднеевропейских стран на новый уровень, сильнее всего ударяя по Польше, России и прилегающим к ним территориям. В купе с сильным загрязнением атмосферы и ухудшении работы автономных воздухоочистительных систем, обострение экологической ситуации начало достигать своих пиков, вследствие не реализации вывоза мусора и недостатка предприятий для его переработки в большинстве славяноязычных стран. Дефицит рабочих мест, жесткая изоляция, крах частного бизнеса и жуткие смены общественного строя — были лишь малой долей того безумия, за которым пришли всенародные бунты, гражданские войны и изменения климата, уже на пороге 2034 года, чем охотно воспользовалась новоиспеченная неонацистская власть, погружая мир в бездну отчаяния и безграмотности.

Сложно сказать, с чего всё началось. Казалось бы обычный, заезженный марш мирных демонстрантов, очередного никому неизвестного городишки, под лозунгом: «Хватит отравлять нашу жизнь!». Таких, уж поверьте, в каждом поселке хватало, что уж о крупных городах говорить, где народ массово на площади выходил? Толпа собралась нешуточная, порядка нескольких тысяч человек, включая стариков и даже детишек дошкольного возраста. Шли ровно и уверенно, никаких лишних криков и мата, только четкая постановка фраз и требований, несвойственная тогдашним бунтам. Короче — скооперировались что надо!

— Мы не крысы, чтобы нас травили! — скандировали идущие впереди, размахивая местными флагами и поднимая плакаты с аналогичными лозунгами.

— Вы не имеете права! — орали замыкающие и некоторые «особо активные» товарищи, не взирая на карантинные меры и высокий уровень смертности от нового, малоизученного заболевания. И они были правы: наряду с пугающими изменениями климата — экологическая ситуация в мире просто трещала по швам, а автомобильное сообщение было закрыто, ввиду отсутствия достаточного количества добываемой нефти и забастовок на рабочих скважинах и заводах. Все это, вместе с отсутствием должных зарплат, довело народ до финальной «ручки», порождая величайший кризис за всю историю человечества.

Медиапространство всё больше заполняли фальшивые новости о «безопасности» и «стабильности» происходящего. Но, одно дело: когда насупленный ведущий тараторит с экранов очередную необоснованную чушь, обвиняя очередную эмуляцию виртуальной реальности в деградации младшего поколения и вымирании человечества, или предоставляет «неоспоримые факты» о «фашистах-рептилоидах»; и совершенно другое, когда информатор нагло врёт о «стабилизации» ситуации, а глаза продолжает резать до слёз от единственного приоткрытого окна, в условиях 35-ти градусной жары и угроз отключения электропитания за неуплату! Люди долго терпели, надеялись, ждали... и тут:

— Терпение лопнуло! — возмущенно кричали из толпы. Их было много, свыше 80% населения всего пригородного поселка собралось под окнами маленькой, но хорошо охраняемой мэрии. И это не в одном, а в сотнях забитых ПГТ, на границах с крупно населенными областями, которые испытывали не меньшие проблемы? и либо участвовали в таких же пикетах, либо сочувствовали активистам, поддерживая вещами и провиантом.

Власти бунтующих областей среагировали быстро, оперативно выставляя живой «забор» из молодых ребят, вооруженных щитами и резиновыми дубинками. И всё «это», могло бы закончится «чем-то», если бы не агрессия со стороны особо отчаянных протестующих, в ответ на отказ властей прислушаться к воле народа, который и сам толком не знал, за что выступает. Люди не умели воевать, но понимали одно: бороться — необходимо! Ведь не сама по себе эпидемия, а её ужасающие последствия довели когда-то великие государства до чудовищного краха.

Сначала это были дымовые шашки, крики, мордобой и бросание всем, что попадалось под руку. Потом — организация лагеря бунтующих «революционеров», который стремительно обратился целым «поселением», а потом... Потом к полицейским и «щитовикам» присоединились вооруженные силовики, в силу «военного положения», введенного из-за опасной «массовости» таких «мероприятий». В качестве мер устрашения, каждый бунтующий населённый пункт, был напрочь отрезан от тепло и электроснабжения, а журналисты слетались как мухи на мёд, за сенсациями и эксклюзивным материалом, когда к подавлению маршей присоединились силовые структуры типа «ОМОН» и т.п.

— И вот, вы уже ждёте развязки? — усмехнулся иссохший старик, покачиваясь в самодельном кресле-качалке и вещая на целую аудиторию завороженных зевак. Зачитывая старинный исторический текст, переданный тому по наследству, он мало понимал значения таких слов как «экология» или «мобильная связь», однако, не мог по-другому, даже если из всей его болтовни, слушатели понимали чуть меньше четверти повествования. — Думаете, всё было так просто? Да, это было просто. Слишком просто!

Детишки тоже решили помочь старшим и, наперекор всему, выбежали из-за ограждения, кидаясь в сторону охраны с букетами каких-то цветочков. Град прицельных выстрелов неопытных бойцов, измученных постоянным напряжением, положил целую ораву простой малышни. Послышались дикие вопли, казалось, сама земля взревела в унисон с ревом разъяренной толпы. Ещё мой прадед говаривал, как его дед ему говорил: «Был то вой земли самой матушки»!

— Всего лишь дети! Нет, ну вы представляете себе тот «дух» и норов наших с вами предков? Уму непостижимо! Взбесились из-за такой «мелочи», вот это был народ! Вот только... у них, как-то нескладно всё получилось, уж по итогу.

За одну только ночь они умудрились взять штурмом всё местное управление. Разумеется, после такого «шума», протестующие других областей прибегли к такой же стратегии. Сначала такие же неравнодушные пешки, узревшие ужасы халатности военнослужащих, потом недовольные жизнью зеваки, затем уже крупные города и страны по всему миру подняли хай, с каждым часом перерастающий в огромную бурю негодования и возмущения.

Мир сошёл с ума.

Разгорающиеся по всей восточной Европе бунты и недовольства; повсеместные штурмы гос. учреждений, вперемешку с уличными погромами; молниеносный взлёт преступности; монструозное скопление народных дружин в особо крупных городах и мегаполисах; активизация нац. меньшинств и неудовлетворённых — лишь малая доля того безумия, обрушившегося на жителей Восточной Европы. Крошечная искорка — раздула вселенский пожар, на уже и без того разгоряченных углях! И именно его ныне именуют «Анархогеддоном», или, как вы уже привыкли: «Анархопокалипсисом»! Верно ведь говорят, мол раз хочешь мира — готовься воевать! Ну, или как-то так. Главное, суть-то ясна!

— Идиоты! — в заключение ругнулся историк, набивая древнюю, как и он сам, курительную трубку с какой-то засушенной дрянью — Ну вот что за срань господня, эти их разногласия?! Нет бы по уму, по грамоте сделали! Могли же тогда думать башкой! Даже книги читать... — поникшим голосом добавил старик, сворачивая летопись и тоскливо глядя сквозь толпу затихших слушателей.

В очередной раз ведая документальную «сказочку» подрастающему поколению, старик не мог нарадоваться количеству ребят, раз за разом стягивающихся к захудалой лачуге, дабы послушать его мудрые рассказы. Сегодня вот снова историю захотели. Да ещё какую! О позабытом прошлом! Об ушедшем прогрессе! О предках!

Таких как Рим было не мало, однако, не каждый сказитель был горазд рискнуть здоровьем, дословно зачитывая письмена давно ушедших прадедов, которые успели застать рассказы родителей, об интернете и самолетах, в отличии от обделенных потомков. Однако, для пожилого «бродяги» страх трибунала уже не играл никакой роли. Он верил, что дети заслуживают большего, даже если и сам толком не знал значения тех терминов, которыми так нахально разбрасывался, вызывая тонну вопросов, на которые просто не мог ответить. Впрочем, это было очередной лазейкой, дабы никто не мог обвинить старика в намеренной ереси и запудривании неокрепших умов.

— Так, а как жи всёй такы «ахогидон» случился-то? — подал голос сидящий на полу паренек, с явными дефектами в развитии.

— Вилли, Вилли! — рассказчик покачал головой — А что тут думать? Побесились все к чёрту! Предки вдруг решили, что если они дружно начнут переть против тогдашних политиков, то смогут все изменить. А, в итоге, глотки друг другу погрызли. Война то была гражданская, и убивали граждан — такие же граждане. Даже мы с вами «возникать» пытаемся, а тогда что? Тогда-то каждый при своём «мнении драгоценном» был! Подурели как звери они, мальчик мой, из-за мировоззрений своих. Куда там тем солдатам было ступить? — вздохнул рассказчик, глубоко затягиваясь табаком.

— Эт как ит-то?

— А так! У них, в то время всё было: деньги, знания, права на бумажках... а ещё: то самое «личное мнение», причем по любому поводу! Даже если и они сами толком не понимали, о чём вообще толкуют. У них наука была! Ты представь себе только! Свободный доступ к любой книжонке, только найди да открой!

— Как ито, «совободный»?

— Да у них там «моря-океаны» из знаний под ногами валялись! Самые безумные говорят, была мол тогда «паутина» какая-то, где на любой вопрос — ответ без труда находился!

— Ни может такова быть! — возмутилась девочка немного постарше — Усё то сказки сплашные! Низя просто так знанья иметь, «заберуть»!

— Может, ещё как может, малышка! У предков все было, а они? Начали за здравие, а закончили за упокой.

— А, как ита? — удивился Вилли.

— Борьба за былые щедроты закончилась безумием и тотальным хаосом. Хотя… ты ведь всё равно ничего не понял, хороший мой? — старик опечаленно покосился на мальчугана. Тяжко ему было вещать молодым поколениям о богатой истории прежнего мира, в котором грандиозная бойня переросла в международный масштаб. Сначала один инцидент, за ним десятки. Имеющие право стрельбы на поражение нарушали закон, подавляя массы обезумевших от ярости горожан, нередко прибегая к превышению служебных полномочий и показательным казням особо-агрессивных “экземпляров”.

— Ни понял, а хто таки усё «поламал»?

— «Людины» кто ж ещё? Не власть имущие, и даже не их подчинённые довели тогдашний «народ» до тотального краха. Он и сам с этим отлично справился! Сначала протестующие были, казалось бы, за одно, но вскоре, общая «Великая» цель переросла в разногласия и жгучую ненависть друг к другу.

В тысячной толпе были абсолютно все, одинаково неудовлетворённые своей жизнью ребята. Политические, религиозные, и даже гендерные нравы которых сыграли с ними злую шутку, разрывая новоиспеченную «братию» на тысячи частей. Старики осуждали молодых; мужья — жен, жены — мужей; «белые» — «черных»; «правые» — «левых»,» нормальные» — «не нормальных». Страх, подавленность и агрессия брали своё, а необходимость отстаивать свою, непременно «важную» гражданскую позицию, нае зависимо от её фактической ценности, вдруг стало важнее общности и целостности. Нельзя защитить свой «народ», когда он вовсе и не является настоящим народом, а лишь жалким сборищем горделивых «индивидуалистов»!

Люди пытались объединиться и вдруг поняли — что не могут. Не могут быть одним целым, находясь рядом с «отбросами», которых так ненавидели всю свою сознательную жизнь. Кто-то ведая, кто-то нет, однако, считая друг друга «скотом», они попросту не смогли сосуществовать бок о бок, даже перед лицом катастрофы.

Римус махнул рукой, замечая, как большая часть аудитории начинает покидать его скромное жилище. И то верно, кому интересна собственная история? Однако, собравшись с мыслями и отбрасывая опасения возможного трибунала, «бродяга» продолжил. В конце концов, ничто не должно было мешать настоящему историку, даже Рэйх с Церковью вместе взятые!

***

Подростки одичали первыми, затем подключились и взрослые. Женщины и мужчины больше не хотели иметь друг с другом ничего общего; религиозные фанатики сцепились с неверующими; родители срывались на детей; «глупые» на умных, «умные» — на глупых. В итоге, всепоглощающая анархия, словно чума распространились по соседним странам, сметая всё и вся на своем пути. Правительства сверхдержав были вынуждены окончательно оградить добрую часть своих территорий, вплоть до полной остановки импорта и перекрытия всех видов связи в целом. Тогда взбунтовались уже местные власти, а общий конфликт был возведен в абсолют.

Политики быстро теряли свою значимость и силу перед растущей «армией» дезертиров и неонацистских группировок, чье «неожиданное» сотрудничество между соседствующими территориями накалило обстановку с Россией до небывалых высот. Вследствие чего, власти РФ выставили со стороны востока многомиллионную армию, на границе с Белгородом и другими пограничными регионами, являя миру очередную «железную стену». Однако, всё то, что происходило за этими «стенами», было страшно себе представить!

        Общедоступность медиапространства была окончательно перекрыта, а угроза межнациональной безопасности нарастала в геометрической прогрессии. Озлобленные интернет-пользователи, естественно, сумели обойти даже самые жесткие ограничения и начали дружно агрессировать на «изоляторов», выливая тонны злобы и ненависти во всех социальных сетях на таких-же неравнодушных иностранных товарищей. Происходящие в США массовые бунты были мало связаны с беспорядками на Северо-Востоке; Великобритания отказалась ввязываться в конфликт и вскоре потеряла контроль, после «ухода» Королевы; Среднеевропейские страны старались изо всех сил следить за собой, махнув рукой на всякие «прелести» угасающего северо-востока; Арабский мир и вовсе погряз в пучине безумия: из-за нефтяных войн и повсеместного бунта рабочих. Скважины было попросту некому обслуживать, а топливо стало ценнейшим ресурсом, порождая гражданские войны и религиозные шествия по всему Ближнему Востоку, не говоря уже о череде террористических актов. И только Север усилил карантинные меры и осел в ожидании «конца» мирового конфликта, который, на то время, уже перерос в международное «достояние».

В итоге: «все перегрызлись со всеми». Лишаясь интернета и остатков разума, взбешенные обитатели Восточной Европы массово сжигали церкви, библиотеки, исторические ценности, книги любого «разлива» и жанра, уничтожали знания, стирали память. Не смотря на вооруженные подавления и массовые облавы, ничто не могло остановить обезумевших граждан! Рукописи сгорали в адском жерле человеческой ненависти друг к другу, наряду с компьютерами и прочими девайсами «научного прогресса», которые разворовывали и точно так же показательно уничтожали, переходя на новый уровень вандализма. В итоге, попытки сохранить информацию на электронных носителях оказались тщетны. Без надлежащего количества комплектующих и тех. обслуживания, любая техника быстро приходила в негодность, а доступ к необходимым деталям был попросту отрезан для общего пользования.

Осознавая неизбежное падение мирового порядка и моральных устоев, всё больше служащих силовых структур отрекались от своих клятв и присяг, дезертируя вместе со своими семьями и товарищами. Жизнь близких оказалась куда дороже обеспечения нужд падших государств, которые уже давным-давно предали их самих. Солдаты-срочники, частные охранные предприятия и даже рабочие-испытатели на танковых заводах: надежно забаррикадировались за железными воротами спец. объектов и высокими стенами исправительных колоний. Осознавая угрозу нападения со стороны ошалевших тюремных заключённых, в срочном порядке открывались двери производственных зон и контрольно-пропускных пунктов, давая тем идеальную возможность побега, и минимизируя угрозу нападения на закрывшихся в караульных двориках сотрудников. Всё равно — на улицах творились дела пострашнее.

        Рабочие АС и прочих электростанций были немногими, кто, несмотря ни на что, выполнял свою работу с чувством гражданского долга. Осознавая угрозу неминуемой катастрофы, они в кратчайшие сроки закрывали и консервировали станции. Таким образом, удалось избежать техногенной катастрофы, отделавшись незначительными выбросами в почву и прорывов ГЭС и АЭС, породивших небольшие «островки отчуждения» и затопив некоторые области. Увы, о судьбе остальных континентов оставалось только догадываться.

        Больницы были переполнены рыдающими медсёстрами и матерыми «глав-врачихами», которые таскали тяжёлые железные столы и ломали табуреты пожарными топориками, дабы не терять время на поиск досок для забивания окон. Игнорируя опасность разрыва карантинной изоляции, медработники психиатрических клиник так же отправляли по домам своих пациентов и перевозили туда своих близких, в попытке обезопасить себя от мародеров, которые громили улицы и врывались в жилые дома, разгоняя хаос в мегаполисах до небывалых масштабов.

        В церквях воистину происходила Геенна-Огненная! Спасая свои храмы и священные писания, «отцы и матери» уже не в силах были противиться тьме, порожденной в их израненных «богохульством» сердцах. Кидаясь в толпу безбожников, сжигающих святые писания и заветы, они изо всех сил боролись за сохранение на свете слова Божьего, даже если ради этого нужно было жертвовать своими, или же чужими жизнями.

        Каждый, имеющий какое-либо убежище, оружие, а главное — тягу к самосохранению — всяко находил пути к отступлению. Осознавая безнадежность положения, люди крупных городов бежали к поселкам, где военные куда активнее могли противостоять натиску оголтелых вандалов. И вскоре, когда большая часть безумцев на улицах притихла и осела по укромным закоулкам, а плотность населения загородных дач и ПГТ достигла невообразимых масштабов: «Новая» власть Восточной Европы явила себя во всей красе!

Некий генерал Маслянников первым взошел на пьедестал подчиненной страны, гарантируя обездоленным гражданам, некогда Великой Державы, кров и защиту, взамен на беспрекословное подчинение и верность «Девятому Рейху Нового Мира». Много крови пролилось, прежде чем дивизия этого демона сумела разбить в пух и прав всех, кто пытался встать у них на пути. Уничтожая и привселюдно сжигая множество знаний, так или иначе «неугодных» режиму, новоиспеченная коммуна неонацистов — объединилась под эгидой «Окраино-Пшецкого» союза, который буквально задавил ослабшую «Славию», полностью подмяв её под себя.

Потомкам осталась лишь растоптанная сапогами плодородная почва исхудавших поселений, под диктатурой могучих группировок, которые сумели сохранить хоть какой-то порядок в восточноевропейском сегменте, и общество, сродни средневековому, единственным «Великим благом» которого оставались вода и худо-бедная поддержка электричества за счет остатка «умов», завербованных «Объединенной армией». Не смотря на не самое выгодное для себя решение, новая власть приложила немало усилий, дабы сформировать идеологически «правильное» общество, напрочь отрезая людей от благ технического прогресса «до лучших времен» и строго карая за несоблюдение таких элементарных требований. В конце концов, даже при огромном желании, за неимением стабильного напряжения, содержать любую технику, сложнее лампочки, было чертовски непросто.

— Так ведь… — среди притихших юнцов донесся тихий голосок маленькой девочки — А у них что же там? И земли аж «стоко» было?

— Ах да! — Рим почесал шею и задумчиво уставился в потолок — Тогда ж ещё это, всемирное потепление було! Ох, страх божий. Усю землю почти затопило, только вот мы и «собраты» остались. То-то, все в горы бежали! Оно-то больше полмира под воду ушло, и запад, и юг, одни только вот «наши» земли остались, да и то. Столько народу сюда повалило, что едва войны избежали! Вода прибывала стремительно — спасались «зарубежи» как могли. Эх, жалко. Со всей земли и четверти народу уж не осталось... но да ладно! Что я там говорил? А, ну да!

Пользуясь тем, что приграничные государства занимались своими проблемами, свежеиспеченные «властители» урвали нужный момент, и за какие-то 10 с лишним лет сумели подмять под себя большую часть прилегающих территорий, а после всемирного потопа — получили статус сильнейшей военизированной группировки Восточной Европы, повсеместно открывая свои «филиалы» и сотрудничая с «братскими» территориями которые, однако, дали добро на заключение пакта о ненападении, ввиду незримой угрозы со стороны затихшей «Руссии». Так образовался «Словенский Союз», включающий в себя былые: Словакию, Украину, Польшу, отдельные части Белоруссии, Румынии и Чехии. Или, вернее будет сказать, то, что от них осталось. Взмах заряженной противотанковой винтовки ознаменовал истинную революцию и смену власти, когда тысячи преклонили колено перед одним единственным лидером. Аргументы «Масленка» были железными: Или служба родине, или ссылка в руины былых мегаполисов, которые не поддались даже военным.

Второй значимой силой, естественно, оказалась «Церковь»:

Отец Аргинал Первый — стал второй по значимости персоной в новой политической структуре, когда «неожиданно» объявился, спустя целых 5 лет после пришествия Рэйха. Имея затаившийся взвод дезертиров, присягнувших на веру в господа: «во искупление грехов человеческих», и добрую часть спасённых ими книг и учебников, он выбрал идеальное время, дабы явить себя во всей красе загибающемуся обществу! Лишенные оружия крестоносцы пришли с «миром», знаменуя рассвет новой религии, за счет единственной силы, без которой никакие пушки и ракетные установки не имели никакого смысла. Наличию единственной уцелевшей библиотеки трудно было что-то противопоставить!

Армии банально не хватало ценных «кадров» с необходимыми знаниями и навыками, а когда массовые самоубийства «несогласных» проредили заготовленные бригады немногочисленных специалистов, угроза окончательного декаданса не на шутку наступила генералу на горло. Большая часть работающей техники оставалась в разбитых руинах, а после «культурных» рейдов и повсеместных пожаров — ценных книг и копий осталось так мало, что информацию приходилось собирать буквально по крупицам, вследствие чего, любые печатные «знания» — стали своеобразной нестабильной валютой, а их сокрытие и использование «не по назначению» — каралось незамедлительно и по всей строгости. Маслянников прекрасно осознавал ценность той информации, которые Аргинал грозился подорвать, вместе с подземными тоннелями заброшенного монастыря Скалицы, в случае отказа от сотрудничества. Так, на западных землях Восточной Европы появилась вторая по значимости сила, в руках которой оказалась власть над разумами миллионов. Вербуя всё больше фанатиков на свою сторону, и наращивая свою мощь наравне с Рейхом, новоиспеченный «Отец» быстро обозначил свои границы, выстроив взаимовыгодный бартер и обменивая самые редкие и необходимые знания на лучшие «кадры» Масленка.

        Третьей, независимой силой, внушающей трепет в сердца простого народа, была угроза, отличная от остальных. Безумцы и мародеры, наводнившие руины заброшенных городов-призраков внушали первобытный ужас в сердца простых поселенцев. Дикари, не щадящие никого, кому не повезло оказаться в поле их зрения, без зазрения совести насиловали случайных девиц, утаскивая их в качестве «невест», и убивали переселенцев. Пока военные устанавливали свою власть, ныне именуемые: «Варвары» плодились с такой скоростью, что их дальнейшее подавление не представлялось возможным. Взятие одного единственного города на востоке страны стоило Рэйху — половины элитного взвода лучших бойцов. Понимая, что своеобразное «гетто» насчитывает сотни-тысяч кровожадных психопатов, Маслянников бросил все силы на жесточайший контроль их популяции, однако, едва сумел уберечь население от неминуемого захвата со стороны бесконтрольных вандалов. Защищая свои границы огромным количеством патрульных и наращивая военную мощь, генерал был вынужден согласиться с желанием Церкви вербовать собственных «боевых послушников», дабы объединить общие усилия «во благо будущей нации!».

        Спустя несколько лет массовых отстрелов и ковровых бомбардировок, мародеры всё же отступились от жилых территорий и надолго засели в руинах, не нападая на защищенные села, но и не подпуская к себе, за счет чего, по-прежнему считались ужасающей силой, способной претендовать на право «властителей» постанархического мира. Однако, последние лет 50 их деятельность не заходила за рамки кратковременных набегов на слабозащищенные поселения, и лесные «стычки» со случайными торговцами или бродягами. А в купе с сепаратистскими коммунами, которые по-прежнему не давались властям, именуя свои земли «Ничейными», безумцы и вовсе были на руку Рэйху! В конце концов, чем бесконечно воевать, в попытках отбить плодородные земли, не проще-ли подождать, пока их всех не перебьют «естественным путем»? Даже у армии не было бесконечных людей и патронов, а вот дел «поважнее» — хватало.

Были и другие коммуны, жаждущие господства или возмездия, однако, их существование никак не отражалось на действующей политике о ненападении между истинными гигантами и прародителями новой эры «Возрождения», чьи ожесточенные нравы росли в геометрической прогрессии с каждым новым поколением «послушников» и «солдат». Далеко идущие планы напрочь отсекли народ от каких-либо образовательных институтов и школ, принуждая людей заниматься лишь тем, что было выгодно «хозяевам», из-за чего, уже к 2139 году произошла тотальная деградация интеллектуального развития у целой нации, когда-то «великих предков».

— Римус, а скажи, скажи, откуда ж у нас то ита… ну… штуки усякие редкие? — затараторил малец, сидящий на большой книжной полке, аля-лавочке, стоило рассказчику погрузится в свои мысли.

— Кагой? А, ты про алкашку да «редкости»? — слабо улыбнулся рассказчик, — Так это ж «Сталкеры» — мать их етить! «Лазодельцы» похуже варваров! Бродяги, которые на древности предков посмели позариться. Говорят, они даже по руинам лазают! Сам толком не знаю, как им оно удается, да только, если бы не эти самоубивцы — хрюнделя б с два вам за жизни сахара контрабандного попробовать! Да и алкашка хороша, до наших времен сохраненная, нет-нет, да и появится на редком прилавке. — он любовно посмотрел на единственную бутылку доанархического скотча, который пылился среди полок, уставленных кустарными бражками и наливками.

— Ого! Так там же варвары страшные! Как же так? — все как один зашумели мальцы.

— Страшные, верно. Но и бродяга — бродяге рознь! — Рим усмехнулся и загадочно прищурился, оглядывая молоденьких обывателей, за которыми стояло всё дальнейшее будущее — Мало кому удавалось вернуться из разведки забытых руин! Однако, говаривают есть и те, кто ради знаний, наживы, и других личных интересов готов пойти на всё, и бросить вызов самому Дьяволу, если за это полагается достойная плата. Бродяги — сильны и опасны, и чем он старше, бродячий, тем страшнее становится. И не дай вам чёрт, детишки мои, однажды столкнуться с этими тварями на вашем пути, к «Великому Возрождению»!