Алексей Алексеевич Абрикосов

Алексей Абрикосов родился 25 июня 1928 года в семье видных патологоанатомов — заведующего кафедрой патологической анатомии Второго Московского государственного университета (с 1930 года — I Московский медицинский институт) академика Алексея Ивановича Абрикосова и прозектора Кремлёвской больницы Фани Давидовны Вульф. Окончил среднюю школу в 1943 году, а в 1945-м решил заниматься физикой на физическом факультете МГУ.

Чтобы заниматься наукой под руководством Ландау и его учеников, студентам нужно было сдать специальные экзамены — теоретический минимум. Абрикосову это удалось в 1947 году, в возрасте 19 лет. Это означало, что он уже вошел в научную элиту страны — уровень его знаний был гораздо выше, чем у многих состоявшихся физиков-теоретиков.

В 1948 году Абрикосов с отличием окончил университет, в 1951-м защитил кандидатскую диссертацию, а в 27 лет стал доктором физико-математических наук. 

Именно в советское время Абрикосов сделал открытия, принесшие ему Нобелевскую премию. В начале 1950-х он переключился на теорию сверхпроводимости Гинзбурга-Ландау. Он работал в паре с экспериментатором Николаем Заварницким по тематике сверхпроводников II ряда. Они и обнаружили этот новый класс сверхпроводников, которые сохраняют свои свойства в присутствии сильного магнитного поля. И в результате возникло то, что теперь всем известно под именем "вихревой решетки Абрикосова".

В начале 50-х годов вместе с Ландау и Халатниковым Абрикосов опубликовал фундаментальный труд, получивший название «московского нуля». Построенные в нем новые методы расчета позднее использовались для решения задач статистической физики. А написанная с Горьковым и Дзялошинским книга «Методы квантовой теории поля в статистической физике» стали настольной книгой у многих теоретиков мира. Эту книгу, по словам одного из учеников Абрикосова - ныне директора по исследованиям Института сверхпроводимости и инновационных материалов Национального исследовательского совета Италии Андрея Варламова, студенты называли «зеленым чудовищем». «Зеленым» — за цвет обложки, а «чудовищем» - за то, что одолеть ее могли далеко не все. «Это был некий водораздел между физиками-экспериментаторами и физиками-теоретиками, - рассказывает Варламов. - По этой книге уже 65 лет учатся не только российские студенты, у меня на полке стоят ее издания на английском, на китайском языках».

Докторская диссертация, защищенная в 1954 году, была посвящена получению уравнения состояния водорода при сверхвысоких давлениях с переходом из молекулярного в атомарное состояние (металлический водород). 

В 1960-е годы Абрикосов начал заниматься теорией нормальных металлов, полуметаллов и полупроводников. Сегодня эти работы стали актуальны в свете открытия графена и его уникальных свойств.

В 1960-х годах Абрикосов заинтересовался эффектом Кондо — изменением проводимости металлов при наличии магнитных примесей. Такие материалы с понижением температуры сначала увеличивают электропроводность, а потом, по достижении определенной температуры, начинают снижать ее. Физик описал резонансный эффект, возникающий при низких температурах, получивший название резонанса Абрикосова-Сула. Позднее ученый занимался проблемами квазиодномерных систем и спиновых стекол.

В 1970–1980-е годы ученый занимался организаторской и педагогической работой в Институте теоретической физики имени Ландау, одним из основателей которого сам являлся. В 1988 году Абрикосов стал директором на кафедре теоретической физики в МИСиСе, в том же году он издал учебник «Основы теории металлов», написанный на основе прочитанных им курсов в МГУ, МИСиСе и МФТИ.

В личной жизни Алексей Абрикосов был человеком не менее решительным, чем в науке. В 1968 году он отбил жену у французского физика-теоретика Филиппа Нозьера и женился на ней, несмотря на противодействие властей СССР. Их брак продлился 13 лет. Но путь в капиталистические страны для него оказался закрыт. Говорят, в его кабинете висела карта мира, на которой были отмечены города, откуда он получал приглашения и куда его не выпустили из СССР.

В 1991 г. он принимает приглашение Аргоннской национальной лаборатории в Иллинойсе — старейшего национального исследовательского центра Министерства энергетики США и переселяется в США, где он занял уникальную должность, ранее созданную специально для выдающегося физика Энрико Ферми, - “исключительный научный сотрудник Аргоннской национальной лаборатории”. В 1999 г. он принимает американское гражданство. В интервью «Российской газете» за 2003 год Абрикосов назвал две причины, заставившие его покинуть Россию. «Во-первых, я видел, что экономика России явно катится вниз. У меня не было сомнений, что первой жертвой этого станет фундаментальная наука, которая никакого дохода не приносит. К тому времени некоторые мои коллеги уже уехали за границу и успешно работали, в том числе в Штатах. Так что я был далеко не первым, - говорил Абрикосов. - Во-вторых, политическая обстановка была неустойчива. Явно назревал какой-то заговор, это я отчетливо чувствовал. И понимал: если он будет успешным, то границы опять закроют, и тогда уже поздно будет. Поэтому я и решился».

Абрикосов, по всей видимости, ни разу не пожалел о своем решении. Более того, с течением времени его скептицизм в отношении будущего российской науки и, в частности, Российской академии наук, только рос. За нобелевским ужином Абрикосов и Гинзбург сидели за одним столом, практически отвернувшись друг от друга. Их разделяла позиция в отношении финансирования и управления российской науки. В отличие от Абрикосова, Гинзбург остался в России и работал в Отделении теоретической физики имени Игоря Тамма Физического института имени Петра Лебедева РАН — крупнейшего по числу Нобелевских лауреатов института России.

Работая в Аргоннской национальной лаборатории ученый вновь возвращается к сверхпроводникам второго рода и создает собственную версию теории высокотемпературной сверхпроводимости. На сегодняшний день общепринятой теории высокотемпературной сверхпроводимости еще нет. 

В 2003 году Алексею Абрикосову, Виталию Гинзбургу и Энтони Леггету была присуждена Нобелевская премия по физике с формулировкой «за пионерский вклад в теорию сверхпроводников и сверхтекучих жидкостей». Как отметил нобелевский комитет, основной вклад ученого состоял в теоретическом описании поведения сверхпроводников второго типа. Абрикосов стал вторым Нобелевским лауреатом среди сотрудников Аргоннской лаборатории за весь период ее существования.

«Работу, за которую меня наградили, я делал в 50-х годах, а Гинзбург и Ландау — в 1950-м. Нас всех троих объединяет не только близость тематики, но и то, что мы, как говорится, вовремя не получили эти премии. Вот комитет, видимо, и решил исправить положение» — так комментировал Абрикосов присуждение ему Нобелевской премии.

После присуждения Нобелевской премии Абрикосов вместе с Гинзбургом был приглашен на встречу с президентом России Владимиром Путиным, однако не пришел на нее. «Говорят о демократии, говорят о рыночной экономике, на самом деле все идет прямо в обратную сторону. В России в свое время, когда я там был, я натерпелся достаточно. И по этому случаю я горжусь тем, что эта премия считается за Америкой. Я этим горжусь», — сказал Абрикосов в интервью «Радио Свобода».

Абрикосов являлся членом разных знаменитых учреждений, например, Национальной академии наук США, Российской Академии Наук, Королевского Научного Общества и Американской Академии Наук и Искусств. Он был лауреатом множества государственных и международных премий, в том числе Ленинской (1966 год), ордена Трудового Красного Знамени, премии Ландау. В 2015 году он был удостоен медали имени Вернадского национальной академии наук Украины.

В 2013 году Абрикосов вошел в так называемый Клуб «1 июля» — неформальное объединение ученых, выступивших против реформы Российской академии наук.

Бывший министр образования и науки России Дмитрий Ливанов считает Абрикосова своим учителем — он выпускник кафедры теоретической физики и квантовых технологий Московского института стали и сплавов, которую в течение 16 лет возглавлял нобелевский лауреат. Именно при министре Ливанове в РАН начались интенсивные реформы, в частности, было создано Федеральное агентство научных организаций (ФАНО), в управление которой перешло имущество академии. Скорее всего, взгляды Абрикосова на состояние российской науки оказали прямое влияние на позицию Ливанова по отношению к РАН.

Ученик Абрикосова, профессор Римского университета Тор Вергата Андрей Варламов, узнав о смерти своего учителя, его достижения подытожил так: “Ушел великий человек, которому не нужно ставить памятники, потому что он сам себе поставил памятник. Магнитно-резонансные томографы в больницах, скоростные поезда на магнитной подушке работают благодаря Алексею Абрикосову”.