Африканерский чучхе

В 1960-80-е гг. во время расцвета системы апартеида в ЮАР, ее критиковали не только слева, но и справа. Если с критикой слева все более или менее понятно, то о критике справа известно намного меньше. Напомню, что идея апартеида (с афрк. – раздельность) – это, строго говоря, не о превосходстве белой расы и дискриминации небелых, хотя на практике именно так и было. Основной постулат апартеида – это идея о невозможности совместного сосуществование белых и черных. Данное убеждение долгое время было доминирующим не только в среде белых интеллектуалов, включая аболиционистов, в ЮАР, США и Европе в 19-20 вв., но и разделялось и разделяется многими черными прогрессистами. Можно вспомнить того же Маркуса Гарви и современное движение за возвращения в Африку, по которой около 1 тыс африкано-американцев переехали из "расистской" Америки в Гану.

Критики апартеида справа считали, что Национальная партия отошла от идеалов раздельности, погрязла в лицемерии и с молчаливого допущения большинства белых проводит политику, которая приведет к их неминуемому уничтожению. Несмотря на постулировавшийся принцип раздельности в годы апартеида, ежедневно миллионы небелых рабочих приезжали в белые города и поселения, где они были задействованы практически во всех секторах экономики. Дело доходило до откровенного лицемерия, африканские рабочие могли убираться в белых туалетах, но не использовать их по назначению. Могли обслуживать в белом ресторане, но не имели права садиться за столы. Никакой раздельности проживания в реальности не было, т.к. белая часть ЮАР просто не могла себя представить без труда их черных соотечественников. Более того, расовые ограничения серьезно тормозили развитие экономики ЮАР и, вопреки расхожему мнению, крупный капитал был одним из самых главных интересантов прекращения дискриминации на расовой почве.

В этой связи небольшая часть белого сообщества выступала за прекращение политики апартеида в том виде, в котором она существовала, поскольку считала, что труд черных ставит белых в положение зависимости. Рабский труд закабаляет не только рабов, но и их господ. И такая модель, при постоянно растущем демографическом превосходстве черных, не может долго существовать и рано или поздно приведет к коллапсу системы с самыми ужасными последствиями для белых. Тем более, несмотря на жесточайшую расовую дискриминацию, правительство ЮАР фактически способствовало демографическому буму среди африканцев. Адаптация достижений западной медицины в Южной Африке сильно сократила младенческую смертность, что привело к демографическому взрыву, в особенности среди небелого населения. Так, по переписи 1904 г. в Трансваале, без учета африканских сезонных рабочих, было почти 300 тыс белых на 802 тыс африканцев, а в 1960 г. на 1,45 млн белых приходилось уже 4,2 млн черных. При этом не учитывалось население бантустанов. В целом по ЮАР на 4,5 млн белых приходилось до 35 млн небелых, почти восьмикратная разница. В последующем диспропорция еще более увеличивалась, т.к. к тому времени рождаемость среди белых, завершивших демографический переход, резко упала.

Ввиду этой лицемерной и самоубийственной политики, в среде правых возникает идея, того что можно назвать африканерским чучхе, опорой на собственные силы. На практике эта идея наиболее полно была реализована в Орании. В 1992 г., когда уже было очевидно, что власть вот-вот перейдет к черному большинству, группа африканеров купила обширный участок земли на территории современного Северного Кейпа. Там с нуля было создано поселение, зарегистрированное как НКО. Этот статус позволил им избежать преследования со стороны государства. НКО в ЮАР пользуются большой автономией. Гербом нового городка было выбрано полотно, на котором изображен белый мальчик засучивающий правый рукав, что являлось аллегорическим символом свободного белого труда. В Орании поселенцы станут опираться на африканерскую самобытность и собственные силы. Сегодня в городке проживает около 1,5 тыс человек, поселение практически полностью автономно и закупает у государства лишь электричество и платит налоги. В Орании в отличие от остальной ЮАР не встретишь электрические заграждения при практически нулевой преступности.