Абракадабра (Продолжение)
@e_xlibris
Контр-адмирал Уэйн У. Кассиди прибыл точно в указанное время. Это был приземистый толстяк с багровым лицом и глазами снулой рыбы. Он не шел, а вышагивал.
- Здравствуйте, капитан. Не сомневаюсь, что у вас все в полном порядке.
- Как всегда, - не сморгнув глазом, заверил его Макноот. - Я службу знаю. - В голосе его звучала непоколебимая убежденность.
- Прекрасно, - одобрил Кассиди. - Я ценю командиров, ответственно относящихся к своим хозяйственным обязанностям. Однако должен с сожалени ем признать, что это можно сказать не про всех.
Адмирал взошел по трапу и прошествовал через люк главного шлюза, внутри которого его холодные глаза сразу же отметили свежую эмаль.
- Откуда вы предполагаете начать осмотр, капитан, с носа или с кормы?
- Инвентарные ведомости составлены в порядке от носа к корме, сэр. Может быть, проводить осмотр в таком же порядке?
- Прекрасно, - уронил контр-адмирал и неторопливо зашагал по главной палубе в сторону носа. По дороге он остановился, чтобы легонько погладить Гороха, а заодно осмотреть ошейник на собачьей шее. - Ухоженная собака, капитан. Есть от нее польза?
- На Мардии Горох спас жизнь пяти членам экипажа, подав лаем сигнал тревоги, сэр.
- Полагаю, все подробности внесены в корабельный журнал?
- Да, сэр. Журнал находится в штурманской рубке, и вы можете его проверить.
- В надлежащее время дойдем и до этого.
Контр-адмирал вошел в носовую рубку, опустился в кресло первого пилота, принял из рук Макноота папку, раскрыл и начал читать:
- К-1. Лучевой компас. Тип Д Одна штука.
- Вот он, сэр, - указал на прибор Макноот.
- Работает исправно?
- Да, сэр.
Инспекция шла своим чередом. Адмирал проверил оборудование рубки внутренней связи, вычислительной и других помещений; наконец, дошла очередь и до камбуза. Здесь их встретил Бланшар, облаченный в ослепительно-белый, тщательно отутюженный костюм. Он недоверчиво посматривал на адмирала.
- В-147. Электрическая плита, одна.
- Вот она, - кок пренебрежительно ткнул пальцем в сторону плиты.
- Работает удовлетворительно? - осведомился Кассиди, окидывая Бланшара рыбьим взглядом.
- Слишком мала, - Бланшар выразительно развел руки, как бы охватывая весь камбуз. - Все слишком мало. Я chef de cuisine [шеф-повар (франц.)], а камбуз - настоящий чулан.
- Это боевой корабль, а не круизный лайнер, - оборвал его Кассиди. Нахмурившись, он вернулся к инвентарной описи. - В-148. Таймер к электрической плите, со шнуром и штепсельным разъемом, один комплект.
- Вот он, - буркнул Бланшар, всем видом показывая, что готов хоть сейчас вышвырнуть весь этот хлам в иллюминатор.
Проверяя наличие по описи, контр-адмирал все ближе и ближе продвигался к опасному месту, и по мере этого приближения нервное напряжение, царившее на камбузе, все возрастало. Наконец он произнес роковое:
- В-1098. Кор. ес, один.
- Morbleu! [французское ругательство, приблизительно соответствующее русскому "Черт возьми!"] - воскликнул в сердцах Бланшар. - Я уже говорил и повторяю: никогда не...
- Кор. ес. расположен в радиорубке, сэр, - поспешил вмешаться Макноот.
- Вот как? - Кассиди снова посмотрел в ведомость. - Тогда почему же он значится в описи имущества камбуза?
- Во время первоначального монтажа оборудования, сэр, кор. ес поместили на камбузе. Это один из тех портативных приборов, которые можно устанавливать там, где найдется подходящее место.
- Тогда его надо было перенести в опись оборудования радиорубки. Почему этого не сделано?
- Я ждал вашего распоряжения, сэр.
В рыбьих глазах промелькнуло удовлетворение.
- Вы правильно рассудили, капитан. Сейчас я перенесу сам.
Кассиди зачеркнул пункт на девятой странице описи имущества камбуза и сделал соответствующую приписку на шестнадцатой странице описи радиорубки, поставив в обоих местах собственноручную подпись.
- В-1099. Кожаный ошейник с надписью... Его я уже видел. Он был на собаке, - и контр-адмирал поставил очередную "птичку".
Через час он добрался до радиорубки. Бэрмен вскочил при виде начальства - плечи расправлены, грудь колесом... Однако руки и колени предательски подрагивали, а в устремленном на Макноота взгляде читалась немая мольба. Начальник радиотехнической службы напоминал человека, в штаны к которому забрался дикобраз.
- В-1098. Кор. ес. Один. - продолжал Кассиди свойственным ему голосом руководителя, измученного тупостью подчиненных.
Прерывистыми движениями плохо отрегулированного робота Бэрмен взял в руки небольшой ящичек, передняя стенка которого пестрела шкалами, выключателями и цветными лампочками. Внешне он больше всего походил на соковыжималку, собранную плохим радиолюбителем. Бэрмен пощелкал переключателями - лампочки вспыхнули и заиграли, переливаясь разнообразными сочетаниями огней.
- Вот он, сэр, - с трудом выговорил начальник радиотехнической службы.
- Ага! - Кассиди встал со стула и подошел поближе. - Не припомню, чтобы мне приходилось видеть такой прибор раньше. Впрочем, теперь одно и то же изделие выпускают в стольких модификациях., Работает он исправно?
- Да, сэр.
- Это один из самых полезных корабельных приборов, - для вящей важности добавил Макноот.
- Каково же, собственно, его назначение? - полюбопытствовал адмирал, явно ожидая услышать от Бэрмена небывалые откровения.
Бэрмен побледнел, но Макноот тут же подоспел на выручку.
- Полное объяснение довольно сложно, сэр, и отняло бы у вас слишком много времени. Но если не вдаваться в подробности, этот прибор позволяет сохранять необходимый баланс между противоположными гравитационными полями. Различные сочетания цветов указывают на степень и интенсивность разбалансировки гравитационных полей в любой заданный момент.
Узнав о столь несомненных достоинствах прибора, Бэрмен обнаглел.
- Здесь использована очень глубокая теория, - добавил он, - базирующаяся на постоянной Трепаччи.
- Понимаю, - кивнул Кассиди, не пеняв, разумеется, ни слова. Он снова сел, отметил "птичкой" кор. ес и продолжил: - Т-44. Коммутатор автоматический, на сорок абонентов внутренней связи, один.
- Вот он, сэр.
Бросив беглый взгляд на коммутатор, адмирал вновь уткнулся в опись. Офицеры воспользовались этим мгновением, чтобы отереть вспотевшие лбы.
Победа!
Порядок!
Ха-ха!
Контр-адмирал Кассиди покинул борт крейсера "Торопыга" в прекрасном расположении духа, наговорив напоследок кучу комплиментов. Не прошло и часа, как весь экипаж уже со всех ног мчался в город - наверстывать упущенное. Макноот наслаждался миром неоновых огней по очереди с Грегори. И в течение следующих пяти дней на корабле царили мир и покой.
На шестой день Бэрмен принес в капитанскую каюту радиограмму, положил ее на стол и замер, ожидая реакции Макноота. У начальника радиотехнической службы было лицо праведника, получившего от ангела благую весть о том, что его вскоре должны живым взять на небо. Макноот взял радиограмму.
"Терра, Штаб флота - Сирипорт, "Торопыге". Немедленно прибыть на Терру для проведения капитального ремонта и переоборудования. Будет установлена новая модель двигателя. Фельдман, начальник оперативного отдела Сирианского сектора".
- Назад на Терру! - восхитился Макноот. - Капремонт - это ж минимум месяц отпуска. - Он посмотрел на Бэрмена. - Передайте всем вахтенным офицерам, пусть сейчас же отправляются в город и возвращают экипаж на борт. Когда люди узнают в чем дело - сами помчатся сломя голову.
- Есть, сэр! - расплылся в улыбке Бэрмен.
Все продолжали улыбаться и две недели спустя, когда Сирипорт остался далеко позади, а впереди, среди звездной россыпи. Солнце стало уже чуть больше, чем просто яркой звездой. Конечно, оставалось еще одиннадцать недель хорошего хода, но можно было и потерпеть. Домой на Терру! Ура!
Но после того, как однажды вечером Бэрмену открылась вдруг страшная правда, улыбки в капитанской каюте погасли разом. Начальник радиотехнической службы вошел и остановился, кусая губы, в ожидании, пока командир кончит делать запись в корабельном журнале. Наконец Макноот отодвинул от себя журнал, поднял глаза и нахмурился:
- Что случилось? Живот болит?
- Нет, сэр. Я просто думаю.
- Неужели это так больно?
- Я думаю, - похоронным тоном продолжал Бэрмен. - Вот мы возвращаемся на Терру для капитального ремонта. А что это значит? Мы уйдем с корабля, а вместо нас на борт хлынет толпа специалистов. - Он бросил на капитана трагический взгляд. - Я говорю: специалистов!
- Разумеется, специалистов, - согласился Макноот. - Нельзя же доверить ремонт и переоборудование компании кретинов!
- Обыкновенному специалисту не по зубам отрегулировать кор. ес. Тут нужен гений.
Макноот резко откинулся на спинку кресла. Довольное выражение исчезло с его лица так стремительно, как будто он скинул маску.
- Боже мой! Вся эта история начисто вылетела у меня из головы. На Терре нам, пожалуй, никого не облапошить своим научным шаманством...
- Не выйдет, сэр, - подтвердил Бэрмен. Вслух он больше ничего не произнес, но весь его облик так и кричал: "Вы запихнули меня в это болото, вам и вытаскивать!" Он ждал, устремив взгляд на погрузившегося в размышления Макноота, потом, не выдержав, напомнил о себе: - Что вы предлагаете, сэр?
Мало-помалу на лице капитана проступила удовлетворенная улыбка.
- Разломайте эту штуковину и спустите осколки в утилизатор.
- Это не решит проблемы сэр, - возразил Бэрмен. - У нас по-прежнему будет недостача одного кор. еса.
- Ничего подобного. Я составлю донесение о том, что он погиб в результате воздействия стихийных космических сил. - Капитан лихо подмигнул. - Мы ведь сейчас в глубоком космосе, а?
Он взял бланк для радиограмм и, взглянув на облегченно улыбавшегося Бэрмена, принялся писать:
"Крейсер "Торопыга" - Штабу флота на Терре. Пункт описи В-1098, кор. ес, один распался на части под воздействием гравитационных полей при прохождении через поле двойной звезды Гектор Большой - Малый. Материал использован как топливо для реактора. Прошу списать. Макноот, капитан".
Бэрмен отправился в свою рубку и немедленно отослал донесение на Терру. И снова целых два дня на корабле царили веселье и покой. Однако на третий начальник радиотехнической службы вновь появился в капитанской каюте с лицом озабоченным и встревоженным.
- Циркулярная радиограмма, сэр! - объявил он, протягивая бланк Макнооту. Тот прочитал: "Терра, Штаб флота - для передачи во все сектора. Чрезвычайно срочно и важно. С момента получения кораблям предписывается не покидать портов и баз. Кораблям, находящимся в полете, немедленно направиться в ближайшие космические порты и находиться там впредь до дальнейших указаний. Уэллинг, начальник аварийно-спасательной службы."
- Где-то что-то случилось, - невозмутимо прокомментировал Макноот.
Сопровождаемый Бэрменом, он направился в штурманскую рубку. Сверившись с картами, капитан связался по селектору с Пайком:
- Началась какая-то паника. Полеты запрещены. Нам придется повернуть на Закстедпорт. Это около трех дней пути. Немедленно ложитесь на новый курс: право семнадцать градусов, склонение десять. - Он положил трубку и проворчал: - Вот и рассыпался сказочный месяц на Терре... А Закстед я всегда не переносил - грязная дыра. Люди обозлятся, и я не могу винить их за это.
- Как по-вашему, что могло случиться, сэр? - спросил расстроенный и обеспокоенный Бэрмен.
- Одному Богу ведомо. Последний раз такую циркулярную рассылали семь лет назад, когда на полпути между Террой и Марсом взорвался "Звездный странник". И пока не закончилось расследование, ни одному кораблю не давали разрешения на взлет. - Макноот задумчиво потер подбородок и продолжал: - А перед тем такую же заваруху устроили, когда разом свихнулась вся команда "Сарбакана". Что бы ни случилось теперь, будьте уверены: дело серьезное.
- Может, началась война?
- С кем? - Макноот пренебрежительно махнул рукой. - Ни одна планета не располагает флотом, способным противостоять нашему. Нет, тут дело скорее всего в технике. Ну да что гадать - скоро все равно узнаем. Нас поставят в известность еще до прибытия на Закстед. Или сразу после.
Их и в самом деле известили. Всего шестью часами позже Бэрмен ворвался в капитанскую каюту с лицом, прямо-таки искаженным от ужаса.
- Что еще стряслось? - спросил Макноот, глядя на него во все глаза.
- Кор. ес, - еле выдавил из себя Бэрмен; руки его дергались, словно он стряхивал с себя невидимых пауков.
- Что "кор. ес"?
- Опечатка в вашем экземпляре ведомости. Надо читать "кор. пес".
- Кор. пес? - только и переспросил Макноот; в его устах это прозвучало, как ругательство.
- Смотрите сами, - Бэрмен шваркнул бланк радиограммы на стол и, хлопнув дверью, опрометью выскочил из капитанской каюты. Макноот уставился на радиограмму. Она гласила: "Терра, Штаб флота - "Торопыге". В вашей ведомости под шифром В-1098 значится корабельный пес Горох. Срочно и подробно сообщите, при каких обстоятельствах и каким образом животное распалось на части под воздействием гравитационных полей. Опросите экипаж и сообщите, какие симптомы наблюдались в это время у людей. Чрезвычайно срочно и важно. Уэллинг, начальник аварийно-спасательной службы".
Запершись в каюте, Макноот принялся грызть ногти. Время от времени, скосив глаза, он проверял, много ли осталось до живого мяса, и снова принимался грызть.