ATM9TTS DEATH FANFIC2

Закон и Баг

(Неканоничный фанфик. Все совпадения с реальными цифрами откатов — неслучайны, и некоторые элементы устройства мира изменены, тот же ШС возник случайно а не намеренно)

Они стояли на краю мира. Точнее, на краю острова Чипапилдышей, где забор из обычного камня сдерживал бездну. Под ногами висела пустота вплоть до лимита высоты, а в руках у Джеки дымилась «Временная Бомба» — не та, гигантская, из 4400 труб, а её прототип. Компактный, умещающийся в одной руке квадрат 10 на 10 из конвейеров Create и несколько багованно соединённых труб pipez. Кнопка на боку.

— Показываю последний раз, — сказал Джекома, и его голос был лишён обычной усталой прямоты. В нём звучало что-то иное. Предсмертная записка в аудиоформате. — Принцип каскадного обновления. Нажимаешь тут. Вращатель делает полный оборот. Система на 0.3 секунды пытается решить парадокс соединения. Не может. И… отправляет запрос на откат всего, что связано. Не мира. Только связанных блоков в радиусе.

— Почему «последний раз»? — спросила Рут. Она не смотрела на устройство. Она смотрела на него.

— Потому что я ухожу, — сказал Джекома просто, как констатировал бы падение FPS. — Сервер. Права. Всё. Остаёшься ты.

Ветер, которого не должно было быть в безвоздушном небе скайблока, рванул между ними. Рут молчала. Она думала не об админских правах, не о силе, не о возможности наконец-то приватить ферму драконов так, как она хочет. Она думала о том, что Джекома — это не человек. Это закон. Жёсткий, сухой, написанный в консоли. Он создал Шаолиньский Сундук не для троллинга, а как тест на живучесть. Он построил урановую электростанцию без корпуса не из лени, а как манифест: любая красота — это неэффективные потери.

А она — баг. Непредсказуемый сбой в его коде. Она взяла его ШС и сделала из него фольклор. Она взяла его принцип «эффективности» и построила Кольцевой Комбайн, потому что «эффектно». Она нашла дыру в его реальности — баг с трезубцем — и построила в ней целую ферму, колонию жизни в чёрной дыре игрового кода.

— Почему я? — спросила она наконец. — Ты же всегда говорил, что я «неэффективна». Что я трачу ресурсы на красоту. На изгибы. На историю.

Джекома посмотрел на устройство в своей руке. На кнопку.

— Потому что закон без исключения — это тюрьма. Мир, который работает идеально, — это статичная карта. Он не живёт. Он тикает. — Он поднял на неё глаза. В них не было одобрения. Был расчёт. — Ты — исключение. Самый живой, самый стойкий баг из всех, что я встречал. Ты не ломаешь систему. Ты… заставляешь её смотреть на себя. И менять правила, чтобы включить тебя.

Он протянул ей «Бомбу». Не устройство. Прототип.

— Я создал законы. Теперь создай исключения. Сделай из этого… что-то эффектное. Если хочешь.

Рут взяла холодный металл. Их пальцы не соприкоснулись. Между ними осталась микронная щель вибраниумной перчатки и неопрена.

— Ты уходишь, потому что устал править? — спросила она.

— Я ухожу, потому что мой закон здесь больше не работает. Ты его переписала. Не правами. Делами. — Он повернулся, чтобы уйти. Его броня, собранная из всех суперматериалов модпака, отбрасывала тусклые блики под искусственным солнцем. — Одна просьба.

— Какая?

— Когда будешь декорировать УЭС… — он сделал паузу, будто слова давались ему тяжелее, чем расчёт критической массы урана. — Не трогай схему соединения реакторов. Она идеальна.

И он ушёл. Не через /tpa, не через обелиск. Он просто сошёл с острова в бездну, и код сервера, верный своему закону, мягко вернул его на спавн. На пустые мраморные плиты, с которых всё началось.

Рут осталась одна. С бомбой в руках. С архипелагом островов, который теперь был её. С оголённым, уродливым, идеальным сердцем мира, которое требовало красоты.

Она подняла прототип к глазам. Не для того чтобы изучить. Она смотрела сквозь него. Видела не трубы и конвейер. Она видела принцип. Каскад. Цепную реакцию.

«Закон без исключения — это тюрьма».

Она медленно, очень медленно нажала кнопку на устройстве. Вращатель повернулся. Ничего не произошло. Потому что не было связанных труб. Не было цели.

Но в её голове каскад уже пошёл.

Щелчок. Она — баг в его коде.

Щелчок. Он — закон, позволивший багу существовать.

Щелчок. Он уходит, оставляя баг главным.

Щелчок. Что такое баг, ставший законом?

Она опустила устройство. В её инвентаре уже лежал план. Не чертёж. Видение. УЭС в виде гигантского, футуристичного цветка, где лепестки — радиаторы, а сердцевина — всё тот же голый, идеальный параллелепипед реакторов. Красота, обнимающая функцию. Исключение, охраняющее закон.

Это будет неэффективно. На это уйдёт тонна ресурсов. Это ничем не улучшит КПД.

Но это будет эффектно. Это будет история. Его история и её история, сплавленные в одну, как трубы pipez и конвейеры Create в парадоксальном, невозможном союзе.

Она включила чат и набрала первое за время своего правления сообщение для всех.

[Рут]: Всем. Завтра начинаем «Проект: Цветок из Арматуры». Будет много строительства. И да, я знаю про многоэтажки 9x9. Но это скучно.

Где-то на спавне, в одиночестве, Джекома, основатель, последний раз проверил логи. Он увидел сообщение. Увидел ник «Рут» с модераторской меткой. На его лице, которое так и не научилось полноценно улыбаться, дрогнул лишь один мускул.

Он вышел из игры. Не навсегда. На время. Чтобы его закон, переписанный самым живым багом, мог работать без оглядки на своего создателя.

А Рут уже летела к УЭС, прототип Бомбы Времени болтался у неё на поясе, как ключ от прошлого и чертёж будущего. Она смотрела на уродливые реакторы и видела в них уже не совершенство функции, а потенциал. Потенциал для красоты. Для истории. Для исключения из всех правил, которое, возможно, и было главным правилом этого безумного, парящего в небесах мира с самого начала.