АФРОССИНЬЯ

В Эфиопии растёт количество этнополитических акторов (повстанческих группировок), которые вливаются в Альянс народных сил за выживание.

Конкуренты во все времена, они сошлись в одном пункте - учинить абдикцию премьер-министру Абий Ахмеду Али.

Им удаётся формировать политический зонтик, об устойчивости которого не берёмся рассуждать. Про столь важную в таких делах штуку, как объединение полевых штабов, на данном этапе не заикаются. Для этого нет той интенсивности антиправительственных выступлений и бостолкновений. Плюс никто не готов идти на риск узурпации власти военными - в сценарии победно-счастливого будущего.

Если разгорится полномасштабная гражданская война, то есть вероятность, что на месте непрерывной государственной традиции Эфиопии могут возникнуть 7-9 новых государств.

Почему блиц-африканизирующимся россиянам полезно иногда посматривать в этом "гумилёвском направлении"?

Есть некоторые параллели. Их набросок для последующих медитаций:

1. Обе страны осознают себя православными катехонами континентального значения.

Эфиопия - никем никогда не колонизированный оплот православия в Африке. Россия - смотрящая за православными братушками по Евразии.

2. Обе имеют государственную мифологию с опорой на идеи богоизбранничества, мессианизма, преемственности к религиозным державам прошлого.

Эфиопы со времён "Кебра Негаст" культивируют взгляд на свою страну как на Истинный Израиль, союз царя Соломона и царицы Савской через их сына Менелика.

Русские государственники носятся с доктриной Филофея Псковского "Москва - третий Рим".

3. Обе страны угнетали коренные народы в ходе территориальной экспансии, построения и удержания государственности.

Как следствие, в Эфиопии и России аборигены и осевшие меньшинства, с одной стороны, вмонтированы в политическую нацию, с другой - люто ненавидят титульные этносы.

Ещё недавно Эфиопия называлась Абиссинией (землёй эфиосемитов-хабеша). Россия до сих пор носит имя титульного народа, заплутав в отведении "русского" от "российского" и "россиянского".

4. Обе втоплены в "мусульманское море" и свою идентичность во многом отстраивают на историческом противудвижении ему.

5. Обе были какое-то время завоёваны инородцами-мусульманами, которые создали прецедент включённости их в Исламский мир. Обеим в ходе последующей реконкисты удалось завоевать и частично переварить своих захватчиков.

Вспомним правление Ахмада Грань в средневековой Эфиопии и Золотой Орды.

Эфиопская реконкиста обернулась угнетением могучего исламского народа оромо, насильственной амхаризацией и христианизацией его части. Подобным же ответили "игу басурман" русские правители.

6. Обе были до ХХ столетия империями и страдают имперскими фантомными болями.

Эфиопская империя запомнилась как минимум тем, что вдохновила растафари и на полвека пережила Российскую империю.

7. Обе имеют демографическую ситуацию, когда доминировавшие в политике христианские этносы уступают первенство численно растущим мусульманским.

Эфиопия всё меньше напоминает страну политико-демографического преобладания амхара и тиграи; всё больше в ней укрепляется большинство мусульман-оромо.

Россия с вымирающим русским иваном и растущим весом кавказских, центральноазиатских этносов шагает той же стезёй.

С этим связано и то, как себя позиционирует верховное руководство обеих стран. В Эфиопии власть принадлежит имеющему смешанное оромо-амхарское происхождение (ещё и протестанту) Абий Ахмеду Али. В России - гибридизировавшемуся с татаркой В. В. Путину, мастеру пантомимы в образе "русского, еврея и лакца, и удмурта".

8. Обе имеют отсоединившихся соседей, с которыми связан их политический миф и которых страшно хочется перезавоевать.

Эфиопия одержима идефикс о повторном аншлюсе Эритреи примерно с той же мучительностью, что Россия - Украины.

Остроту переживания для имперских ястребов усиливает свежесть воспоминаний о совместном прошлом: Эритрея и Украина ушли в отрыв в начале 1990-х.

9. Обе - федеративные государства, которые имели сильную этнофедералистскую традицию, но подменяют её унитаристским квазифедерализмом.

В штатах Эфиопии наблюдается та же вольница, как в лучшие годы "чахлого елицинизма" с генералами Дудаевыми, Росселями, Тулеевыми, Шаймиевыми, якутами, "покажем Москве Сибирь" и Балтийской республиканской партией в оккупированном Кёнигсберге.

Сейчас премьер-министр Эфиопии косплеит путинское "поставлю регионалов в вертикальную позу". Что у него получится, на какие вилы напорется, - пример для осмысления афроссиянам.

10. Обе ведут чересчур смелые эксперименты с насаждением идентичности "новой исторической общности". Это грозит обрушить страну.

Абий Ахмед Али замещает концептом этнической унификации "мэдэмэр" идентичность панэфиопской гражданской мультиэтничной нации "эфиопиавиннэт".

Как наслаждается концепт "русского мира" Кремлём, видно всем неподслеповатым.

11. Обе были коммунистическими державами и сейчас предпочитают взаимодействовать друг с другом в контуре общих интеграционных объединений типа БРИКС.

В Эфиопии заправляли красные комитетчики из Дерг, которые дружили с КНДР. Советская Россия хотя и перестала зваться советской, с КНДР дружит яростнее, чем когда-либо.

12. Обе выступают драйверами интеграционных процессов на континенте.

Эфиопия осознаёт свою значимость в роли хостинга Африканского союза, пока Россия пытается стянуть расползающиеся СНГ и ОДКБ.

13. Обе с напряжением следят за тем, как на континенте разворачивается на межгосударственном уровне параллельная интеграция языковых и этнических альтернатив.

Эфиопия наблюдает за интеграцией суахили-говорящих государств в рамках многообещающего проекта Восточноафриканской конфедерации.

Кремлю некуда деваться от нервного присматривания за успехами Организации тюркских государств.

Можно было бы продолжить, но тут остановимся на чёртовой дюжине соответствий.