"А можно тебя погладить?"

Терпения у существа предостаточно. Оно неподвижно: лишь горячее дыхание напротив выдаёт присутствие жизни в наклонившейся ближе громадной фигуре. Под тусклым мерцанием потолочной лампы разобрать чужой облик выходит с трудом – едва ли вы уверены, что вам не померещилось движение пары внушительных сероватых крыльев за спиной зверя, подобных тем четырём, поменьше, перья которых чуть шуршат вокруг чужого лица.

На миг вы задумываетесь – каковы те на ощупь?

– А можно тебя погладить..?

Слова с ваших губ срываются раньше, чем вы успеваете их осознать. Удивляете вы не только себя, но и, кажется, зверя – тот недоумённо щурится, дрогнув обрамившей лицо парой пар белых крыльев, и чуть отстраняется, возвышаясь над вами.

В хриплом гулком голосе слышится насмешка:

– А если руку за такое оттяпаю? – вы вздрагиваете: ваша ладонь, самовольно потянувшаяся к чужим перьям, резко останавливается в дюйме от клацнувших массивных клыков наклонившегося монстра. – Ха! Смахфа неразумное, совсем жить перехотелось?

Было ли то отчаянием человека, решившего перед ликом неминуемой гибели отстоять своё последнее желание, даже такое нелепое, или ваша воля к жизни мысли о действительно мрачном исходе допускать отказывалась – об этом вы не задумываетесь. В конце концов, существо до сих пор вреда вам не причинило, лишь испугало до дрожи, и явно было разумным – так отчего б не настоять на своём? Впотьмах вы шагаете ближе, выставив вперёд руку на манер сцены из какого-то детского фильма, жмурите глаза –

и ладонь тонет в мягкой гуще перьев, едва ощущая тепло напряжённых мышц под ней.

Откуда-то спереди и чуть сверху доносится фырканье – вы готовы поклясться, зверя разбирает хохот, хоть и тщательно им сдерживаемый. Медля, вы мучительно долго открываете глаза и видите: рукой получилось уткнуться в тусклое светлое оперение огромного крыла, за щитом которого повеселевший от такого зрелища зверь укрылся от вашего любопытства.

– Я смотрю, сумасбродства тебе не занимать… Ну вперёд, гладь давай, раз так хотелось, чего пялишься? Неужто асура в жизни не трогал?

Неверяще, оттого с опаской, вы ведёте рукой вверх-вниз, ероша белёсые перья. "И не оттяпал...", проносится в мыслях, и вы глуповато улыбаетесь – так, наверное, чувствовал себя первый приручивший хищное животное человек.

Словно слыша ваши размышления, существо хмыкает и отнимает от ваших прикосновений крыло, с шорохом сложив то за спиной. Вновь встретиться с хищным голубоватым взглядом оказывается не так страшно, как в первый раз, однако холодком позвонки всё же чуть пробирает. Вы молчите; молчит и зверь, видимо, ожидая, чего ещё выкинет ваше воображение.