[9: РАЗДАВИТЬ МЕЖДУ ПАЛЬЦАМИ]

Сон Чжэ Юн не спрашивал, почему Малкольм уже ждал в машине, когда он припарковал свой мотоцикл у своей квартиры. Он также не спросил, почему тот все еще был в том же костюме, что и накануне.

Он просто скользнул на пассажирское сиденье и замер, когда инерция усадила его плечом к плечу с Малкольмом и они практически прижались друг к другу. Что-то дрожащее и темное свернулось в животе Сон Чжэ Юна. Он втянул воздух.

И отстранился, прижавшись к дверце и уставившись в окно, пока Малкольм заводил «Камаро» и выезжал в поток. Тишина между ними была густой и странной.

Но по-своему такой, такой сладкой.

Но они не успели сделать и шагу в отдел убийств, как Сэйд высунулись из своего маленького закутка, откатившись на стуле и опрокинувшись почти горизонтально. Резкий взгляд скользнул по ним обоим, прежде чем Сэйд прошипели: «Заходите».

Затем они откатились, снова исчезнув.

Сон Чжэ Юн обменялся взглядом с Малкольмом, но Малкольм только пожал плечами.

— Понятия не имею.

Они вместе юркнули в ярко освещенный кабинет, который Сэйд превратили в свое гнездо. Ряд из полдюжины мониторов показывал видео; Сэйд мрачно смотрели на изображения. Сон Чжэ Юн нахмурился; потребовалось мгновение, чтобы осознать, что он видит, но когда он осознал...

— Твою мать, — прошептал Малкольм, прикрыв рот рукой. — Снафф-фильмы*?

Похоже, что так. В каждом видео рыжеволосый молодой человек с поджарым, жилистым телом играл со своими любовниками-мужчинами, дразнил их, соблазнял... только для того, чтобы их развязка наступила в потоке крови, разрываемой плоти и криках. Крики были хуже всего, даже когда Сэйд щелкнули мышкой, убавляя громкость. Алое разлеталось повсюду, и Сон Чжэ Юн смотрел с пересохшими губами и сжавшейся грудью, как рыжеволосый молодой человек оседлал бедра Логана Уайлда и, пока тот бился, сопротивлялся и рыдал в кляп-шарик... разорвал его странными металлическими наконечниками-когтями на кончиках пальцев.

Молодой человек ухмылялся все это время, его глаза были широкими и дикими, черты застыли в какой-то жестокой красоте, радости, удовольствии. Сон Чжэ Юн прижал тыльную сторону ладони ко рту, сглатывая, пока кислый привкус в горле не отступил достаточно, чтобы позволить ему заговорить.

— Он даже не пытается скрыть лицо, — сказал он.

— Там целая галерея, — мрачно сказали Сэйд, скрещивая руки на груди. — По крайней мере, дюжина мертвых. Все они выложены на этом сайте по подписке в даркнете. Люди платят и могут смотреть прямые эфиры или покупать доступ к архиву.

Сон Чжэ Юн покачал головой. Ужас окутал его, тяжелый и плотный. 

— Как мы не наткнулись на его убийства раньше?

— Неопознанные тела, может быть, — напряженно сказал Малкольм. Он грыз ноготь большого пальца, практически раздирая его зубами, уставившись на жуткие изображения на экране. — Похоже, другие убийства не были так инсценированы, как убийство Уайлда. В этот раз он вышел на новый уровень. Другие... — Он глубоко нахмурился. — Зашел, вышел, и все готово. Ничего, чтобы связать тела. Мы, вероятно, найдем их все в нераскрытых делах. Или, возможно, он делал это в других городах, так что они вообще не всплывут у нас. — Он внезапно, резко посмотрел на Сон Чжэ Юна. — Я думал, ты сказал, что это не серийное.

— Это не так. — Сон Чжэ Юн вынужден был отвернуться и провести пальцами по волосам, пытаясь дышать. — Серийные убийцы действуют по навязчивому побуждению. А это больше похоже на... задачу. У него есть цель, а убийства — всего лишь средство для ее достижения. Неважно, прибыль или что-то иное. 

— Это глубоко извращенно. По крайней мере, с опознанием проблем не будет. — Малкольм издал полный отвращения звук, поднимающийся из горла. — Нам просто нужно его найти. Кто выкладывает эти видео?

— Не знаю, — сказали Сэйд.

— Как это, не знаешь? — потребовал Малкольм. — Как ты можешь...

— Не надо, — отрезали Сэйд. — Я тоже расстроен, но я не могу справляться с твоим расстройством и своим одновременно. Слушай, эти серверы зашифрованы. Люди платят биткоинами или другой криптовалютой. Это не кино. Тут не появится какой-нибудь белобрысый приставучий пацан, орущий «это UNIX-система!**», и все секреты вселенной не развернутся на экране. — Дыхание Сэйд дрожало, их глаза были влажными, и они откинули волосы с лица обеими руками — но их голос был ровным, контролируемым. — Она называется криптовалютой не просто так. Я не могу отследить, кому платили за поставку этих видео, особенно для транзакции в даркнете.

— Извини, — тихо сказал Малкольм, затем выругался. — Нельзя хотя бы... не знаю. Снять это гребаное видео?

— Только если привлечь гребаный Интерпол, — с горечью сказали Сэйд. — Оно транслируется через такое количество прокси, что я даже не могу определить, на каком континенте находится сервер.

Малкольм вздохнул.

— Черт.

— Ага. — Сэйд остановили видео, каждое застыло в ужасающем моменте разбитого страдания, смерти. — Если мы пойдем за хостинг-провайдером, это всё равно предупредит поставщиков видео. И тогда они уйдут в подполье, и мы никогда их не найдем.

— Дело не в этом. — Охрипший, измученный голос Малкольма сжался. — Дело в Уайлде. В том, что его выставили напоказ, чтобы люди просто... похотливо смотрели на это, эта ужасная жажда крови и смерти...

— Это неуважительно, — тихо закончил Сон Чжэ Юн.

Сэйд посмотрели на них обоих с сочувствием и сжали губы.

— Мы сообщим всё, что сможем, в ФБР и Интерпол. И будем надеяться, что они смогут что-то сделать. Всё, что мы можем, — это работать с местным делом.

— Я сделаю несколько звонков, если это поможет, — предложил Сон Чжэ Юн. — У меня еще остались контакты в ФБР.

— Да. Конечно. — Малкольм указал на экран, не отрывая от него глаз. — Ты можешь что-нибудь сделать с этим?

Покусывая нижнюю губу, Сэйд крутились на стуле, раскачиваясь взад-вперед.

— Я могу попробовать запустить распознавание лиц, чтобы выяснить, кто он, но это ресурсоемко и медленно, особенно если у нас нет ничего хорошего для сравнения.

— Мне не подходит «медленно», — сказал Малкольм. — Если он сделал дюжину видео, он сделает еще одно. Я не хочу давать ему шанс.

— Номерные знаки, — заметил Сон Чжэ Юн. — Можем ли мы опознать их по записям с камер наблюдения в районе места преступления?

— Можем, — сказали Сэйд, щелкая, пока ужасные видео не свернулись, оставив другую подборку кадров в циклическом воспроизведении, на этот раз черно-белую. — И ты только что затмил мою презентацию.

На видео тот же Ford Focus, который они видели на записях с камер безопасности, проезжал мимо камеры наблюдения за дорожным движением, номера были четко видны. Сон Чжэ Юн уперся рукой в стол, наклоняясь.

— На кого он зарегистрирован?

— На Карла Ольстада, — сказали Сэйд.

— И это означает...?

— Абсолютно ничего, но... — Сэйд вытащили стикер с края одного монитора и протянули между двумя пальцами. — У меня есть для вас домашний адрес.

Сон Чжэ Юн взял стикер, пробежал адрес глазами, затем передал Малкольму. Малкольм мельком взглянул на него, затем смял и сунул в карман.

— Пошли возьмем этого ублюдка.

Он уже разворачивался, направляясь к двери — но когда Сэйд снова открыли сайт со снуфф-видео, Сон Чжэ Юн замер, снова наклонился, прищурившись на окно с кричаще выставленной напоказ смертью Логана Уайлда, остановленное на середине потрошения.

— Малкольм, — сказал он. — Посмотри на его глаза.

Малкольм обернулся, затем наклонился близко и тихо присвистнул.

— Расширенные зрачки.

— Под наркотиками?

— Возможно. Ортис сказал, что у него зависимость. Но посмотри на Уайлда. — Малкольм постучал по экрану толстым пальцем. — Его тоже расширены. И он в ужасе. Как ты думаешь, что он видит?

— Я искренне сомневаюсь, что мы действительно хотим это знать. — Сон Чжэ Юн достал из кармана телефон и набрал сообщение большим пальцем. — Я прошу Кару ускорить токсикологические тесты.

Жертва могла быть под наркотиками. Можете провести токсикологию в первую очередь?

Уже работаю, — моментально пришел ответ. — Скоро будет.

Сон Чжэ Юн убрал телефон в карман и встретил мрачный, суровый взгляд Малкольма.

— Мы идем? — тихо спросил он.

— Думаю, идем. — Напряжение Малкольма было самостоятельной живой сущностью, тянущейся за ним, как призрак. — Пошли, напарник. Нанесем визит мистеру Ольстаду.

Каждый раз, когда Малкольм думал, что человечество не может стать еще более порочным, находился какой-то мудак, который доказывал обратное.

У него не было слов для той ярости, что клокотала внутри, пока они ехали по адресу во Внутренней гавани, зарегистрированному на владельца «Фокуса». Даже если человек, которого они найдут по этому адресу, окажется не тем парнем с видео...

Малкольм только надеялся, что спокойное, собранное присутствие Сон Чжэ Юна удержит его в узде, иначе он мог сделать то, о чем пожалеет.

Или, что еще хуже, он об этом не пожалеет.

Адрес привел их к небольшому коттеджу, приютившемуся на углу улицы во Внутренней гавани, чужеродному среди многоквартирных домов и кирпичных витрин. Одноэтажное бунгало было покрыто увядающими остатками летних цветов, сад вышел из-под контроля, повсюду висели беседки и арки, превращая лужайку в джунгли. Маленькая девочка играла во дворе, бросая мяч в стену коттеджа, а затем бежала за ним, развлекая себя.

Ради всего святого, у Ольстада был ребенок.

Сон Чжэ Юн склонил голову набок.

— Довольно милый дом, — загадочно пробормотал он.

— Думаешь, принадлежит подозреваемому?

— Сомневаюсь.

Малкольм глубоко вдохнул.

— Сделаем это.

Они вышли из машины и пересекли дорожку к калитке. У дома даже был белый штакетник — такой уютный и добропорядочный, в то время как Малкольм, глядя на его остроконечные окна, мог думать только об ужасе в глазах Логана Уайлда.

Малкольм проверил «Глок» в наплечной кобуре, просто ощутив его привычный вес, затем взглянул на маленькую девочку и опустил руку. Черт. Черт, черт, черт, он в глубине души надеялся, что Ольстад не убийца.

Потому что он не сможет вытащить пистолет, если эта девчушка будет в пределах досягаемости.

Он и Сон Чжэ Юн долго смотрели друг на друга, затем Малкольм расправил плечи и постучал. Еще до того, как дверь открылась, голос, крикнувший «Секундочку!», сказал ему, что они имеют дело не с парнем с видео. Голос был мужским, старше... слишком старым, чтобы принадлежать подозреваемому.

Что подтвердилось, когда дверь открылась и выглянул мужчина лет пятидесяти с небольшим. Его черные волосы были присыпаны сединой, тонкие усы почти полностью побелели. Он был худым, с длинным, интеллигентным лицом, и оно вытянулось еще больше, когда он в замешательстве посмотрел на них.

— Здравствуйте, чем могу помочь?

— Вы Карл Ольстад? — спросил Сон Чжэ Юн.

Ольстад напрягся, в его глазах мелькнул животный страх, тело слегка ссутулилось.

— Да, а что?

Малкольм показал значок.

— Полиция Балтимора. Нам нужно поговорить. — Он снова взглянул на девочку, которая перестала подбрасывать мяч и теперь просто сжимала его, глядя на них широкими глазами. — Внутри.

На мгновение Ольстад выглядел так, будто собирается бежать, но затем обмяк. Поражение окутало его почти осязаемым плащом.

— Да... конечно.

Он отступил, впуская их. Внутри коттедж был таким же уютным, как и снаружи, — теплые маслянисто-желтые стены, повсюду разбросаны вязаные безделушки на удобной мебели. Ольстад провел их в гостиную, затем тяжело опустился в мягкое кресло в клетку и указал на такой же диван.

— Садитесь, — безжизненно сказал он. — Что вы хотите узнать?

— Думаю, вы уже знаете, — сказал Малкольм, опускаясь на край дивана и внимательно глядя на Ольстада. — У нас есть Ford Focus с номерами, зарегистрированными на вас, который попал на камеру, когда отъезжал от места преступления с подозреваемым на заднем сиденье, мистер Ольстад.

Ольстад побледнел, на его верхней губе выступила испарина; он переводил взгляд с одного на другого.

— Место преступления...? Я ничего не знаю ни о каком месте преступления!

— Что вы знаете? — надавил Сон Чжэ Юн.

— Ничего! — выпалил Ольстад. — Я ничего не знаю. Я просто забираю его там, где велят миссис и мистер. Всё, что я делаю, — это вожу.

Малкольн прищурился.

— Кто он? Кто такие «миссис и мистер»?

Ольстад замер на секунду дольше.

Затем вскочил на ноги и бросился к двери.

Сон Чжэ Юн оказался быстрее, подставив подножку и встав на пути Ольстада стеной живого льда, холодно глядя на него сверху вниз.

— Нет, — сказал он.

Ольстад отшатнулся, едва не врезавшись в грудь Сон Чжэ Юна, и испуганно посмотрел на него снизу вверх.

— Я... я под арестом?

— Пока нет, — ответил Сон Чжэ Юн тихо, почти угрожающе, и прищурился.

— Сядьте, мистер Ольстад, — приказал Малкольм. — И расскажите нам о парне, которого вы забрали из W-Suites позавчера ночью.

Медленно, Ольстад побрел обратно к креслу и опустился в него, двигаясь очень осторожно. Он выглядел так, будто вот-вот расплачется, и нервно тер руки.

— Я... его зовут Нико, — сказал он. — Николас. Николас Мэдсен. Это всё, что я знаю, клянусь. Моя работа — забирать его оттуда, откуда велят мистер и миссис. Я водитель. Это всё, что я делаю. Обычно я пользуюсь машинами из поместья, но когда нужно забрать Нико, они велят мне использовать свою. — Он закусил губу. — Они... о-они платят мне дополнительно за использование моей.

— И вас это не насторожило? — спросил Сон Чжэ Юн. — Что вас попросили забирать кого-то из тайных мест и подставили так, что единственная опознаваемая улика ведет к вам? 

Ольстад болезненно улыбнулся.

— Учишься не задавать лишних вопросов, когда богатые люди просят сделать странные вещи, пока они платят. — Его улыбка угасла, и он окинул их сомневающимся взглядом. — Нико правда кого-то убил...?

— Нико убил многих, — мрачно заметил Малкольм. — На кого вы работаете?

Содрогнувшись, Ольстад быстро покачал головой.

— Я н-не могу.

— Можете, — сказал Сон Чжэ Юн, — если хотите убедить присяжных, что вы были невольным пособником, а не добровольным соучастником.

— Я... черт. — Ольстад сжался в комок, обхватив себя руками и раскачиваясь вперед-назад. — Если я скажу, вы должны оставить мою дочь в покое. Я не хочу, чтобы Джессике причинили вред.

— Мы сделаем все возможное, чтобы защитить вашу дочь, — пообещал Малкольм. — Но того же я не могу сказать о вас.

— Мне плевать на себя! — Ольстад смотрел на него с отчаянием. — Только на нее. У вас есть дети? Вы понимаете это?

— Нет, — сказал Малкольм, качая головой. — Детей нет. Но я понимаю.

— ...д-да. — Ольстад трясся так сильно, что Малкольм почти слышал, как стучат его кости; он застонал и провел костяшками по лицу. — Я знал. Знал, что однажды появятся копы, так что это моя вина. Я просто... смотрел в другую сторону и не задавал вопросов. — Он глубоко вздохнул. — Я работаю на Чемберсов.

Малкольм взглянул на Сон Чжэ Юна.

— Тебе это что-нибудь говорит?

Сон Чжэ Юн покачал головой.

— Боюсь, вам придется быть точнее.

— Ванден и Алисия Чемберс? — Ольстад уставился на них. — Они из высшего общества. Слушайте, вам нужно знать только то, что они богаты. Очень богаты. И все их друзья тоже.

— Отлично, — пробормотал Малкольм. — Наверное, дружат с Веллингтонами.

Сон Чжэ Юн нахмурился.

— Какое отношение они имеют к Николасу Мэдсену? Он тоже их работник?

— Он для них всё. Работник, любовник, питомец. — Ольстад издал горький звук. — Они натаскали его, как какую-то выставочную собаку, и он делает всё, что они хотят, когда они хотят.

Малкольм отшатнулся.

— Тогда то, что вы подразумеваете...

— ...что Чемберсы наняли Мэдсена для создания этих видео для своего развлечения и удовольствия, — закончил Сон Чжэ Юн.

Ольстад втянул воздух.

— Вы знаете о видео?

— Я, — сказал Сон Чжэ Юн, — хотел бы услышать, что вы знаете о видео.

Его редкие брови сошлись вместе.

— Это какие-то очень извращенные сексуальные фантазии? Наверное, он идет и разыгрывает их, где они притворяются, что убивают людей и трахаются на телах. Там куча странных спецэффектов, я не понимаю, но Чемберсы устраивают такие просмотры для друзей. Большие маскарадные балы, которые половину времени превращаются в оргии. Черт, один будет сегодня.

— Карл, — осторожно сказал Малкольм. — Это были не спецэффекты.

Глаза Ольстада расширились. Он слегка покачнулся, его голос был слабым.

— Это... это были настоящие люди? Они правда умирали?

— Боюсь, что да.

— О Боже. — С протяжным стоном Ольстад закрыл лицо руками. — А я помогал... я... о Боже.

Малкольм дал Ольстаду время, а сам взглянул на Сон Чжэ Юна и подозвал его. Сон Чжэ Юн опустился на диван рядом с ним и наклонился, шепча ему на ухо.

— Нам нужно поймать и Чемберсов, и Мэдсена с поличным на одном из таких просмотров.

— Ага. Значит, нам нужно попасть туда сегодня ночью.

— Что, если вход на вечеринку только по приглашениям?

— У нас есть приглашение прямо здесь, — сказал Малкольм и снова уставился на Ольстада, повышая голос от шепота, пока тот не побледнел до пепла. — Потому что Карл сегодня вечером проведет нас внутрь... не так ли?

* Снафф-фильмы – это жанр нелегального видео, в котором показывают реальное убийство человека, часто снятое без его ведома или согласия, хотя в книгах упоминаются и люди, участвующие в таких съемках сознательно. Не знаю, насколько часто такое встречается в реальности.

**Отсылка к фильму «Парк Юрского периода»