6:2

Голова Чана свисала с кровати, пока его трахали в горло, схватившись за него же. Его дырочку долбил Чонин. Тот самый мелкий, которого Бан называл «малышом» и «хлебушком», но сейчас…

— Малыш Чанни хочет кончить? Так быстро?

— Он ещё не знает, что это только начало… – закончил предложение за него Минхо со своей фирменной ухмылкой. Он ласкал грудь и соски, облизывал. Трогал везде. Мурашки по коже, бр-р.

Чан скулил, как бесполезная собачка. Выгибал спину сексуально, ещё больше заводя своих парней. Он дурел от большого члена внутри. Настолько большого размера, что еле вмещался в него. Но его прекрасные стоны впивались прямо в член Хо и испарялись прямо там. Когда его горло сжали, он думал, что это конец. Потому что одновременно его трахали в задницу, в рот, так ещё и издевались над головкой. Чонин – извращенец, что не оставлял лидера в покое.

Тем временем Хван, выпятив задницу, двинулся навстречу члену Ликса. Сынмин крутил соски, лизал их, словно высасывая молоко, целовал его. От его действий Хенджину становилось хорошо. Наполнение чувствовалось насыщенно. А орган Хана был настолько большим, что мог к чёртам разорвать его рот, оставив после себя только стоны. Когда Джин предупредил, что кончает, Хван высунул язычок в ожидании спермы. Она капнула на его безупречное лицо, губы и ещё где-то на постель. Но, блять, ради этого вида нужно было заставлять его сосать. Хотя так-то он сам не против.

Тем временем в спальне Чана буквально вдалбливали в кровать. Те поменялись местами, и толстой задницей лидера уже обладал Чонин. Он придавил голову лидера к матрасу, и оттого стоны старшего терялись между простынями. Он чувствовал себя использованным. Игрушкой.

Но и Чан, и Хенджин знали одно.

Они любимы. Любимы этими шестерыми парнями. Они никогда не дадут их в обиду. Любят и дорожат. И только в постели показывают то, какие они звери.

— Да ты посмотри на Хвана. Разве он не желает, чтобы его заполнили спермой? – дразнил Феликс.

— Ты разве не видишь, что он это так отчаянно хочет и просит? Милашка, – сказал Джин. А Сынмину просто в кайф наблюдать, как любимый мембер теряется в хаосе. Он податливый. Очень.

— Просто блядь… трахайте нас, как ненужных шлюх… – это были слова и Хвана, и Бана. Они, словно родственные души, чувствовали каждое слово друг друга.

А парнишки и не прочь сделать то, что они так яростно хотят.