5.5 Конечная

Все-таки Чатырдаг в этой раме выглядит как дорогая картина. Парадокс в том, что она бесплатная. Я счастливый человек, раз у меня такие виды из окна по утрам.

Зевая, я открыл балконную дверь и вышел навстречу новому дню. На нашей улице стояли два чёрных микроавтобуса, из первого, не особенно торопясь, как раз вылезали Разный и пара оперативников. Один из них по-утреннему поежился, а майор посмотрел наверх и помахал мне рукой. Я покивал.

- Спускаюсь!

Интересно, костюмированные балы есть в программе? Я, конечно, до сих пор надеюсь, что нет. Перед выходом на узкую лестницу я клацнул переключателем и из колонок по коридору полилась музыка. Потом женский голос сказал:

- Радио Берега! Мы гарантируем хорошее настроение!

Ну-ну, не подведи, родная радиостанция. 

- А что это за девочка и где она живет? - следующая композиция была несколько предсказуема. Шестой раз за час, кстати, что-то поздно они приехали. Дальше будет реже, но разок мы еще послушаем, так мне кажется. 

Судя по суровому лицу опера, к Элис он ещё не дошёл, но всё ещё был в надежде. 

Начало разговора сразу сбило меня с позиции. Тяжело с ними, сколько ни готовься, а всегда удивляешься. Вот если бы он спросил:

- Где вы были со вчерашнего вечера по настоящее время?

Я бы честно начал рассказывать про монаха. Ну и дальше было б всё предсказуемо.

- Кто-нибудь может это подтвердить?

- Да я там как-то в основном на тонком плане общался, но, думаю, другие монахи меня вполне могли бы и видеть. 

- Кто конкретно, в котором часу и при каких обстоятельствах?

- А вы там сами были когда-нибудь? Там очень специфическая обстановка. Я же не знаю, как там кого зовут, для меня это просто люди, которые там находятся. 

Но он сказал:

- Вчера в первой половине дня вы посещали телекомпанию. Так?

- Так, - я кивнул и только потом уже спохватился, - Вчера?

- Конечно. Вас видела охрана, сотрудники, есть запись в журнале учёта лиц, проходивших на территорию.

- Точно так, был.

- А где вы находились сегодня ночью?

Тут уже я задумался. По ощущениям, я выспался основательно, только вот когда и как я ложился, припомнить не получалось.

- Тут. Спал. 

- А кто-нибудь это подтвердить может?

- Вы. Вы же меня тут и нашли. 

- А ещё кто-нибудь?

- Спросите охранника. Он делает обход иногда, я крепко спал и его не видел. Но это не значит, что он не видел меня.

- Хорошо, мы обязательно уточним.

- Уточните, пожалуйста.

Мне уже самому интересно, что же он им расскажет. Потому что я начал подозревать, что у нас разные временные линейки, и у меня внутри она тоже уже двоится. Вчера утром я себя убедил, что мне нужно выяснить за сказочный медальон, ночью ползал под звёздами, и вчера же днем я рассуждал на философские темы, вернее, слушал умного человека. А ночью спал? Точно спал, я даже бодр, что как-то для меня необычно. Развивать эту мысль я побоялся, но день выпал.

- Где бы мы могли побеседовать?

- Адвоката позовём или всё будет не настолько сурово? 

- Я думаю, мы пока ограничимся кратким фиксированием некоторых позиций. 

Ну, возможно, но сообщение я отправил. 

- Мы бы хотели бы осмотреть помещения, - в разговор вклинился молодой опер.

- Вы меня только поймите правильно, я допускаю, что сама постановка вопроса предполагает отсутствие окончательного решения об обыске и, тем более, наличия какой-либо санкции. А так как помещение у нас тут рабочее, то я думаю, что корректным бы было присутствие или хотя бы разрешение нашего босса. 

На улице захлопали двери и раздались голоса.

- Вот он, кстати, приехал. 

Босс зашел с лицом в варианте "рад дорогим гостям", но я видел, что он собран, зол, и рад будет донести до меня свою убеждённость в степенях моей компетенции и полезности для агентства. Не обязательно тет-а-тет, просто эти зрители точно лишние.

Часть гостей ушла осматривать студию, тут и адвокат подошел. 

- О, как. 

- Он пока чай попьет. 

- В таком случае мы найдём повод и для официальной беседы. 

- Нисколько в этом не сомневаюсь. 

Юрист выслушал Разного и спросил:

- Мы выйдем на три минуты?

- Да, без проблем. 

Мы вышли всё на тот же балкон. Микроавтобусы стояли на прежнем месте, над второй машиной вился сигаретный дымок. 

- Расскажи мне, что это за художник?

- Это сотрудник телеканала.

- Ты его бил?

- Слушай, давай тоже зафиксируем несколько обстоятельств. Первое. Его сегодня ночью ударили. Второе. Я сегодня ночью тут спал, охранник им уже подтвердил, даже запись есть. Третье. Я никого по шее в этом году не бил. Вот по этим трём пунктам нужно строить позицию.

- Ну тогда так и говори, не бил, не видел, не знаю. В крайнем случае, можешь сказать не помню, если что-нибудь будет скользкое. Потом вспомнишь. Или не вспомнишь. Пошли.

Уезжали чёрные машины под песню Гребенщикова:

- Это Северный ветер, мы у него в ладо-о-онях... Но Северный ветер - наш брат...

Если б я снимал фильм, эту композицию взял бы для них музыкальной темой. В хорошем кино перед каждым появлением в кадре той или иной силы начинает звучать чуть раньше определённая музыка. И успевает за краткий миг подготовить зрителя, создать ему нужное настроение. Но мы не в фильме, у нас настроение создаёт само течение жизни.

- Смысл всей этой сцены в том, что коллеги показывают свое владение ситуацией, - заметил Юрист, стоя со мной на улице.

- Никто и не сомневается. 

- И обозначают своё присутствие в качестве наблюдателя, ограничителя и арбитра. 

- А роль адвоката что-либо передать в обе стороны, я правильно понимаю?

Юрист только пожал плечами.

На третьем этаже я посмотрел в кабинете, что босс наш явно не в духе, и решил официального расставания не устраивать. Тот курил в своём кресле, глядя в айпад. 

Под балконом снова стоял ведущий.

- Что у тебя, проблемы?

- Да нет, вроде бы. Помнишь, я тебе про африканские племена рассказывал?

- Ага, и про шахты лифта. 

- Вот эти люди смотрят, чтоб так не делали. Применительно к нашим баранам, не дают засрать социальный лифт. 

- Кадровый.

- Нет, в кадровый они сами могут что-нибудь положить. Социальный. 

- А в чём разница?

- Для тех, кто только о себе думает, никакой. Но, вот, например, новая больница это как этаж на социальном лифте для всего района проехать. И в такие лифты гадить запрещено. Можно дальше еще поумничать, но смысл примерно такой я вижу.

- Красиво, я это тоже в программу вставлю.

- Так вызвоните меня, вдвоем и расскажем.

- Давай, как прилетишь, набирай.

- Или!

- Вот. Пока никто не торопится никуда. Объясни мне, почему вы так говорите?

Я ему как смог рассказал и уехал. В такси на этот раз сам позвонил.

Назад к содержанию