№5. Оттмар Хитцфельд. Расшифровка подкаста.

Вернер Ханш: Дорогие мои, вот мы и снова здесь. Перед вами старая певчая птица Вернер Ханш. 

Оли Мюллер: А для тех, кто еще не проснулся, это должно стать решающим фактором. Я Олли Мюллер. В этом подкасте мы поговорим о золотом периоде дортмундской "Боруссии" и тренере Оттмаре Хитцфельде.

Вернер Ханш: Мы побывали в его родном городе Лёррахе и поговорили с Оттмаром Хитцфельдом. 

Оли Мюллер: Он привел BVB к чемпионству. Он даже привел клуб к европейскому футбольному трону. Мы хотели бы пережить эти яркие моменты вместе с вами, поговорив с некоторыми из самых важных соратников Оттмара Хитцфельдта. С тогдашними менеджерами BVB Гердом Нибаумом и Михаэлем Майером, с игроками, такими как Штефан Ройтер, Ларс Риккен, Тедди де Бир и многими, многими другими. 

Оттмар Хитцфельд: Я также рад слышать что-то слышать от товарищей. 

Вернер Ханш: А это пятая часть. Если вы еще не знаете первые части, тогда почему бы вам не начать с них? Сегодня речь пойдет о главном событии эпохи Хитцфельда - победе в Лиге чемпионов. 

Оли Мюллер: О да. И мы уже говорили о том, как BVB становился все больше и больше. Поначалу у них даже не было нормальной тренировочной базы. Нам, представителям СМИ, даже разрешалось ездить в автобусе команды. Вы только представьте себе это сегодня. Да и стадион уже тогда был немного устаревшим. Построен в 74 году, вмещал 42 000 зрителей, не сравнить с сегодняшним днем. В тот период все пошло как по маслу: призовые места, много новых игроков, звезды итальянской Серии А и, конечно же, высокие зарплаты. Затем первое чемпионство в 1995 году, следующее через год, ну, а потом наступил сезон 1996-97. 

Вернер Ханш: Да, конечно, Олли, тот сезон действительно был на высоте. И несмотря на громкие имена, Дортмунд отнюдь не был фаворитом в борьбе за европейский трофей. Вилли Витке, спортивный журналист из Дортмунда того времени, вспоминает об этом.

Вилли Витттке: "Боруссии" очень везло. Тот матч в Манчестере я никогда не забуду - Ларс Риккен сделал счет 1:0 в самом начале. Юрген Колер, футбольный Бог, спас то, что можно и нельзя было спасти. Это было невероятно. "Манчестер Юнайтед" был в обоих матчах лучшей командой, если честно. Туринский "Ювентус" был выдающимся по составу в те времена. С Зиданом, с Дешамом, с самыми лучшими. В любом случае, это была команда, гремевшая тогда в европе. А дортмундская "Боруссия" в той игре трижды оказывалась перед воротами туринцев и забила три гола. Так что, в том сезоне мы были самой невероятно эффективной командой в Европе.

Оли Мюллер: Да, я до сих пор очень хорошо это помню. Например, я ездил с ними в предварительном раунде. Это были матчи против "Атлетико Мадрид", "Видзев Лодзь" и бухарестского "Стяуа". И то, что BVB показывал временами, было действительно сильно. Например, победа в Мадриде на "Висенте Кальдерон", старом "Висенте Кальдерон", который с тех пор был снесен. В итоге они сравнялись по очкам с победителями группы - мадридским "Атлетико" - и вышли в плей-офф. 

Вернер Ханш: Да, да, та игра в Мадриде. "Атлетико" - естественно, фавориты при полном аншлаге. У испанцев были шансы за шансами. А что было у "Боруссии"? Да, Штефан Клос, который перехватывал все кроссы. А еще Штефан Ройтер и он бьет. Так звучало тогда на испанском телевидении. 

...

Оли Мюллер: Да, с испанскими голами коллеги обычно чувствовали себя более эйфорично. Или мне это только кажется? Ведь Штефан Ройтер не обязательно был известен, а мы рассчитывали на него в качестве бомбардира. Мы, во всяком случае, обсудили это со Штефаном Ройтером, и он это хорошо помнит.

Штефан Ройтер: Я помню как однажды забил гол "Алтетико", это было в мой день рождения, что-то в этом духе.

Оли Мюллер: Затем последовал плей-офф, начавшийся с четвертьфинала против французского "Осера".

Вернер Ханш: Да, это было убедительно. И вы не поверите, я действительно был там вживую, в прямом эфире. В Осере, на родине Шабли (вино такое). 

Оли Мюллер: Именно так. 

Вернер Ханш: Да, его производят там. Я очень хорошо это помню.

Оли Мюллер: Мы немного наслаждались им тогда, накануне игры.

Вернер Ханш: Вот что я могу тебе сказать - у меня была большая проблема. У меня был камень в почке. Я лежал в больнице в Эссене. 

Оли Мюллер: Плохие условия для поездки в Шабли. 

Вернер Ханш: Но Шабли помог мне снова стать здоровым. Я прекрасно провел время. Потом была великолепная игра в Осере с крупной победой. А потом появился "Манчестер Юнайтед". Хитцфельд сделал ставку на Риккена - молодую звезду, которая уже многого добилась в Лиге чемпионов в этом сезоне. Хорошее начало, как мы увидим через некоторое время. Слушаем игру.

...

Оли Мюллер: Ух ты, какое безумие. "Боруссия" действительно в финале Лиги чемпионов. Шанс поднять самый ценный трофей, который только может выиграть клуб, в Мюнхене майской ночью. И Оттмар Хитцфельд много думает. Кого поставить в состав? Кто может помочь? Нельзя забывать о победе над большими фаворитами - туринским "Ювентусом".

Вернер Ханш: Да вы и сами подумайте, одним из самых важных игроков на всем пути к финалу был австриец Вольфганг Файерзингер. Мне приходится долго думать, чтобы понять: "боже, кто же это был?" А потом он снова появляется и проводит великолепную игру. 

Оли Мюллер: Длинные волосы до плеч, сердцеед. 

Вернер Ханш: Более того, да. На протяжении всего сезона он неоднократно показывал игры мирового уровня, благодаря которым Дортмунд вообще забрался так далеко. И тут Хитцфельд решает нечто, что шокирует не только Файерзингера, но и практически всех, кто имел отношение к BVB в этом сезоне. Давайте послушаем, что сказал по этому поводу тогдашний директор Михаэль Майер.

Михаэль Майер: Самым сложным решением для него был Фейерзингер в финале Лиги чемпионов. Вы практически лишаете игрока всей его карьеры. Он сыграл все матчи. Это был тот игрок, которого он хотел, который тогда вызывал много споров, но который потом действительно пришел в себя и показал отличные игры. А затем в финале Маттиас Заммер снова был в форме. Тогда ему пришлось принять решение не только убрать его из команды, но даже не использовать его в качестве запасного. Потому что, сказал он: "мне нужен кто-то в нападении, если я вообще собираюсь что-то менять". И это был Рене Тречок, который, на удивление, забивал тогда голы. И я знаю, вечером, после того как он объявил, что его игрока нет даже на скамейке запасных, мы сидели вместе, и он (Оттмар) сказал: "у меня был разговор". Так что эти мысли у него возникли совершенно самостоятельно, мы их вообще не обсуждали, он не спрашивал о том как мне его этому научить и когда. Но есть и тренеры, которым нужна соответствующая поддержка. Он должен был всегда дисциплинировать команду, это была его работа. 

Вернер Ханш: Он всегда был опрятен и владел своими эмоциями. Таким Хитцфельд был на протяжении всей своей карьеры. Однако в этот момент он стал очень эмоциональным.

Оттмар Хитцфельд: Это было худшее решение в моей жизни. Вольфганг Файерзингер был надежен и заслуживает большой похвалы за то, что мы продвинулись в Манчестере. А потом приходится говорить ему: "ты не играешь". Да, но когда Маттиас Заммер снова будет в форме, я не смогу сказать ему: "ты останешься вне игры". Потому что это другая категория. Мне очень жаль, но дело не в лояльности, мы не говорим о том, что ты заслужил это, дело в успехе. Дортмунд выше этого. Я просто должен принимать непопулярные решения. Но это был один из самых трудных разговоров, когда ты приходишь туда в обеденный перерыв и стучишь в дверь. Я должен был поговорить с ним. 

Оли Мюллер: Да, это решение было не только мужественным, но и очень жестким. Файерзингер, например, показал блестящую игру в полуфинале в Манчестере. Сегодня много говорят о том, как Юрген Колер стал футбольным богом на "Олд Траффорд", как он довел Эрика Кантону до отчаяния. Но многие забывают, что и Файерзингер в той игре был не намного хуже, но потом он остался за бортом финала. Представьте себе, Вернер, если бы Дортмунд проиграл финал, возможно даже из-за ошибки в обороне, думаю, Хитцфельда прилюдно облили бы помоями. 

Вернер Ханш: Это был невероятный риск, на который пошел Оттмар, приняв такое решение. Вы уже сказали об этом. Представьте себе, если все идет кувырком, и вдруг вы окажетесь человеком, который проиграл такой финал неправильным решением. На такой важной должности. Он пошел на этот риск. И у него, конечно, были веские причины. Очень личные причины, которые заставили его это сделать. Мы уже говорили об этом в некоторых сериях. О твердости Оттмара Хитцфельда - здесь буквально пример этого. И вот он снова здесь. Выиграете вы этот финал в качестве андердога - тогда все будет правильно. Абсолютно так, как вы решили. А если нет, то винить будут тренера. И его ошибку обязательно найдут. В этой ситуации да, ее нужно сначала пережить. А Оттмар Хитцфельд, наверное, очень хорошо умел справляться с давлением, не так ли?

Оли Мюллер: Определенно, определенно. У него были очень четкие представления о том, как он хочет, чтобы играла команда, особенно в ситуациях, когда это имело значение. Таких как этот финал Лиги чемпионов. Как тактически, так и номинально. Другими словами, он точно знал, как он хочет выстроить команду. И, что вполне логично, выбрал номинально сильнейших игроков. Среди прочих также... Маттиаса Заммера, несмотря на то, что он возвращался после травмы. Вероятно, он также знал, что если он позволит ему сыграть в этом финале, игрок будет благодарен ему, в том числе в долгосрочной перспективе. Поразительным мне показалось и то, что за несколько дней, а может быть, и недель до игры вся подготовка к ней была поставлена во главу угла. Я до сих пор помню, как незадолго до этого в Бундеслиге проходил матч с "Гамбургом". BVB проиграл его со счетом 1:2. Они не обязательно играли основным составом и уже держали в уме финал Лиги чемпионов. Конечно, это тоже был риск, потому что в то же время в Бундеслиге проходила квалификация в Лигу чемпионов. Но Хитцфельд действительно поставил все на этот финал. В то время я думал, что ставить все на финал - это риск. В конце концов, против туринского "Ювентуса" ты откровенный аутсайдер. Но Вернер, думаю, Хитцфельд уже, скажем так, прекрасно понимал, насколько велик шанс.

Вернер Ханш: Да, наверное, так и было. И в этот момент лично мне хотелось бы оказаться тише воды. То, как Хитцфельд повел себя с Файерзингером, так сказать... Должно быть, это был очень личный разговор. Только представьте, он провел отличную серию в Лиге чемпионов, а в финале появляется кто-то другой. 

Оли Мюллер: Его даже не было в составе. Его не было даже на скамейке запасных. И это, должно быть, самое жестокое испытание для спортсмена, для футболиста. Ты делаешь все, чтобы команда прошла так далеко, а потом для тебя не находится места в составе. Жестоко. Я до сих пор помню картину, где он стоит в штатском, а остальные бурно празднуют. Но, конечно, это также показывает, что Оттмар Хитцфельд может быть очень жестким в своих решениях. И, наверное, не каждый на это способен. Но. Давайте поговорим об этом историческом дне. На дворе 27 мая 1997 года. Немного прохладно, несмотря на то что на дворе начало лета. Столица Баварии, Мюнхен. Мы, конечно, посмотрели прогноз погоды. Было пасмурно, но сухо, 11-12 градусов. На самом деле я не знал этого наверняка. Люди сидят в пивных и пабах Мюнхена в куртках. За исключением избранных 60 000, которые находятся на этом проверенном временем Олимпийском стадионе и еще даже не подозревают, что вам предстоит пережить чрезвычайно волшебную ночь, по крайней мере, с точки зрения Дортмунда. 

Вернер Ханш: Да, волшебную! Именно так можно сказать. Как и ход игры. Что касается моментов, то да, если честно, это была скорее равная игра. Упорная и даже боевая. Но футбольные боги в тот день были на стороне "Боруссии". Возможно потому, что Дортмунд больше нуждался в поддержке. Потому что их соперники "Юве" были собранием абсолютных мировых звезд. Я назову несколько имен, боже мой. Виери. Дешам, сегодняшний тренер сборной Франции. Да, как часто я его видел, этого Дешама, стратега в полузащите. Потом Дель Пьеро - отличный нападающий. И, конечно же, Зидан. Безумие, эти имена, верно?

Оли Мюллер: О да, о да. 

Вернер Ханш: Ха-ха, скажи мне честно, Оли, ты бы поставил хоть одну марку, да что там говорить, цент на "Боруссию" перед этим финалом?

Оли Мюллер: Ну, не считая того, что тогда у меня, совсем юного репортера, не хватало денег... Но если серьезно, конечно, я надеялся, что BVB сможет сотворить сенсацию, но... Честно говоря, должен признать, я этого не ожидал. Ведь, как вы сказали, "Ювентус" тогда был мерилом всех вещей. А тут еще и психологический фактор: у BVB была история игр против "Ювентуса". Финал Кубка УЕФА 1992-93 годов все еще игрался как первый и второй матч. Так что сначала было 1:3 в Дортмунде, а затем 0:3 в Турине, и тогда действительно была разница в классе. Поэтому, как я уже сказал, - открыто признаю, что у меня было относительно мало надежд. Я был рад, что мне, как молодому репортеру, удалось побывать на финале Лиги чемпионов. Но я думал, что после этого, вероятно, не придется слишком много праздновать. 

Вернер Ханш: Скажу честно, я не был там вживую. Относительно большое выступление у меня было неделей ранее в Милане, когда "Шальке" выиграл там Кубок УЕФА. Вы должны себе это представить. 

Оли Мюллер: Точно, точно. Да, конечно. Это была историческая неделя и для Рурской области. 

Вернер Ханш: Абсолютно, абсолютно. Боже мой, я до сих пор вижу Руди Ассауэра с трофеем. Это было сделано после серии пенальти. Его начал Инго Андербрюгге. И я подумал: что там делает Инго? Он уже промазал два пенальти в этом сезоне. Инго бьет первым, а это всегда самое важное. Да, и я знал, что у Андербрюге был удар с левой такой, что когда он попадал в цель, он мог пробить насквозь мебельный фургон. А потом последовал этот великолепный удар с левой ноги. "Шальке" повел в счете. За ним последовали другие: Олаф Тон, Мартин Макс, третий. Когда я думаю об этом сегодня, я понимаю, что победа "Шальке" в Милане также оказала определенное давление на Дортмунд, не так ли? 

Оли Мюллер: Определенно. Но теперь вы снова повернули к более важному кубку. Не стоит забывать об этом, разделяя их на категории. Кубок УЕФА - все это хорошо и прекрасно. Вы абсолютно правы, давление на BVB из-за этого тоже было немного больше. А потом настал этот финал Лиги чемпионов. Для BVB все начинается хорошо - Карл-Хайнц Ридле, итальянский возвращенец забивает дважды подряд - на 29-й и 34-й минутах. Давайте послушаем. 

...

Оли Мюллер: Это были голы Калле Ридле, что очень интересно, Вернер. Калле Ридле рассказал мне об этом позже, и, признаться, сначала я ему не поверил. Он сказал, что два гола, которые он забил, приснились ему в ночь перед игрой. Я сказал, мол, ты меня разыгрываешь. Нет, нет, нет, нет, нет, это правда. А он, я не знаю, правда ли это, во всяком случае, придерживается этого представления до сих пор. Он представлял в своих снах, что войдет в историю 27 мая в Мюнхене с этими двумя голами. И эти 2:0, конечно, звучат более комфортно. Но, как нам потом пришлось узнать, это лишь звучало немного комфортнее, чем было на самом деле, потому что "Юве" нанес ответный удар. Суперзвезда Алессандро Дель Пьеро на 65-й минуте сделал счет 2:1, а времени оставалось пугающе много. Дортмундцам оставалось продержаться еще полчаса или забить еще один гол самим, видимо подумал Оттмар Хитцфельд. Потому что... 

Вернер Ханш: 70-я минута, решающая. Хитцфельд выпускает на поле свою молодую звезду Ларса Риккена. Ему было всего 20 лет. И, надо сказать, у него уже был богатый опыт на большой сцене. Но такой финал уже совсем другое дело. И он вышел вместо Шапюиза. Остальное, как мы теперь можем открыто сказать, - история. История, от которой и по сей день слезятся глаза у каждого болельщика "Боруссии". 

Оли Мюллер: Да, сегодня каждый болельщик "Боруссии" до сих пор точно знает, что он делал в тот момент, где находился и как это осознавал. Вскоре после замены Ларса Риккена действительно что-то произошло. Мяч был в полузащите. Мёллер отдает мяч Риккену. Тот бежит к воротам "Ювентуса" и с 30 метров видит, что голкипер "Ювентуса" Анджело Перуцци находится слишком далеко от ворот. Что же делает Риккен? 

...

Оли Мюллер: В конце концов, прошло 16 секунд. Многие, многие люди пересматривали время между заменой Риккена и невероятным голом, который решил исход финала. Вот это история. Хитцфельд, как никто другой, выращивал талант на протяжении многих лет, а затем в какой-то момент поставил перед ним Андреаса Мёллера. Но затем этот Риккен, как никто другой, продолжает играть чудесные матчи вместе с суперзвездой Энди Мёллером. 

Вернер Ханш: Кто дал Риккену этот шаблон? Кто сделал этот успех, этот триумф возможным? На самом деле это был Энди Мёллер. И мы с нетерпением ждем возможности еще раз услышать, как Ларс Риккен лично пережил этот момент. 

Ларс Риккен: Да, очень не приятно сидеть на скамейке в финале Лиги чемпионов. Тем более что, как мне кажется, я уже сыграл свою роль в том, что мы вышли в финал. Я забил гол в четвертьфинале в Осере, а затем в полуфинале в Манчестере, так что в этом отношении - да, я сыграл свою роль. Но, конечно, не стоит забывать, какая у нас тогда была команда. В конце концов, на поле было 11 игроков международного класса. И да, это был великий дар Оттмара Хитцфельда - сделать так, чтобы я чувствовал себя хорошо. Он позвонил мне накануне вечером, поговорил со мной и просто объяснил ситуацию, как так получилось, что я не буду играть, но что буду нужен ему независимо от того, как пойдет игра. Если мы будем отставать, я все равно буду нужен ему как атакующий игрок. И даже если мы будем лидировать, велика вероятность, что я выйду на поле и буду ему нужен. И неважно, буду ли я играть с самого начала или выйду на поле к финальному свистку, он просто объяснил мне эту важность в очень впечатляющей форме. Я ушел в свою комнату не злым, а мотивированным, потому что он дал мне невероятно хорошее ощущение, в том числе и благодарности. Он объяснил мне всё. В то время я был еще сравнительно молод, поэтому на следующий день сидел на скамейке запасных и как-будто тоже играл, но, как и любой болельщик, я также просто болел сидя на скамейке запасных.

Вернер Ханш: Да, какой триумф, какой экстаз в Дортмунде. Ты все еще помнишь это, Оли? 

Оли Мюллер: Вернер, даже если я стану очень старым и очень усталым, я никогда не забуду этого, никогда не забуду до конца жизни. Сначала была та невероятная ночь в Мюнхене после этого неожиданного триумфа. Помню, был банкет в шикарном мюнхенском отеле. Я до сих пор хорошо помню, что там выступали различные приглашенные ораторы. Среди них Карл-Хайнц Вильдмозер, президент "1860 Мюнхен". Он, если можно так выразиться, обратился со словами приветствия к празднующей толпе. И сказал, что ему особенно приятно, что дортмундская "Боруссия" стала первым клубом, выигравшим Лигу чемпионов в Мюнхене. Прекрасный привет "Баварии". Что еще я могу вспомнить? Очень много невероятно замечательных вещей, включая некоторые очень и очень странные. Например, Пол Ламберт, шотландский полузащитник дортмундской "Боруссии", в какой-то момент появился на этом банкете. Я поздравил его. А потом он закатал рукав и показал мне: "посмотри, Оли". Я увидел несколько роскошных часов. Не одни, а несколько. И тогда я спросил его: "как ты их достал?" И он сказал, что жил в комнате с Калле Ридле. Вечером перед игрой они обсуждали финал. И тогда Пол Ламберт спросил Калле Ридле, что бы для него значило, если бы BVB выиграл Лигу чемпионов. И тогда Калле Ридле ответил ему: настолько, что ты отдашь мне свои Breitling, если мы выиграем". И он ответил: "конечно. Если мы выиграем Лигу чемпионов, то ты можешь получить от меня все". А потом так и случилось: после того как BVB выиграл матч, Пол Ламберт подошел к Калле Ридле в раздевалке и сказал: "Часы, пожалуйста. Ваши часы". И Калле Ридле подарил ему свои часы, а Пол Ламберт, должно быть, сыграл в такую же игру с другими игроками BVB. Я до сих пор очень хорошо это помню. На следующий день после того, как дортмундская "Боруссия" выиграла Лигу чемпионов, я в какой-то момент остался без сна. Эта ночь была смесью работы и празднования. Я должен был делать радиорепортажи и, конечно, в какой-то момент, потому что нужно наслаждаться моментом, я выпил пару кружек пива. На следующий день мы летели обратно в Дортмунд. Мы приземлились и затем отправились на триумфальное шествие по городу. Было ощущение, что мы вообще никуда не продвинемся - на улицах Дортмунда было настолько много празднующих людей. В какой-то момент все закончилось на Фриденсплатц невероятной вечеринкой. Перед ратушей установили сцену. Когда мы посмотрели на людей из ратуши, то увидели море людей в черно-желтой форме. Именно тогда мы по-настоящему осознали, что означает этот триумф. И это было ни с чем не сравнимо.

Вернер Ханш: У меня тоже отличная память, Оли. Я действительно был там 29-го, на день позже. Я стоял с президентом Гердом Нибаумом здесь, в Дортмунде, на ратуше, на крыше. И, конечно, мы снова заговорили о том, как все это произошло. Честно скажу, есть одна история, относительно важная в ретроспективе, которую президент рассказал мне. Перед игрой он зашел в раздевалку с газетой, в которой была статья, где гренер "Юве" сделал замечание, которое было не совсем уважительным. Герд Нибраум представил статью игрокам. Он сказал им: "Здесь вы увидите, что они думают о вас. Хотите ли вы, чтобы это осталось в силе?" Думаю, это стало решающим стимулом в дополнение ко всему, что сказал Оттмар Хитцфельд.

Оли Мюллер: Когда ты выходишь в такой финал в качестве аутсайдера, а "Боруссия" была классным аутсайдером, конечно, всем, кто праздновал здесь, в Дортмунде, это понравилось. Например, Штефан Ройтер, который сейчас сам является футбольным чиновником, в то время был одним из самых важных игроков в команде Хитцфельда. Он вспоминает о том триумфе так. 

Штефан Ройтер: Такой финал в Мюнхене с Калле Ридле, которого не зря зовут Ридле. Люди думали, что у него пружины под бутсами, потому что он действительно обладал огромной силой прыжка и парил в воздухе. Он, не самый высокий нападающий (1,79) забивает, возможно, самые важные голы в истории Дортмунда - два гола в ворота "Ювентуса". А следом вишенка на торте - необыкновенный гол Ларса Риккена, когда он перебросил мяч через Перуцци, и который, безусловно, ознаменовал его время в дортмундской "Боруссии". 

Оли Мюллер: Сам Хитцфельд также рассказал нам кое-что об этом. Давайте послушаем.

Оттмар Хитцфельд: Возможно, мы могли бы наслаждаться многими другими вещами чуть больше. Но я, пожалуй, наслаждался первыми двумя неделями или первой неделей в отпуске. А после этого я уже снова готовился. Это моя жизнь, моя страсть. Вы точно знаете, что следующая игра - самая важная. Это банально, но таков футбол. Особенно если как тренер ты проиграл один раз, все пока в порядке. Но если ты проиграл дважды, это уже становится опаснее. Поэтому я всегда говорил на старте, что нужно быть хорошо подготовленным к сопернику. Относитесь к каждому сопернику серьезно.

Вернер Ханш: Безумная ночь. Мюнхен, Дортмунд, Фриденсплатц, Борзигплатц, стадион, аллеи, кварталы. Полицейские с черно-желтыми эмблемами, люди, раскрасившие свои дома в цвета клуба. 

Оли Мюллер: Город, который сильно пошатнулся в предыдущие годы: безработица, умирающие шахты, стальной кризис, по крайней мере, на мгновение смог отпраздновать это событие с размахом. И не только это, весь футбольный мир смотрел на Дортмунд с восхищением. Думаю, это сделало людей по-настоящему гордыми.

...

Оттмар Хитцфельд: В Дортмунде у вас возникает ощущение, что вы испытали настоящую любовь. И это действительно настоящая любовь. Я побывал во многих клубах с болельщиками, но Дортмунд был чем-то особенным. Весь регион, весь город, Борзигплатц и дортмундская "Боруссия" были для меня дороги. У меня, как и у вас, при мыслях об этом тоже учащенно бьется сердце, потому что это был огромный опыт. 

Вернер Ханш: Что хорошего в том, чтобы вот так вот снова все это преподнести? Здесь была написана история футбола. 

Оли Мюллер: Да, и, конечно, это был абсолютный звездный час Оттмара Хитцфельда в Дортмунде. Было здорово. Но это был и конец, Вернер, Хитцфельда как тренера в BVB. Это была его последняя игра - победа в финале Лиги чемпионов. В следующем и последнем выпуске этой серии мы поговорим об уходе Оттмара Хитцфельда из Дортмунда и, конечно, о том, что осталось от этой золотой эпохи в клубе. В конце эпохи Хитцфельда был совсем другой клуб, чем в начале. И многое из этого оказало неизгладимое влияние на сегодняшнюю "Боруссию". 

Вернер Ханш: Да, конечно, Олли, и именно об этом мы поговорим в следующий раз. Я уже с нетерпением жду этого. 

Оли Мюллер: Я тоже. 

Вернер Ханш: Удачи!