[5]

Вопреки моим ожиданиям, Микола купил мне даже 2 бутылки в качестве извинений. На секунду я даже задумался о том, что, может, он не такой уж и плохой, но быстро себя переубедил. Он ведь всё ещё откуда-то знает моё имя и, возможно, мой адрес тоже, иначе почему он всё ещё оставался в Саратове и что делал на моей станции? Внезапно те бредни о том, что на концерте он смотрел мне прямо в душу перестали быть бреднями. Неплохо было бы спросить об этом прямо, но всё же я не знаю, какой он человек и как может на это отреагировать. Вдруг он и впрям убьёт или похитит меня средь бела дня? Или, ещё хуже, напишет обо мне пост на всю свою аудиторию? Я итак лишь ноунейм в интернете, так у меня ещё и будет репутация фрика! Нет уж, спасибо. К тому же, с моей-то речью у меня скорее всего не получится выговорить ни слова.

— Слушай, а какую еду ты предпочитаешь? Я тут хотел в ресторанчик один заглянуть, а в одиночку очень ску-у-учно!

Теперь что, задобрить меня хочет? Обломись, я ем только лапшу быстрого приготовления! Надо как-нибудь выкрутиться...

— Я... Лапшу...

— Лапшу? Мне она тоже нравится! А ещё я очень люблю супы с фунчозой! Ох, от одного только упоминания есть хочется... Пойдём скорее!

Схватив меня за запястье, это крылатое нечто повело меня всё дальше от дома. Он даже не дал мне договорить и уже наплёл что-то про какую-то фунчозу. А я даже не знаю, что это и есть не собираюсь! К слову, он что, собрался в таком виде идти в ресторан? Хоть бы крылья свои огромные снял, что-ли...

Когда мы добрались до ресторана, мои ноги уже не выдерживали и я чуть не упал у прямо у входа. К счастью, после этого мне наконец дали сесть. Пока Микола что-то заказывал на нас двоих, я растерянно смотрел в окно. Как так вышло, что сейчас я сижу в ресторане именно с ним? Откуда он знает моё имя и адрес? Может такое быть, что он на самом деле маньяк и просто выжидает момента, чтобы напасть? Мне стало не по себе от собственных мыслей. Я чувствовал, как снова начинаю потеть. Вскоре стук миски об стол заставил меня прийти в себя и вдобавок напугал до усрачки. Нам действительно принесли какие-то супы с лапшой. Признаться честно, я ни разу такие не видел и не пробовал, да и питаюсь я совсем не такой лапшой... Микола уже начал есть, я же к столовым приборам не притронулся.

— А ты чего не ешь? Остынет же!

— П-Просто... Я не...

"Я не хочу есть это дерьмо" — хотел ответить я, но мало того, что я никогда не смог бы сказать что-то подобное, так он ещё и не дал мне возможности договорить.

— Я за всё заплачу, не переживай!

И не думал переживать, ты же сам притащил меня сюда, понятное дело, что ты за всё и заплатишь... С чего он вообще решил, что это меня успокоит? Меня это только больше раздражает, почему он этого не понимает? Или же он только делает вид, что не понимает и просто издевается надо мной? Я нервно сглотнул. Не хочу это есть.

— Ну же, не стесняйся!

Он вдруг взял мою вилку, накрутил на неё лапшу из моей миски и поднёс к моему рту. Я немного испугался и сразу же отстранился. Но он поднёс её ближе. Бульон с лапши уже начал капать мне на шорты. Подобные сцены кормления, но более красивые, я видел в некоторых аниме и манге, но сейчас, когда это происходит вживую, мне становится неловко... Да и разве это считается нормой у незнакомых людей? Мне так не кажется. Но стоило мне открыть рот, чтобы сказать хотя бы короткое "не надо", как Микола воспользовался этим и отправил вилку прямо мне в рот. Реакция, на удивление, была мгновенной — я вскрикнул и резко повернул голову, из-за чего вилка упала мне на колени. И хоть практически никто из окружающих не обратил на это внимание, мне всё равно было безумно неловко за эту ситуацию перед самим собой.

Уже позабыв о том, что во рту моём плавала лапша, так получилось, что я неосознанно её проглотил.

— ...Вкусно.

Странно. В кои-то веки, попробовав что-то кроме лапши быстрого приготовления, мне действительно понравилось. Это было необычное ощущение — мне очень захотелось ещё. И, словно прочитав мои мысли, Микола поднял вилку с моих колен и спросил...

— Будешь ещё?

— Дальше... Дальше... Я с-сам...

Кое-как ответил я. Кажется, впервые мне удалось полностью донести до него свою мысль. Тогда он улыбнулся и отстранился, уткнувшись в телефон. Как ни странно, он также оказался простенькой кнопочной раскладушкой. Интересно, почему? Он ведь известный исполнитель, наверняка у него есть деньги на сенсорный телефон... Пока у меня ещё оставались силы, я решил поинтересоваться и пальцем указал на его телефон.

— А... Это...?

— М? А, ну... Продюссер говорит, что лучше использовать такой телефон! Да и меня он вполне устраивает, хе-хе! Кстати, кстати! Он тут написал мне, что может вызвать нам такси, если ты устал ненароком! Хотя... Не знаю, если честно, как ты мог устать, ведь—

Он продолжил рассуждать о чём-то своём, пока моё сердце, мягко говоря, ушло в пятки. Продюссер Миколы может вызвать нам такси? Значит ли это, что он тоже знает мой адрес? Чёрт возьми, да даже я не знаю свой собственный адрес, так откуда они знают? Или это просто такая отговорка, чтобы увезти меня куда-то в лес? Ничего не понимаю. Голова вдруг пошла кругом и меня начало подташнивать ни то от стресса, ни то от поглащённого мною почти полностью супа с лапшой.

— В общем, не волнуйся, подвезём тебя! Пойдём, машина скоро приедет!

Не спросив моего мнения на этот счёт, он заплатил за супы и потащил меня на улицу. С моего выхода на улицу прошло больше времени, чем я думал. Небо уже потемнело, а солнца было не видно. Даже лёгкий ветерок подул. В такую спокойную и умиротворённую погоду меня одолевал страх за собственную жизнь. Что, если меня сейчас действительно увезут куда-то, откуда я уже не смогу вернуться домой, так как не знаю даже своего адреса? От этой мысли я начал бессознательно кусать свои пальцы рук и не заметил, как машина уже подъехала к нам. Другого выбора у меня не было, пришлось сесть внутрь.

— Куда едем?

На этот вопрос ответил Микола, назвав некий адрес на этой же станции. Я весь залился потом. Ну не может он жить на этой станции, да и вообще в этом городе. Это значило, что, скорее всего, адрес, который он назвал, принадлежит мне. Я испуганно посмотрел на него. Чёрт, что я делаю? Зачем я выдаю свой страх? В любом случае, если я увижу знакомые улицы, то хотя бы попытаюсь выбежать из машины. А что, если двери уже заперты? Нет, неважно — на кону стоит моя жизнь и я не сдамся, мне нужно хотя бы попробовать!

Микола выглядел до боли спокойно. Он точно умеет держать лицо. Он даже и бровью не повёл, когда называл таксисту мой адрес. Лишь улыбнулся мне после этого. Эту улыбку можно увидеть на лице у какого-нибудь невинного ребёнка, однако сейчас она красовалась на лице этого крылатого маньяка Миколы. Он словно игнорировал всю мою тревожность. Я буквально весь трясся от страха прямо перед ним, а он не обратил на это никакого внимания. Даже не спросил, всё ли со мной в порядке, хотя бы из вежливости. Только смотрел на меня, как будто изучая мою реакцию.