44 глава

Артур с замиранием в груди наблюдал за тем, как сам Люцифер надевает на шеи победителей красивые медали, отливающие красными драгоценными камнями. Ощущение бесконечной гордости за друга заставляло его радоваться так, будто бы он сам занял первое место. 

— Какой же он молодец все-таки. 

— Не он один, остальные в команде тоже хорошо постарались. 

— Ты прав, но все же я рад. Кален крайне плохо работает в команде. 

“Точнее, вообще не работает...” 

Артур вспомнил несколько совместных с Каленом проектов, где большую часть работы он делал сам, банально, потому что не мог доверить ее никому другому. Даже Артуру.  

— Ты будешь пробовать его поздравить в конце дня?  

— Да, покараулю его. 

— Покараулим, — поправил его Алекс. 

— Ты хочешь остаться?  

— Не одному же тебе куковать тут, — парень улыбнулся. 

— Спасибо, — Артур снова посмотрел на поле и глубоко вздохнул. “Был бы Кален хотя бы чуточку таким понимающим как Алекс, возможно, многих бы казусов удалось избежать, — подумал он, но тут же поймал себя на слове. — Чего это я... Кален и сам неплох, совсем, но ему правда не хватает терпимости, спокойствия и собранности, а еще... Ох... перестань”. 

Совсем утонув в чувстве стыда, он мог лишь в очередной раз вздохнуть. 

— Тебе нехорошо, чего ты покраснел? — Валери посмотрела на него.  

— А? Я покраснел? 

— Да. 

— Ох, — парень засмущался еще больше, отчего щеки совсем закололо от прилившей крови. — Ничего страшного, просто волнуюсь. 

— Смотри у меня... — девушка подозрительно сощурилась. — А то я все Калену расскажу. 

— Валери не смей! 

— Хе-хе. 

Получив награду и послушав торжественную, но крайне безэмоциональную речь Люцифера, Кален готов был спрятаться под пьедестал, лишь бы не ощущать на себе внимательные взгляды публики. Даже посещая различные публичные мероприятия в компании как отца, так и матери, он был совсем не готов столкнуться с такой большой аудиторией. И занятия по ораторскому мастерству ему совсем не помогали.  

— Благодарю всех за то, что приняли участие в составленном мной соревновании. Как вы можете оценить его?  

— Оно было крайне непредсказуемым, но подобные испытания лучше всего проверяют сноровку и умение работать в команде, — ответил за всех один из участников, стоящий в самом центре выстроенной линейки. 

— Замечательно, рад это слышать, — Люцифер коротко кивнул. Похоже, единственного отзыва ему оказалось достаточно, чтобы сделать выводы. Окинув взглядом победителей, он коротко кивнул и направился к выходу с поля.  

— Сколько ты репетировал эту фразу? — спросил парень, толкнув в бок товарища.   

— Целый час, представляешь? Вроде так просто, а ведь еще надо как-то все понятно и коротко собрать, я намучался.  

— А я-то думаю, чего она так наигранно звучит.  

Они рассмеялись и слезли с пьедестала.  

«Отлично, а теперь-то я могу пойти спать». Кален убрал медаль в карман шорт, и уже хотел переместиться в гостиницу, как увидел в конце коридора Сэмюэля.  

— Поздравляю, — коротко сказал он, когда тот подошел. — Дашь медаль посмотреть? 

Повертев в руках металлическую пластину, окантованную сверкающими красными опалами, он вернул ее.  

— Сэмюэль, а вы участвовали когда-нибудь в праздновании?  

— Нет.  

— Правда? А почему?  

Тренер долго посмотрел на него почти прозрачными глазами, отчего Калену стало не по себе.  

— Я был лишен такой возможности.  

— Лишен?..  

— Да, — выражение лица тренера показывало, что на большие откровения он больше не пойдет, — поэтому я рад, что тебе удалось в первый же год участия занять первенство. Но будь готов к тому, что все самое сложное еще впереди.  

Кален кивнул. Внутри все сгорало от любопытства: почему же такой сильный демон, как тренер, был отстранен от участия? Он вообще впервые слышал, что можно быть ограниченным от участия в Праздновании.  

— Как твоя спина? Вижу, у тебя появился специальный костюм для восстановления.  

— Да, в нем на самом деле удобно. Почти ничего не болит.  

— Это хорошо, но все же постоянно в нем ходить я тебе не советую.  

— Почему?  

— Ты можешь перетренироваться. Костюм снимает часть нагрузки, но он не лечит тебя. В нем можно даже не заметить, как надорвешь мышцу.  

— Понял, хорошо.  

«Вы удивительно заботливы, что же вдруг произошло?» 

Сэмюэль уже хотел, но Кален остановил его.  

— Сэмюэль, извините, а вы не знаете случаем династию, в которой используется символ глаза со стрелой?  

— Глаза со стрелой? — он задумался после чего покачал головой. — На самом деле, впервые слышу про него. А где ты его видел?  

— На одежде одного из участников.  

— Возможно, это один из личных каких-то элементов.  

— Понятно, спасибо.  

***

— Ну, где же он?.. Почти все уже ушли.  

— Может, он сбежал раньше всех?  

— Ты так думаешь?  

— Вряд ли бы он остался ждать фанатов.  

Артур вздохнул и сел на лавку.  

— Валери, как там Каллиста с Кираной?  

Девушка не захотела оставлять брата, так что теперь они уже втроём ждали Калена. 

— Я с ними не виделась почти.  

— Правда?  

— А кто это?  

— Младшие сестры. 

— Последний раз мы виделись, когда они звали меня на открытый вечер в династии Вальдионис. Это было около месяца назад.  

— Понятно.  

— Но, как я понимаю, они не скучают. Каллиста уже заприметила себе жениха.  

— Куда она так торопится, ей же всего тринадцать… И сколько лет этому избраннику?  

— Двадцать четыре.  

— Надеюсь у отца хватит ума не создавать такой союз… — Артур глубоко вздохнул. — Мне кажется без меня они натворят всяких дел… 

— Тогда поди вернешься в Ад? Чем тебе этот Хэллхиллс сдался? Тебя примут в любую академию без вступительных экзаменов.  

— Это не от меня зависит.  

— А от кого? От Калена, мстящего черт знает кому? Долго ты за ним будешь по пятам ходить?  

— Валери, хватит, пожалуйста.  

— Так, ребятки, — Алекс вмешался в спор родственников, — давайте без ругани. Иначе мы так Калена проглядим. 

— Да он уже ушёл скорее всего, я же говорю. Почему бы тебе просто не телепортироваться в замок к нему и не спросить, где он?  

— Нам нельзя телепортироваться, к тому же, скоро мы должны будем возвращаться в гостиницу.  

— Да все это отговорки, если бы ты хотел с ним встретиться уже бы десятки раз это сделал, а ты все сидишь.  

Артур совсем помрачнел. Ни сил, ни желания спорить с сестрой у него не осталось. К тому же, в чем-то она была права, отчего на душе стало еще более гадко.  

— Валери, ну зачем ты брата обижаешь, — вступился Алекс. 

— Я не обижаю его, а только говорю, что вижу.  

— В таком случае тебе бы иногда стоило проверять зрение.  

— Ах ты гад, — Артур не видел ее лица, но уже представил, как она нахмурила прозрачные брови. — Я тебе еще припомню.  

— Артур, пойдем спросим у других участников, если кто остался, по поводу Калена. Может, они его видели.  

— Да… давай.  

— Кален? А, так он убежал почти сразу после награждения. Я видел, что он разговаривал с беловолосым мужчиной в коридоре, после чего ушел, вроде как.  

— Вероятно, он разговаривал с Сэмюэлем, давай поищем и его.  

Несмотря на большое желание встретиться с Каленом, по этажам в его поисках шатался все же Алекс. Артур только ходил следом, иногда всматриваясь в лица проходящих демонов. Один из демонов, которых они опрашивали, как оказалось, видели Сэмюэля, но только то, как он покидал Стадион. 

— Похоже, сегодня не судьба, — Алекс развел руками. — Ох, у меня так ноют ноги, не помню, чтобы я столько ходил по лестницам.  

— Прости, мне стоило самому искать.  

— Не парься, я бы все равно тебя одного не отправил. Ты ведь ни «бэ» ни «мэ» в общении с незнакомцами.  

— Ты прав, — Артур смутился. — Один я бы и правда не справился.  

— Предлагаю вернуться к остальным, а то нас, наверное, уже потеряли. 

— Угу.  

*** 

Молча терроризируя взглядом тумбочку, Кален пытался придумать, как расслабиться. Все тело ныло, а в мыслях был такой бардак, что он не мог сидеть спокойно, то и дело дергая то ногой, то рукой, то ковыряясь в волосах. Раньше он, по совету все той же Мадаи практиковал различные дыхательные практики и раскрашивал узорчатые картинки. Но сейчас у него не было доступа к раскраскам, а каждая попытка сделать хотя бы одно дыхательное упражнение заканчивалась целым бурным потоком мыслей, вызывавших гнев.  

Окончательно устав бороться, он поднялся с кровати и вышел. В очередной раз проигнорировав запрет на использование магии, Кален произнёс мысленно длинное кодовое заклинание. «Сатана, у меня к вам очень срочное дело, давайте обсудим, как только у вас появится возможность». 

Сопротивления не возникло, а значит, сообщение дошло до получателя. Теперь осталось только дожидаться ответа.  

Некоторое время побродив по коридорам и погоняв местных химер, которые спали на больших мягких подушках в конце коридора, он решил спуститься в столовую. Время уже было достаточно позднее для ужина, поэтому он надеялся, что встретит там Камелию.  

Но только оказавшись на этажах с ресторанами, он тут же понял, что никогда не отыщет его среди этих многочисленных магазинчиков и меркаторий. 

“Я же целую вечность потрачу на то, чтобы найти тут Камелию, почему он не назвал хотя бы какой-нибудь конкретный ресторан?” — парень беспомощно осматривался, в надежде, что парень его уже ждет где-то.  

“Освобожусь через три часа, буду ждать у себя в кабинете”.  

Чужая мысль пронзила голову словно стрела, Кален даже немного пошатнулся. “Отлично, он меня услышал, а теперь осталось структурировать все, что я хочу рассказать”.  

Вместе с этой мыслью родился и план. Выловив первого попавшегося консьержа, он попросил у него несколько листов бумаги и что-нибудь для письма, после чего занял место в одной из соседних кофеен, где почти не было посетителей. Сев в самом дальнем и неприметном углу, парень принялся изучать меню, чтобы не занимать стол зря. Он надеялся, что сможет найти какую-нибудь диетическую пищу, но в основе меню были различного вида сладости и десятки всевозможных напитков. “А что я ожидал? Специализированных завтраков как дома? Может, хотя бы в честь победы позволить себе съесть кусочек торта” 

— Добрый день, желаете что-нибудь заказать? 

Кален был благодарен ей за то, что она не начала как некоторые из слуг лебезить перед ним. От одного только вида подобных демонов ему становилось жутко не по себе. Он не мог понять, это истинное проявление их отношения или просто попытка приблизиться, чтобы сделать потом что-нибудь подлое.  

— Можно мне вот этот десерт и кофе на ваш вкус, я его никогда раньше не пробовал. 

— Правда? Какой вкус вам больше нравится? Горький или сладкий?  

— Наверное, горький. 

— У нас еще есть специальный кофе с добавлением приправ, а если вы любитель чего-то более экстремального, то есть кофе, приготовленное из зерен труциды.  

Вспомнив, что именно это растение было и в сигаре у Камелии, Кален вскинул брови от удивления. 

— А оно не отравленное будет?  

— На самом деле у семян труциды довольно нежный вкус. К тому же, ядовитыми являются только зацветшие бутоны и сами лепестки, поэтому в семенах нет никакой опасности. 

— Я в любом случае воздержусь. Можно мне тогда просто кофе с горчинкой и побольше стакан. 

— Хорошо, время ожидания где-то десять минут.  

— Отлично. 

К тому моменту уже пришел консьерж с заветными бумагами и перьевыми ручками. 

— Ручки не нужно заправлять, можете писать, пока не кончатся чернила.  

— Да, спасибо. 

“Будто я не знал, как работают ручки”, — подумал он и разложил перед собой бумагу. Первым делом он нарисовал в углу листа символ на повязке. Жуткий глаз, пронзенный стрелой, вызывал у него какие-то неоднозначные ощущения. Словно в этом символе уже было вложено какое-то заклинание. Подумав об этом, он уже хотел было разорвать листок, чтобы не призвать случайно того незнакомца, но все же удержался. Поставив крошечную печать Маммона на лист, он выдохнул и продолжил рисовать.  

Увлеченный эскизами незваного гостя, он даже не заметил, как вернулась работница кофейни с его заказом. 

— Ваши кофе и десерт. — она уже хотела уйти, как вдруг замерла, задержав взгляд на рисунке. — Какой чудесный рисунок, у вас хорошо получается.  

— Спасибо, — застенчиво буркнул Кален и уткнулся в стакан с горячим напитком, который оказался куда более горьким, чем он себе представлял, но вкус все равно оказался приятным. 

— Как вам кофе? 

— Интересный вкус, но надо распробовать. 

— Хорошо, я рада, что вам понравилось. Если вдруг понадобится что-то еще, дайте знать.  

— Конечно, спасибо. 

Снова оставшись наедине, он посмотрел на получившийся рисунок, задумчиво потягивая кофе. Незнакомец получился не таким жутким, каким казался в реальности, и в исполнении Калена больше походил на задорного юнца, решившего развлечь публику своими фокусами.  

Зачиркав портрет, он начал рисовать заново. “С нашей встречи прошло не так много времени, не мог же я уже забыть его черты. Я точно же помню их...” 

Уроки рисования у Калена были в начальной школе, но учитель по рисунку так долго и нудно капал на мозги своими учениями о необходимости точной эмоциональной передачи образа, что теперь парень не мог избавиться от подобного подхода. Но довольно редко случалось так, что ему с первого раза удавалось воссоздать ту самую эмоциональную отдачу от рисунка, какая была при взгляде на модель.   

Портрет за портретом у него не получалось. Все время перед ним был тот самый добродушный и чуточку наглый парень в повязке с длинными черными волосами, собранными в высокий хвост. Насколько бы он ни пытался создать угрожающее выражение, ничего не получалось. “Похоже, я совсем разучился”. 

Кончилась бумага, а на столе лежали крошки от пятого съеденного десерта и пустой стакан от третьего кофе.  

— Извините, можно мне еще кофе и два десерта пожалуйста. 

— Конечно. 

— Я все оплачу. 

— Не нужно, в дни празднования еда за счет заведения.  

— Я все равно оплачу.  

Девушка замялась. 

— Я посоветуюсь с владельцем и передам вам, хорошо? 

— Хорошо. 

Консьерж принес целую стопку новой бумаги, а вокруг валялись смятые старые рисунки. 

Покусывая кончик ручки, Кален закрыл глаза и сосредоточился на образе незнакомца. “Вспомни что ты чувствовал. Что ты чувствовал? Страх за кого?” 

Возвращаясь мыслями в ту встречу, он вдруг вспомнил беспечную походку по канату, сопровожденную абсолютно жуткими фразами.  

“Точно. Фразы”. 

Он принялся наспех рисовать портрет, почти не обращая внимания на какие-то мелкие недочеты, после чего написал несколько фраз, которые больше всего запомнились ему после встречи.  

Наконец-то образ был закончен.  

Расправив самый первый набросок, который, благо, не слишком сильно пострадал от чирканий, он сравнил их. На самом деле, внешность мужчины за это время не сильно поменялись, но слова о том, что Грехи не помогут, вкупе с несколько беззаботным видом создавали нужное впечатление. “Отлично, этот набросок я и покажу Сатане”.  

— Какая прелесть, — кто-то ловко выдернул из некрепкой хватки Калена листок с финальным эскизом. — Как хорошо получилось. Что за молодец? 

Камелия сел напротив и улыбнулся, вернув украденное перепугавшемуся творцу.  

— Этот тип был на соревнованиях, он выглядел крайне подозрительно. К тому же он не был из списка участников. 

— Он сам тебе про это сказал? 

— Да. Еще я не видел его на первом этапе соревнований.  

Камелия задумчиво кивнул, после чего окинул взглядом окружающую Калена обстановку.  

— Оценил кофе?  

— Да. 

— Какое выбрал?  

— Покрепче, не знаю название. 

— Понятно, мне нравится какое-нибудь сладенькое, чтобы прям челюсти сводило. 

Кален усмехнулся. 

— По тебе и видно. 

— О чем ты? — но ответа Камелия не добился. — Еще и молчит, как так можно? 

— Ты сделал неотложные дела?  

— Конечно. 

— Почему ты не сказал, в каком месте встретиться? Тут такое количество всяких магазинов, я бы тебя вечность искал. 

— Ну, я же нашел тебя, причем сразу. 

Кален фыркнул. 

— Как ощущения после победы? А, точно, я же не успел еще поздравить тебя. Ты молодец. 

— Спасибо.  

— Ваш кофе. 

— Спасибо, — Кален взял стакан и залпом осушил почти половину за раз. 

— Лихо ты, это уже второй?  

— Четвертый. 

— Кален, ты сдурел? 

— В смысле? 

— Кофе нельзя столько пить, оно вызывает сердечную активность. Ты же помрешь такими темпами от пульса четыреста. 

“Вот и расслабился, называется”. 

— Завязывай, ты за работой совсем не щадишь себя, — он перехватил стакан и сделал небольшой глоток. — Ох, да еще и такой крепкий. Ты совсем придурошный? 

В его голосе почти не было ноток осуждения, но Кален все равно ощутил себя словно маленький ребенок, которого отчитывают за все подряд. А чувствовать себя так из-за Камелии ему уж совсем не хотелось. 

— Хватит а, это все равно мои проблемы, а не твои. 

— Ой как мы заговорили.  

Камелия собрал магией смятые наброски и забросил в урну.  

— Собирайся, хватит с тебя кофе на сегодня. Великий Дьявол, ты еще и торта нажрался.  

— Перестань ты меня отчитывать, я не какой-то маленький ребенок, чтобы ты так со мной обращался.  

— Я старше тебя, так что могу себе позволить. 

— Не можешь! Как минимум, я старше тебя по статусу. 

Камелия вдруг ощерился. 

— М, как слова кончаются, так сразу к своему титулу обращаешься? Крыть больше нечем, или что? 

Между ними повисла неприятная пауза, но Камелия смог довольно быстро прийти в чувства и смягчился.  

— Замри на секунду. 

Кален недоуменно на него глянул, но все же послушался и встал ровно. Камелия протянул ладонь к шее и положил два пальца рядом с кадыком. Постояв несколько секунд так, он вдруг перевел взгляд за спину парня и слегка сощурился.  

— Сердцебиение в норме. Пока. Ну так что, согласен на небольшую прогулку? 

— Хорошо. Зайду переодеться и вернусь.  

— Договорились 

***

Увидев знакомую черную лохматую голову, Артур уже хотел было подбежать и поздороваться, как вдруг пересекся взглядом с неизвестным парнем, который почти целиком скрывался за фигурой Калена.  

— Вот же он, пойдем, чего ты остановился? — Алекс потянул его за локоть, но Артур замер, как статуя. — Артур?.. 

“Не вмешивайся”. 

Незнакомец отвел взгляд и перебросился парой слов с Каленом, после чего направился дальше по коридору.  

— Артур, — Алекс встал напротив него, загородив собой почти весь обзор, — ты выглядишь не очень. Что случилось? 

— Я... я не знаю, — честно признался он. — Мне кажется, я уже ничего не знаю.  

Алекс вздохнул.  

— Тогда... вернемся в комнаты?  

— Давай. Так будет лучше.  

*** 

Прогулка по местным красотам оказалась достаточно короткой, так как буквально через час после того, как Кален получил сообщение от Сатаны, тот прислал второе, где сказал, что уже свободен и ждет его в кабинете. Быстро попрощавшись с Камелией, Кален забрал из комнаты наброски и переместился прямо под дверь кабинета Сатаны.  

Коротко постучав, он заглянул внутрь. 

— Заходи, — Грех поднял на него взгляд и коротко кивнул. — Ну, рассказывай, ты меня заинтриговал. 

Кален придвинул кресло поближе к столу и, сев, начал в подробностях рассказывать, что произошло на праздновании. Лицо Сатаны по мере рассказа почти не менялось. Только пристальный взгляд время от времени становился мрачнее.  

— Я сделал небольшие наброски того незнакомца и символа на его повязке, — он протянул ему листы. — Может, конечно, я немного преувеличиваю... 

— Как раз наоборот, ты вполне резонно обратил на него внимание. 

— Вы уже встречали этот символ? 

— Я нет, но Левиафан рассказывала, что ее Псы, при устранении некоторых восстаний на нижних кольцах встречали этот символ.  

— Что он значит? 

— Этого так и не было выяснено. Как оказалось, те восстания руководились кем-то свыше. Но кем именно до сих пор неизвестно.  

— А когда были эти восстания. 

— Незадолго до начала колебаний энергии. 

— Значит, этот демон на праздновании как-то связан с восставшими.  

— У меня есть кое-какие мысли насчет того, откуда может быть этот демон. Особенно, если твой портрет достаточно точен.  

— Можете поделиться, если не секрет. 

— Скорее всего он из династии Тенебраэ.  

— Но почему? Если это разборки нищих и обездоленных жителей Ада, то почему к ним должен примкнуть кто-то из династии? 

— Случай с Юго Тенебраэ тебе ни о чем не говорит?  

Нынешнее столетие было потрясено не только ужасным преступлением Акиманая. Перед этим, в самом начале столетия, случился еще один похожий случай, который по уровню вреда стоит на втором месте после Воспламенения Ада. Юго Тенебраэ — или Юго Минамикадзэ, как он называл себя сам — устроил восстание в Аду, собрав под своим крылом десятки тысяч недовольных демонов из самых низших слоев. От его рейдов на города пострадало невероятное количество демонов. Он не сдавался до последнего, но только когда от его войска не осталось ни единого воина, он совершил ритуальное самоубийство, после чего его тело было сожжено на площади перед замком Сатаны. 

— Юго был незаконнорожденным ребенком человека и демона, у него была, по его мнению, достаточно основательная причина, чтобы мстить, разве нет? 

Отец Юго — Люцем Тенебраэ, — на тот момент бывший главой династии, нажил на своей жизни двоих сыновей, и старшим из них был как раз Юго. О том, что мальчик оказался нечистокровным демонов, узнали практически сразу после его рождения, так как главная наследственная черта семьи Тенебраэ — красные глаза с острыми зрачками — досталась ему только на половину. Мало того, что зрачки оказались круглыми, так еще и один глаз был абсолютно черным. Кроме этого, у него было большое количество болезней, свойственных именно полукровкам человека и демона.  Как ни странно, эта история ничуть не пошатнула авторитета Люцема, и незадолго до смерти Юго, у него появился второй сын — Омнибус. 

— Даже если так, нам нельзя отпускать эту вероятность. 

— Вы думаете, их династия полна революционно настроенными демонами? 

— Они всегда держались в стороне от дел в Аду, выражая свое мнение через письма. От них можно ожидать чего угодно. 

Кален вздохнул. 

— Я займусь этим вопросом, спасибо за то, что сообщил. Мои подозрения касательно нечистоты Тенебраэ развеются, если ты сможешь увидеть этого незнакомца без повязки. Я, как-никак, стараюсь сохранять некоторую справедливость в суждениях, но без капли подозрительности невозможно сделать безопасный мир.  

— Хорошо, я вас понял, — Кален опустил голову, после чего негромко добавил. — Мне кажется, что Омнибус, вспоминая историю с братом, стал бы во что бы то ни стало обелять репутацию семьи и династии, чтобы больше не быть подозреваемым в подобных преступлениях.  

— Твои рассуждения логичны, но мы все же не может с абсолютной уверенностью заявлять о мотивах Омнибуса.  

Кален вздохнул.  

— Отвлечемся, я хочу поздравить тебя с первой победой. Ты неплохо показал себя. 

“Вы ведь даже не смотрели на меня”, — с долей обиды подумал он, но только натянуто улыбнулся и кивнул.  

— Спасибо, я постараюсь показать все, чему научился на вашем дне.  

— Даже не сомневался в тебе.  

— Я, наверное, пойду, а то нужно подготовиться к празднованию Маммона.  

— Конечно, желаю тебе удачи. 

“Ох, она мне однозначно понадобится”.