4/4

Их губы встретились — жадно, голодно, открыто. Поцелуй был глубоким, почти грубым. Языки скользили друг по другу, изучая вкус, дыхание смешивалось, становясь одним. Тэхён запустил пальцы в волосы Чонгука, притягивая его ближе, и тот застонал в его рот.

Руки Чонгука скользнули по его спине, вжимая его в себя, и Тэхён почувствовал, как твёрдая плоть Чонгука упирается в его живот даже сквозь ткань брюк. Он расстегнул оставшиеся пуговицы его рубашки, стягивая ткань с плеч, и рубашка упала на пол.

Кожа к коже. Жар тела, влажный от пота, смешался в одном горячем выдохе. Чонгук вжал его в стену, и его колено раздвинуло бёдра Тэхёна, давая ему почувствовать, как сильно Чонгук его хочет.

— Я хочу тебя, — прошептал Чонгук, отрываясь от его губ и целуя его шею, ключицы, ямку между ними. — Всё это время я хотел только тебя.

Тэхён запрокинул голову, подставляя шею его губам, и из его груди вырвался низкий, хриплый стон:

— Тогда возьми меня. Я твой. Весь.

Чонгук подхватил его под бёдра и понёс к кровати. Тэхён обвил ногами его талию, чувствуя, как твёрдый член Чонгука упирается в его промежность даже через одежду. Брюки Чонгука всё ещё были на нём, и Тэхён провёл рукой по его паху, сжимая его сквозь ткань.

— Сними это, — выдохнул он. — Я хочу видеть тебя полностью.

Чонгук опустил его на кровать и быстро расстегнул ремень. Ткань скользнула вниз, оголяя его бёдра, и его член выпрямился, налитый кровью, с капелькой смазки на головке. Тэхён провёл языком по губам, глядя на него снизу вверх.

Чонгук лёг на него, прижимаясь всем телом, и их члены соприкоснулись — горячие, скользкие от пота. Тэхён выдохнул громче, чувствуя, как его собственное возбуждение пульсирует в такт ударам сердца.

— Я буду осторожным, — прошептал Чонгук, целуя его в губы. — Я не хочу сделать тебе больно.

Он потянулся к тумбочке, взял тюбик и выдавил смазку на пальцы. Тэхён смотрел на него, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения.

— Я готов, — выдохнул он.

Чонгук опустился ниже, раздвигая его бёдра. Он увидел его — вход, сжатый, розовый, ждущий. Он смазал его снаружи, и Тэхён вздрогнул от холодного прикосновения. Потом палец скользнул внутрь — медленно, осторожно, на один сустав.

Тэхён выдохнул, чувствуя, как внутри разливается тепло. Палец двигался, растягивая его, находя ритм, и он начал приподнимать бёдра навстречу ему.

— Ещё, — выдохнул он. — Я хочу чувствовать тебя.

Чонгук добавил второй палец. Тэхён вскрикнул — тихо, хрипло — и его руки вцепились в плечи Чонгука. Пальцы двигались глубже, и он чувствовал, как его тело раскрывается, принимая его.

— Ты такой тугой… — прошептал Чонгук, чувствуя, как горячие стенки сжимаются вокруг его пальцев.

— Чонгук… — простонал Тэхён, когда пальцы нашли нужную точку внутри. Его тело выгнулось дугой, и из его груди вырвался громкий, прерывистый стон. — О, боже… Да… Ещё…

Чонгук продолжал двигать пальцами, чувствуя, как Тэхён дрожит под ним, как его член пульсирует, касаясь его живота. Он прикусил губу, глядя, как Тэхён теряет контроль над собой.

— Ты так красиво стонешь, — выдохнул он. — Я хочу слышать это каждую ночь.

Он убрал пальцы и нанёс смазку на свой член — обильно, до влажного блеска. Тэхён смотрел на него, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Иди ко мне, — выдохнул он. — Я хочу чувствовать тебя внутри.

Чонгук навис над ним, придерживая его бедро, и направил головку к входу. Он медленно надавил, входя в него на дюйм, и Тэхён выдохнул, чувствуя, как он расширяет его изнутри. Горячо. Туго. Заполняет до краёв.

— Тш-ш-ш, — прошептал Чонгук, целуя его в губы. — Я здесь. Расслабься.

Тэхён закрыл глаза, расслабляя мышцы, и Чонгук вошёл глубже — медленно, плавно, дюйм за дюймом. Тэхён чувствовал, как его тело раскрывается навстречу, принимая его, заполняясь им целиком.

Когда Чонгук вошёл полностью, они оба замерли. Тэхён чувствовал, как его член пульсирует внутри, заполняя его до краёв, как горячо и тесно ему. Он открыл глаза и посмотрел в глаза Чонгука.

— Двигайся, — выдохнул он. — Я хочу чувствовать тебя.

Чонгук начал двигаться. Медленно, глубоко, ритмично. Каждое движение заставляло Тэхёна выдыхать громче, прогибаться в спине, сжимать простыню в кулаках. Член Чонгука скользил внутри него, касаясь той самой точки, от которой у него темнело в глазах.

— О, да… — простонал Тэхён, чувствуя, как волны удовольствия разливаются по телу. — Быстрее… Не останавливайся…

Чонгук ускорился. Ритм стал резче, глубже, почти грубее. Их тела двигались в унисон, мокрые от пота, скользкие, слившиеся в одном дыхании. Тэхён выгибался навстречу каждому толчку, чувствуя, как член Чонгука входит в него до основания, как его яйца шлёпаются о его ягодицы, как его пальцы впиваются в его бёдра, раздвигая их шире.

— Ты так хорошо меня принимаешь, — прошептал Чонгук, его голос был низким, рычащим.

Тэхён не мог говорить — только стонать. Он чувствовал, как его собственный член пульсирует, касаясь живота, как капельки смазки стекают по головке. Он хотел кончить, хотел почувствовать, как Чонгук кончает внутри него.

— Я близко… — выдохнул он. — Чонгук, я сейчас…

Чонгук наклонился и поцеловал его в губы, не сбавляя ритма:

— Давай. Кончи для меня. Я хочу видеть, как ты кончаешь.

Он снова толкнул его, и член Чонгука задел простату. Тэхён вскрикнул — громко, хрипло, и его тело выгнулось дугой. Он почувствовал, как внутри всё сжимается, как волна удовольствия накрывает его с головой, и его член излился тёплой струёй между их животами.

— Чонгук! — его голос сорвался на крик, и он чувствовал, как его мышцы сжимаются вокруг члена Чонгука, пульсируют, принимая его.

Чонгук почувствовал это — сжатие — и это стало для него последней каплей. Он вонзился в него глубже, с каждым толчком чувствуя, как его собственный оргазм нарастает. Его бёдра дрожали, он зарычал, прижимаясь к нему, и излился внутрь горячими, пульсирующими толчками, заполняя Тэхёна собой.

Он кончил долго, чувствуя, как его семя растекается внутри, как мышцы Тэхёна сжимаются вокруг него, вытягивая до последней капли. Он упал на него, не вынимая, и их тела слились в одном горячем, мокром объятии.

Они лежали, тяжело дыша, чувствуя, как их сердца бьются в унисон. Семя Чонгука начало вытекать из Тэхёна, горячее, влажное, смешиваясь с потом и смазкой.

— Я люблю тебя, — прошептал Чонгук, уткнувшись носом в его шею. — Я так сильно тебя люблю.

Тэхён погладил его по спине, чувствуя, как он всё ещё пульсирует внутри:

— Я тоже тебя люблю.