#4
Полина Правда— Снимай.
— Уверена?
Полина смерила меня не терпящим возражений взглядом и кивнула. Я вздохнул, неловко поёрзал на табурете и, сглотнув, с неприятным звуком отделил слой кожи с левого предплечья. Открывшееся мясо обдало гулявшим по комнате сквозняком, заставив меня поежиться.
— Ох-х-х.
— Не это ожидала увидеть? — вложив в эти слова едкое замечание про "пони, бабочек и радугу", я поднял взгляд на Полину, которая все прекрасно поняла.
— Это. Но все равно, одно дело — знать, что тебя ждет, а другое — видеть воочию. Ладно, теперь я...
Поерзать на табуретке. Сглотнуть. Похожий, но немного другой звук отделения кожи от мяса. Даже с моим плохим зрением заметные мурашки по руке от сквозняка.
— Слишком похоже на мое, — невольно вырвалось изо рта. Правда повела плечом — не то желая тут же закрыть рану, не то... стесняясь?
— Я ведь говорила, а ты лишь меланхолично соглашался и подшучивал. Ладно, теперь... Готов?
— А будет больно? — без каких-либо ожиданий поинтересовался я. Девушка посмотрела мне в глаза, словно ожидая увидеть в них ответ, который будет отличаться от того, который она хочет сказать. От единственного, который Правда может сказать.
— Не знаю.
На всякий случай зажмурившись, я чуть развернулся, подставляя свое обнаженное предплечье. Полина, помедлив, встала со своего места.
— Не больно.
— Не больно.
Сказано это было в унисон, и я даже открыл глаза.
Обнаженная от кожи рука Правды прижата к моей, точно так же обнаженной руке. Но никаких неприятных ощущений нет. Только что-то...
— Родное? — озвучила мои мысли Полина. — Как будто моя рука была частью твоей.
— Или словно мы сделаны из одного теста.