31. Какие деньги?

Одинаковые?

Чэнь Цзян вдруг почувствовал, что браслет в его руках будто обжигает. Ни держать, ни положить.

Пришлось просто держать в руках и делать вид, что разглядывает.

Если одинаковые, зачем ты запаковал их в две разные коробки?

— Не одинаковые, — сказал Лю У. — Я специально положил их в разные коробки.

Чэнь Цзян облегчённо выдохнул и быстро скользнул взглядом по браслету в руках Шан Юя.

И тут же снова засомневался. Разве не одинаковые?

Оба с деревянными бусинами.

— Чем они отличаются? — Шан Юй вертел браслет в руках.

— Вот смотри, — Лю Ву засучил рукав, обнажив запястье, на котором болталось несколько похожих браслетов. Он снял один из них. — Эти три выглядят одинаково, но на самом деле…

Оказывается, таких три.

Чэнь Цзян снова расслабился.

Он бы не сказал, что его сильно напрягало иметь такую же вещь, как у Шан Юя, но… это было как-то неловко.

Только за эти пару дней у него не оставалось свободных ресурсов в голове, чтобы об этом думать — слишком много дел, слишком много гостей.

Чуть-чуть выдохнул, как вдруг Лю У притащил два одинаковых браслета, и это разом всколыхнуло всё, что он так старательно не осознавал.

Чуть волосы дыбом не встали.

— Бусина вот эта отличается, — Лю У указал на одну, чуть выбивающуюся по цвету. — Видишь, на ней ещё иероглиф!

— Иероглиф? — Чэнь Цзян несколько раз перевернул браслет в руках, пока не нашёл ту самую бусину.

С трудом разобрал слегка небрежную резьбу.

Если бы он не знал, что его зовут Чэнь Цзян, то вряд ли вообще догадался бы, что на маленькой бусине вырезано это самое «Цзян».

— У меня «Юй», да? — Шан Юй наконец разобрал, что написано на его.

— Да, у меня «У», — сказал Лю У. — Я сам вырезал.

— Спасибо, — сказал Чэнь Цзян. Он не знал, что ещё добавить, но сам факт того, что Лю У потрудился вручную вырезать эти иероглифы, уже делал подарок очень искренним. Это тронуло его.

Последний раз он получал что-то настолько личное, когда Сяо Доуэр сделала ему открытку, выложив на ней из собранных листьев несколько букв.

— Да ладно, тут и делать-то ничего, — Лю У надел обратно свой браслет. — Ну, гэ, как тебе мой почерк?

— Для надписей на парковке сойдёт, — сказал Шан Юй, раскрыв ладонь. Браслет соскользнул с пальцев и мягко ударился о запястье, издав тихий стук деревянных бусин.

Чэнь Цзян опустил голову и надел свой браслет.

— Какие у тебя планы? — Шан Юй закинул ногу на стол и быстро переключился в рабочий режим. Сейчас целая куча «весёлых бобов» осталась без старшего, так что надо срочно возвращать главного «боба» на место.

— Я уже всё обсудил с Чэнь Цзяном, — сказал Лю У. — Не ожидал, да? Мы с ним давно на связи.

— Не ожидал, — Шан Юй взглянул на него. — Ты маме сказал, что тебя не будет дома?

— …Сказал, — Лю У ответил чуть замедленно.

Шан Юй ничего не сказал, только постучал пальцем по столу и посмотрел на него.

— Правда сказал! — Лю У занервничал и сам застучал по столу. — Я сказал, что поеду с одногруппниками развеяться.

— И куда именно? — уточнил Шан Юй.

— Сказал, что сюда, — Лю У взглянул на Чэнь Цзяна. — Она же не знает, что ты тут.

Чэнь Цзян чуть отвернул голову.

Надо было настоять и сразу уйти вниз.

Лю У, как всегда, говорил вообще всё.

— Ну, теперь знает, где ты, и ладно, — Шан Юй не стал продолжать. — Иди оформляй заселение и развлекайся.

— Я через минуту пойду за продуктами и мясом! Управляющий Чэнь сказал, что поможет мне замариновать! — Лю У, который только что говорил тише из-за вопросов Шан Юя, сразу оживился. — Вечером будет шашлык! Ты с нами?

— Нет, — отказался Шан Юй. — Всё равно вы, любители сырых морепродуктов, съедите всё быстрее меня.

Лю У, набирая номер, спустился вниз к остальным «весёлым бобам». Чэнь Цзян взял коробку и уже собирался выходить, когда услышал:

— Чэнь Цзян.

— А? — Он посмотрел на него.

— Если тебе неудобно, можешь не носить его, — Шан Юй кивнул на его запястье. — Лю У не будет проверять.

Чэнь Цзян опустил взгляд на браслет, немного помедлил. Раз Шан Юй сам сказал, значит, можно не заморачиваться.

— Да нет, нормально, пока поношу, — сказал он. — Всё-таки вручную вырезано.

— Ладно, окей, — кивнул Шан Юй. — Иди работай.

— Что тебе взять на ужин? — спросил Чэнь Цзян. — Сегодня в гостинице много постояльцев, Чжао-цзе будет помогать Лю У с маринадом, поэтому мы не готовим для сотрудников. Я выйду что-нибудь купить.

— Мне всё равно, бери что угодно, просто на одну порцию больше, чем собирался, — сказал Шан Юй.

— Хорошо, — кивнул Чэнь Цзян.

Голоса с первого этажа было слышно даже на третьем. Чэнь Цзян не сразу спустился вниз, а зашел в тренажерный зал. Сейчас было много дел, но ничего такого, что требовало бы его вмешательства.

Днём он отправил отцу сообщение, спрашивая, как заживает его рана, но сам так и не ответил.

Он сразу же набрал номер.

Обычно, если отец не отвечал, Чэнь Цзян не стал бы его тревожить. Как только тот разбирался со своими делами, всегда перезванивал. В свою очередь, если Чэнь Цзян сам долго не выходил на связь, отец тоже не беспокоил его, дожидаясь, когда тот освободится.

Но сейчас все было иначе. Он знал, что отец получил травму, и совсем не легкую.

Когда на сообщение не приходило ответа, он начинал беспокоиться.

Трубку взяли после нескольких гудков.

— Алло! — Голос отца слегка дрожал, было слышно, что он не отдыхал.

— Ты ведь не даешь руке отдыхать? — тут же спросил Чэнь Цзян. — Ты что, еще и из дома выходишь?

— Все в порядке, — ответил отец. — Я могу водить.

— С такой рукой за руль?! — Чэнь Цзян понизил голос, но от этого в нем стало еще больше тревоги и раздражения. — А если снова упадешь?!

— Не говори глупостей, — сказал отец. — Я за рулем уже столько лет.

— Я сейчас хорошо зарабатываю, — Чэнь Цзян попытался успокоиться. — Без твоего дохода мы обойдемся, отдохни хотя бы месяц.

— Я уже принял заказы, — ответил отец глухо.

Чэнь Цзян больше ничего не сказал, только негромко выдохнул. Он знал, что отец не остановится. Знал, что не сможет его переубедить. В этом звонке для него было важно лишь одно — убедиться, что отец с этой травмой не попал в еще какую-нибудь передрягу.

Тот ничего не ответил. Через несколько секунд связь прервалась.

Чэнь Цзян сидел на скамье для упражнений, опустив голову. Долго не двигался.

Его накрыло ощущение полной беспомощности.

Он был благодарен Шан Юю за то, что тот подтолкнул его к разрушению той стены молчания, за которой они с отцом долгие годы ничего не знали друг о друге. Но теперь, когда от этой стены ничего не осталось, Чэнь Цзяну приходилось смотреть на реальность, от которой раньше можно было просто отвернуться.

Ему хотелось знать, как живет его отец.

Но он не знал, что делать, когда узнавал, что все не так уж и хорошо.

Экран телефона погас.

С задернутыми шторами в спортзале стало совсем темно.

Голоса снизу были все так же слышны, но из-за этой темноты казались чужими, словно доносились из другого мира.

Раздался звук лифта — двери открылись, а затем закрылись снова.

За этим последовали шаги. И глухой стук, когда что-то опустилось на пол.

В голове у Чэнь Цзяна было слишком много мыслей, но он услышал все эти звуки. Даже сразу понял, кто зашел.

Но не пошевелился.

Может быть, именно потому, что это был Шан Юй, он остался сидеть, не сдвинувшись с места.

Каким бы неловким ни был этот момент, какие бы эмоции он ни вызывал, Шан Юй был тем, с кем они уже обменялись своими секретами.

Шан Юй появился в дверях спортзала — сменил футболку, выглядел расслабленным. Перевернул трость, ловко дотянулся до выключателя и одним точным движением нажал его.

Свет вспыхнул, и он увидел Чэнь Цзяна, сидящего на тренажере.

— Ай, твою ж…!

— Я, — быстро отозвался Чэнь Цзян.

— Может, ты завтра заговоришь? — проворчал Шан Юй.

Чэнь Цзян промолчал.

— Чего случилось? — Шан Юй снова взмахнул тростью, закрыл дверь.

— Да так, — Чэнь Цзян поднялся. — Ты тренить собираешься?

— Да нет, отдохну, — Шан Юй подошел к тренажеру для верхней тяги и сел. — Вечером они идут на шашлыки, тебя точно позовут. Там еще Ху Пань.

— Пусть Ху Пань развеется, а я на ресепшене побуду. Вечером все равно делать особо нечего, — ответил Чэнь Цзян.

— С чего вдруг такой приунывший? — спросил Шан Юй. — Из-за работы?

Чэнь Цзян помолчал, потом сказал:

— Отец снова пошел развозить заказы. Может, вообще не отдыхал.

Он не знал, интересно ли Шан Юю это слушать, просто в этот момент ему было тоскливо, и хотелось, чтобы кто-то выслушал.

— Отговорить не получается? — уточнил Шан Юй.

— Ага. — Чэнь Цзян кивнул. — Я и так знаю, что он меня не послушает. Максимум пару дней передохнет.

— Он, наверное, думает, что чем больше вкалывает, тем тебе легче, — предположил Шан Юй.

Чэнь Цзян вздохнул.

— Ты тоже так думаешь, — заметил Шан Юй, взглянув на него.

Чэнь Цзян посмотрел на него какое-то время, потом тихо признал:

— Угу.

— В таких делах решений нет, — сказал Шан Юй. — Да они и не нужны. Забота, тревога, беспокойство — это нормально. Просто выражай их, не держи в себе.

— Ага, — отозвался Чэнь Цзян.

— Раз уж отдыхаешь, как раз хотел попозже к тебе зайти, — сказал Шан Юй. — В моем кабинете, в ящике стола, есть конверт, принеси его.

— Сейчас? — Чэнь Цзян поднялся.

— Ну, если хочешь, могу дождаться, пока ты делами будешь завален, — спокойно ответил Шан Юй.

Чэнь Цзян на секунду задумался, потом молча вышел из спортзала.

Этот крафтовый конверт был открыт, когда Чэнь Цзян взял его в руки. Он не заглядывал внутрь, но по ощущениям внутри были деньги.

Какие деньги?

За что деньги?

— Твоя зарплата, — Шан Юй вовремя прервал его мысли, прежде чем они успели разгуляться. — Остальным уже перевели, а твою я заранее снял. Вообще, в день отъезда собирался тебе отдать…

Но, по каким-то причинам, тогда не сложилось.

Чэнь Цзян на мгновение отвлекся, но быстро сообразил:

— Зарплату ведь уже выплатили?

— Вот и скажи теперь, волнуют тебя деньги или нет, — хмыкнул Шан Юй. — Когда впервые обсуждали зарплату, ты же прекрасно понимал, что я тебе завысил. А сейчас вот спокойно работаешь бесплатно.

Чэнь Цзян завис на несколько секунд.

— А?

— Зарплата управляющего — шесть тысяч, но здесь только четыре, — объяснил Шан Юй. — Еще две я выделил на зарплаты официантам. В следующем месяце, без этой доплаты, получишь четыре. А если к тому времени моя нога заживет и тебе не придется за мной ухаживать, то просто закроем этот вопрос.

Чэнь Цзян посмотрел на него.

— Понял расчет? — Шан Юй бросил на него взгляд. — Управляющий.

— Понял, — Чэнь Цзян кивнул.

— Я не только с тобой щедрый, — продолжил Шан Юй. — Без этих людей гостиница бы не заработала. Где надо поднять зарплату — поднимем. Если бизнес пойдет плохо, тогда уж и…

— Держи язык за зубами, — не выдержал Чэнь Цзян и прервал его.

— Суеверный ты, — усмехнулся Шан Юй.

— Деньги раздаешь, а вот просто помолчать не можешь, а ведь это даже бесплатно, — Чэнь Цзян покачал головой.

Шан Юй промолчал, но сделал вид, будто застегивает молнию на губах.

— Я вниз, — сказал Чэнь Цзян. — Лю У и остальные, наверное, уже пошли за продуктами…

Шан Юй снова сделал жест застегивающейся молнии и невозмутимо спросил:

— С каких пор управляющий сопровождает гостей за покупками? У нас такой услуги нет, даже если это двоюродный брат, да хоть родной.

— Как только они уйдут, я тоже спущусь, — спокойно ответил Чэнь Цзян.

Не все весёлые бобы отправились за покупками — у них был четкий план. Несколько девушек пошли за продуктами, с ними — несколько парней, чтобы нести пакеты, а остальные остались в гостинице.

Кто-то гулял в саду, кто-то бродил по дорожкам снаружи, а кто-то расположился в ресторане.

Ху Пань в этот момент была за стойкой, готовила кофе.

— Как дела? Все уже заселились? — спросил Чэнь Цзян, подходя ближе.

— Ага, — кивнула Ху Пань. — Выпьешь латте, управляющий? Как раз осталось немного молока.

— А ты сама не будешь? — уточнил Чэнь Цзян.

— Я, пока настраивал кофемашину, уже напилась так, что тошнит, — усмехнулась Ху Пань и ловко приготовила ему латте. — Наверное, сегодня ночью вообще не усну.

— Девушка! — вдруг подбежала одна из студенток с фотоаппаратом. — Можно вас сфотографировать?

— О, пленочный? Круто, давай, — легко согласилась Ху Пань, подняла трамбовку для кофе и с улыбкой посмотрела в объектив.

Чэнь Цзян отступил в сторону.

— У вас очень необычная внешность, — сказала девушка. — Красивая. Я потом отредактирую и пришлю вам фото, ладно?

— Спасибо, — кивнула Ху Пань.

Сделав несколько снимков, девушка убежала в сад вместе с друзьями — фотографировать дальше.

— Эх… — Ху Пань подперла щеку рукой. — Так весело.

— Ну, студенты… — спокойно отозвался Чэнь Цзян.

— Ой, глянь, — Ху Пань бросила взгляд за окно и поморщилась. — Этот У как дурак скачет.

Чэнь Цзян тоже посмотрел.

И не только У. Чэнь Эрху тоже носился, будто стал Чэнь Эрмао. Они вдвоем помогали студентам с фотосессией: то листья подбрасывали, то шляпой размахивали, создавая эффект ветра…

(Прим. пер. — Чэнь Эрмао — здесь игра слов: «Эрху» значит «два тигра», а «Эрмао» — «два кота».)

Система безопасности «Дайинь» была полностью парализована.

— Пань-Пань! — Лю У подбежал к ней. — Вечером свободна? Пойдём на шашлыки!

Чэнь Цзян посмотрел на него.

— Управляющий Чэнь идёт, — добавил Лю У.

— Управляющий Чэнь не идёт, — спокойно ответил Чэнь Цзян. — А вот Пань-Пань может.

— Правда? — Ху Пань колебалась. — Но у меня же сегодня дежурство на ресепшене.

— Поменяемся, — сказал Чэнь Цзян.

— Спасибо, управляющий! — Ху Пань так обрадовалась, что даже брови взлетели вверх. — Тогда ужин мне не покупайте!

— Ага, — кивнул Чэнь Цзян.

Хотя, если уж на то пошло, не только ей не придётся покупать ужин. Чэнь Эрху и У тоже отпадали — Чэнь Цзян изначально хотел отправить Сан Биня на шашлыки, но тот отказался.

— Люди Чэнь Даху заходили вчера, в ближайшие дни лучше, чтобы кто-то тут оставался, — объяснил Сан Бинь. — Да и, знаешь… я хочу немного проявить себя.

Он взглянул на Чэнь Цзяна.

— М? — Чэнь Цзян тоже посмотрел на него.

— Вообще, я хотел сказать тебе это чуть позже… — Сан Бинь запнулся, но затем решительно продолжил: — В общем… я хочу работать здесь.

Чэнь Цзян немного удивился. Сан Бинь и ещё несколько человек до сих пор считались сотрудниками, которых Чэнь Эрху командировал в гостиницу. А это значит, что если они теперь перейдут сюда напрямую, то, по сути, окончательно разорвут связи с байкерами из свинарника.

— Ты с Эрху уже говорил? — уточнил Чэнь Цзян.

— Говорил, — кивнул Сан Бинь. — Он сказал, что это хорошая идея.

Этот ответ его слегка удивил. Чэнь Эрху так легко согласился с перебежкой своего самого верного человека?

— Он сам хочет остаться, — продолжил Сан Бинь. — Лао Сы и Лао У, скорее всего, после Нового года семьи отправят учиться… Скоро он вообще один останется.

— Понимаю, — кивнул Чэнь Цзян. — Он хочет дождаться, пока Лао Сы и Лао У уйдут, и тогда перебраться сюда?

— Да, — Сан Бинь нахмурился. — После той истории с его братом он как будто многое переосмыслил… Думаешь, Шан Юй согласится?

— А почему я должен быть против? — Шан Юй сидел за маленьким столиком на балконе третьего этажа, держа в руках бургер. — Босс Чэнь… теперь охранник Чэнь. Мне от этого только плюсы, никаких минусов.

— Ага. — Чэнь Цзян откусил бургер и взглянул на сад. Там уже зажглись фонари, гирлянды вдоль дорожек мягко мерцали. Тихо, но при этом оживлённо.

— Сан Бинь и Чжао-цзе что ели? — спросил Шан Юй.

— Говядину с помидорами и рисом.

Шан Юй замолчал и внимательно на него посмотрел.

— Что? — Чэнь Цзян откусил ещё кусок и тоже взглянул на него.

— Почему мне досталось это? — спросил Шан Юй.

— Ты сам сказал взять что-нибудь на двоих, просто ещё одну порцию того, что заказывали, — пожал плечами Чэнь Цзян. — А это, считай, западная кухня, с колой. С сахаром.

Шан Юй задумался, потом кивнул:

— Ладно.

— Если не нравится, можешь поменяться с Сан Бинем, он пока патрулирует двор, ещё не ел, — предложил Чэнь Цзян.

— Оставлю этот. — Шан Юй откусил ещё раз.

— Разве ты не говорил, что непривередлив в еде? — усмехнулся Чэнь Цзян. — Я-то думал, ты реально всё ешь без разбора.

— Когда выбирать не из чего — съем, что дадут, — спокойно ответил Шан Юй. — Даже если совсем невкусно. Но если можно выбрать, то, конечно, предпочту то, что нравится.

— Ну вот, теперь выбирать не из чего, — заметил Чэнь Цзян.

— Ага. — Шан Юй снова откусил бургер.

— Ты всегда так? — спросили они одновременно.

Шан Юй посмотрел на него, не торопясь прожёвывал.

Чэнь Цзян тоже молча откусил кусок и стал ждать.

Проглотив еду, Шан Юй положил бургер обратно в коробку.

— Всегда, — сказал он. — Так отец меня воспитал.