30 глава
— Итак, а теперь попрошу внимательно меня слушать, потому что все, что я скажу дальше, очень важно, — мистер Бернс поднялся из-за стола и окинул взглядом класс. — Сегодня мне нужно послать заключительный документ с участниками Греховного празднования, поэтому сейчас очень важно утвердить список тех, кто все же отважится представлять класс и школу.
В его руках появилась стопка небольших листков, которые в следующую же секунду разлетелись по классу и упали на столы.
— Напишите свои имя и фамилию, и, если будете участвовать, напишите, на каком из дней вы бы желали проявить себя. Но, перед тем как заполнять, я озвучу вам, что будет проходить на каждом из дней, чтобы вы точно могли определиться.
Самым первым идет день Люцифера, это эстафетное мероприятие, в котором все выбранные для участия демоны разбиваются на несколько команд. Рекомендую тем, в ком горит соревновательный дух и кто умеет быстро бегать. Следующим идет день Маммона, на нем вы можете продемонстрировать свои магические способности. Это единственный день, в который с поля снимут маммонки, поэтому, на вашем месте, я бы попробовал себя. Вы у меня способные студенты. Третий день посвящен Левиафан. Тут вы можете проверить свои навыки фехтования, тем кто никогда не держал в руках меч, лучше не соваться. После этого будет день Асмодея, на котором, как вы уже услышали, будет проходить своеобразный показ мод и выступление Форте. Рекомендую вам как следует отдохнуть на нем, потому что впереди будут самые напряженные дни. После Асмодея следует Бельфегор, и на его дне будет проводиться интеллектуальная игра. На финальный день назначен день Сатаны. Сражения с одним единственным правилом — не убей оппонента. Обычно там собираются самые отъявленные любители подраться, поэтому, это единственный день на который я бы не порекомендовал вам соваться, при всем уважении к Господину Сатане. Этот день редко заканчивается без травм, а иногда и смертей. В общем-то, это все.
— Извините, мистер Бернс, — донесся голос из конца класса. — А вы забыли про день Вельзевула.
— Я не забыл, в этом году Вельзевул нехорошо себя чувствует, поэтому он согласился спонсировать полное содержание всех участников процесса. Самого его не будет.
По залу прокатились удивлённые шепотки.
«Это насколько надо быть богатым, что спонсировать почти каждого жителя Ада?» — подумал Алекс.
Он посмотрел на листок, на котором было написано его имя. Теперь, прослушав все и вспомнив просьбу директора, ему было еще более дико подумать о том чтобы участвовать хотя бы в одном из соревнований. «Максимум, что я могу себе позволить, это попробовать себя моделью для показа мод, — с усмешкой подумал он. — Но, боюсь, не сносить мне головы, если я решусь пройтись в каком-нибудь блестящем розовом платье по подиуму.»
— Ну а теперь можете заполнять листочки. Отнеситесь с полной ответственностью к своему выбору.
Алекс, недолго думая, под своей фамилией поставил длинный прочерк.
«Я не буду участвовать.»
— Все же не надумал? — мистер Бернс взглянул на листок, когда парень поднес его сдавать.
— Боюсь, я слишком сильно берегу свою шкуру от лишних ран, мне хватает нынешних проблем с ядром, не хочу усугублять ситуацию.
— Резонно, — директор понимающе кивнул. — Я думаю, что мы сможем отправить тебя на обследование до или сразу после празднования.
— Хорошо, было бы неплохо.
— А и еще одна важная новость, которую мне нужно вам сказать. Так как ваше участие в праздновании выпадает как раз на каникулы, у нас немного меняются даты сдачи всех контрольных срезов. Об этом вам сказали еще месяц назад. Так вот, ваша задача после сдачи всех экзаменов собрать необходимое количество вещей и находиться наготове отправляться. В связи с колебаниями, которые все еще пребывают в не самом лучшем состоянии, мы будем перемещаться в день, когда значение упадет до минимально возможных. Все меня поняли?
— Поняли, — в унисон ответили ему несколько неравнодушных учеников, которые были не слишком увлечены заполнением листка.
— Скорее всего мы пробудем там все каникулы, так что, если вдруг у вас были какие-то планы, то вам нужно будет их подкорректировать.
После занятия Алекс дождался Артура, который немного рассеяно собирал вещи.
— Ты какой-то мрачный, случилось чего? — парень помог ему собраться.
— Не знаю, со вчерашнего дня такое странное самочувствие.
— Надо значит больше отдыхать.
— Я стараюсь, но мысли об учебе такие настойчивые... Экзамены так скоро.
— Ты смотри это как на скорую возможность встретиться с Каленом, — Алекс улыбнулся, но Артур совсем не уловил его настрой.
— Мне кажется, Кален не хочет меня видеть.
Артур скрестил руки на груди и опустил голову, стараясь не пересекаться с Алексом взглядом. Парню стало немного не по себе.
— Ну же, не стоит так беспокоиться об этом, — парень похлопал его по спине. — Уверен, если вы с ним давние и хорошие друзья, он не будет долго злиться.
Артур с нерешительностью поднял на него глаза, но ничего не сказал.
— Я видел, что ты что-то написал в листке, хочешь где-нибудь поучаствовать?
— Да, на дне Бельфегора.
— О, я уверен ты будешь среди победителей, а почему не решил на день Маммона попробовать?
— Из-за ограничительных печатей я не могу пользоваться силами в полной мере, — Артур посмотрел на узорчатые браслеты-печати на руках. — Так бы, может, попробовал.
Алекс улыбнулся.
— А Валери будет где-то участвовать, не знаешь?
— Она мне говорила, что точно будет участвовать на дне Левиафан, передумала ли она, я не знаю. Я с ней не связывался еще.
— Понятно.
К концу первого семестра количество посещающих учеников сократилось соразмерно количеству предметов. На каждый день было поставлено всего по три-четыре урока — остальные просто закончили программу и оставалось дожидаться финальных контрольных, которые вот-вот должны были начаться. Первое тестирование было уже завтра, поэтому, отучившись и пообедав, Алекс решил все же уделить немного времени подготовке и сел за учебники. Взяв в библиотеке затасканный учебник с типовыми задачами, парень размышлял совсем не о математике. «Вот зачем этот предмет демонам? К тому же, математику придумали люди, это не какая-нибудь там физика, которая существовала и до того, как все законы сформулировали. Неужели ученым прошлого так скучно жилось, что я теперь сижу и решаю все эти уравнения?»
Решив около пятидесяти задач и один из вариантов контрольной, которую благополучно выдавали еще месяц назад специально для подготовки к итоговой контрольной, парень наконец с чистой совестью закрыл исписанную тетрадь. «Даже ручка кончилась», — он отбросил исписанный стержень в сторону и откинулся на стуле, посмотрев в потолок. «Решил пробный вариант на семь, я надеюсь, шкала оценивания все также тринадцатибалльная, иначе будет грустно набрать семь из ста».
Забравшись в кровать, он начал рассматривать комнату так, будто никогда раньше ее не видел. Снова взглянув на закончившуюся ручку, он сконцентрировался и про себя прочитал короткое заклинание для поднятия предмета. Пальцами он попытался задать ей направление, как учили в учебниках для чайников, но ручка не то что не взлетела, она даже не шевельнулась. «Да чтоб тебя, получалось же, что вдруг произошло?» — он нервно опустил руку, и тут же пожалел об этом: всё лежащее на столе тут же со свистом слетело на пол, даже лампа, которая чудом только не разбилась.
— Да я же только ручку хотел, вы то куда? — раздраженно ворча себе под нос, Алекс принялся убираться. Стоило ли говорить, что в своих успехах в заклинаниях он немного приукрасил. «Нет, конечно я научился заклинаниями пользоваться, но, честно говоря, совсем плохо, — начал он спорить сам с собой. — Но все же не так плохо, так что, можно еще попрактиковаться».
Осмотрительно убрав все лишнее в сторону, он снова сел за стол, оставив на нем только три предмета: ластик, точилку и злосчастную ручку. Как следует сконцентрировав взгляд на ластике, он прочел заклинание и начал ждать реакции.
Ластик сначала лежал неподвижно, после чего наконец шевельнулся и лениво приподнялся над столом на несколько сантиметров. “Так, а теперь надо поднять еще и ручку”, — парень, пытаясь продолжать концентрироваться на ластике, перевел взгляд на ручку и вновь прочел заклинание. Но стоило ручке воспарить, как ластик тут же упал обратно на стол. “Как же муторно... А смогу ли я их поднять, если одновременно подумаю про оба предмета, это же сложно удерживать каждый предмет по отдельности”.
Отбросив уже и точилку, парень протер лицо ладонями и глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Голова не особо соображала после интенсивной подготовки к контрольной, но теперь успех стал делом чести.
“Мне нужно всего лишь поднять ластик и ручку одновременно, в этом нет ничего сложного”, — он прочел заклинание и сосредоточился на обоих предметах, переводя взгляд с одного на другой. Предметы не шевелились, но стоило ему снова неосмотрительно дернуть рукой, как предметы тут же шевельнулись. Идея поразила его, и он поднял руку, синхронно с которой поднялись и ластик с ручкой. “Черт, точно, мне же говорили, что с использованием управляющего предмета намного легче. Видимо, поэтому маги использовали волшебные палочки”.
Еще раз закрепив результат, чтобы убедиться, что ему не показалось, парень скидал обратно на стол все, что лежало не на месте, и, даже не приняв душ, забрался в постель. Стоило ему принять горизонтальное положение, как он тут же провалился в сон.
И снова его окружила привычная, хоть и жутковатая тьма. И силуэт. Он тоже был тут. В этот раз его очертания были уже более четкими: Алекс и до этого подозревал, что этот силуэт это он сам, но теперь общих черт стало еще больше. Горящие красные пятна вместо глаз сияли все также ярко.
— Ну что, ты снова будешь играть со мной в догонялки? — Алекс осмотрительно сделал несколько шагов назад, но силуэт все также был недвижим, словно вековая статуя. — Или у тебя сегодня нет настроения?
“Сколько еще продлятся эти сны? Или может у меня есть вторая личность и она просто так в мире демонов показывается”, — размышлял парень, даже не пытаясь вдаваться в подробности собственных мыслей. Ему было интересно, чем силуэт удивит его в этот раз. Ужас после прошлой встречи сменился на любопытство, но парень все равно старался не подходить к силуэту слишком близко, остерегаясь повторения истории.
— Ты умеешь разговаривать?
Силуэт не отозвался.
— У меня вообще-то контрольная завтра, я хотел выспаться.
Все еще молчание.
— Какой же ты... молчаливый.
Неожиданно рядом возник размытый образ, что заставило парня вздрогнуть всем телом.
— Да что ты творишь! — он крикнул на силуэт, но тот лишь молча кивнул в сторону появившегося пятна. Алекс неохотно перевел взгляд со своей “темной стороны” и посмотрел на нового участника этой занимательной встречи. С каждой секундой пятно менялось и преображалась, все больше принимая человекоподобный вид. И, когда наконец сформировалось, Алекс замер.
— Нет... нет-нет-нет, не ты, — он сделал несколько шагов. — Только не ты... какого черта?
Сердце бешено застучало, а в горле образовался жуткий ком, словно крик, который никак не мог попасть наружу, сдавил перевязки. Он сделал несколько шагов назад, но ноги подвели его, и парень упал навзничь.
— Что ты творишь?! — он посмотрел на свой силуэт, который продолжал смирно стоять, сверху вниз наблюдая за ним. — Убери это немедленно! Это уже не смешно!
Силуэт вдруг сделал шаг вперед. Этот шаг не шел ни в какое сравнение с его предыдущими попытками двигаться. Он был легким. Воздушным.
У Алекса сжалось сердце. В голове появилась только одна мысль: “беги”. И он побежал. С трудом поднявшись на ватные ноги, он побежал прочь от силуэта и его выходок, которые с каждым разом вызывали мороз по коже. С трудом владея собственным телом, парень, как ему оказалось, отбежал на достаточное расстояние.
Обернувшись, он встретился взглядом с силуэтом, который стоял всего в нескольких шагав от него.
— Чувак, прекращай! — нервно усмехнулся Алекс, уже окончательно теряя самообладание. — Какое стоп слово?! Мне нужен брейк!
Силуэт снова сделал шаг к нему.
— Ну как тебе?
Алекс с грохотом завалился с кровати, стащив следом за собой одеяло и часть простыни. Стоило ему очнуться от кошмара, как по щекам тут же побежали слезы не то ужаса, не то облегчения. Едва сдерживая дикие всхлипы, он стащил к себе подушку и едва ли не забрался под кровать. Лежа на ковре, по самую голову закутавшись в одеяло, он весь дрожал, как продрогший мокрый пес во время ливня. “Я забыл тебя... забыл, какого черта ты снова появляешься, не появляйся, я не хочу об этом вспоминать. Черт, черт, черт! Я забыл тебя! Это в прошлом! Я начал жизнь с чистого листа, хватит мне сниться!”
Крепко сжав зубами край одеяла он взвыл от отчаяния.
“Я не хотел этого, правда...”