3 ГОД 3 ТОМ 2 ГЛАВА 2

Часть 1

Прошло еще несколько минут. Телохранители нашего класса продолжали увлечённо обсуждать выданное им оружие.

Они вертели его в руках так и сяк, пытаясь подобрать наиболее удобное положение.

Я, тем временем, внимательно изучал выданный нам справочник на предмет правил.

Серьезные нарушения (-100 классных баллов за каждое выявленное нарушение. В крайнем случае – исключение)

— Воспрещается применение насилия, удержание учеников против их воли, уничтожение или отъем чужого оружия

— Запрещено намеренно продолжать сопротивление после получения статуса «ВЫБЫЛ».

— Запрещено красть или насильственно изымать ресурсы других классов

— Запрещено предоставлять ложную информацию в ответ на запрос от школы.

— Запрещены также иные действия, подрывающие честный дух этого специального экзамена.

На берегу Машима-сенсей уже давал пояснения к пункту про стрельбу после статуса «ВЫБЫЛ». Эти правила также распространяются на случаи, когда ученик стрелял после 18:00 и до 9:00.

Если будет доказано, что выстрелы были непреднамеренными, то штрафа не последует. Однако даже в таком случае пострадавший не выбудет из игры – его статус восстановят.

Вот почему не было никакого особого смысла в том, чтобы действовать на грани выбывания. Разумеется, если поставить перед собой цель найти какую-нибудь лазейку в правилах, то такая определённо найдётся, однако риск слишком велик.

У школы есть решительное намерение заставить нас неукоснительно соблюдать правила. И формулировка «иные действия, подрывающие честный дух этого специального экзамена» лишний раз напоминает о том, что пощады в случае злостного нарушения не будет.

Действия в «серой зоне» слишком рискованны, а потому, думаю, на них не решится даже Рьюен.

— Аянокоджи, у нас новая информация от Шимазаки. Класс Хорикиты почти достиг сектора G8.

Первым на свежий доклад отреагировал Хашимото:

— Ситуация с классом Хорикиты ясна. Что ещё?

— Погоди. Ещё… Коенджи только что переместился в сектор I9.

— Уже I9? Он чертовски быстрый.

Никто, кроме Коенджи, не способен перемещаться по горным тропам с той же скоростью, что и по лесной тропинке.

— Что там с классом Рьюена?

— Да, сейчас спрошу… Шимазаки, где там класс Рьюена?

Хашимото торопил с ответом, но из-за того, что информацию приходилось передавать через посредника, эффективность коммуникации неизбежно страдала, и время уходило впустую.

— Мда… Невозможность напрямую поговорить с командиром оказалась куда более неприятной, чем я думал. – Раздражённо выдохнул Хашимото.

— Экзамен только начался. Сейчас не время для паники. – Пробормотала в ответ Моришита, уже сидевшая на земле и отдыхавшая.

— Это ведь специальный экзамен на необитаемом острове – тут ставки всегда высоки. Если проиграем, то придётся кого-то исключить. Тут кто угодно занервничает.

— Аянокоджи Киётака, конечно, уже высказал иное мнение, но я всё равно считаю, что нам следует исключить тебя, Хашимото Масаёши.

— Эй, хватит уже решать за всех! Аянокоджи, вели ей перестать говорить всякие глупости!

— …

— Э-э, Аянокоджи? Ты же не собираешься приносить меня в жертву? Не собираешься ведь?

— Успокойся. Я этого не сделаю.

— Правда? Тогда что это сейчас была за пауза?

— Я просто ей подыграл.

— Ты… Точно не врёшь?

— Хашимото Масаёши перепугался гораздо сильнее, чем я предполагала.

В ответ Хашимото лишь криво усмехнулся, всем своим видом показывая, как ему надоели постоянные издёвки со стороны Моришиты.

— Класс B, судя по всему, тоже остановился, как и мы. – Передал информацию Такемото.

— Должно быть, они выдохнули с облегчением, когда отдалились от Аянокоджи. Наверняка сидят сейчас, прямо как мы, и обдумывают дальнейшие действия или проводят учения по стрельбе. Надеюсь они нервничают от одной только мысли о том, что мы можем двинуться на запад.

Класс Ичиносе, судя по всему, также остановился.

Я сказал Такемото, что в передаче данных о классе D пока нет никакой необходимости, по крайней мере, если не будет каких-то аномальных перемещений.

Спустя некоторое время командир связался с Шираиши:

— Аянокоджи-кун, есть информация, о которой ты спрашивал.

Шираиши некоторое время продолжала слушать Шимазаки, а затем продолжила:

— Он говорит, что командирам запретили любое общение, как посредством голоса, так и жестов. Кроме того, функция захвата экрана на планшете не работает: если попытаться сделать скриншот, сохраняется лишь полностью черное изображение... Вот что он мне сказал.

— Я, конечно, видел, как ты говорил с Шимазаки перед его уходом… Но ты поручил ему проверить даже такие мелочи? – Удивился Хашимото.

— Я предположил, что роль командира можно использовать иначе, чем это описано в правилах. Но наблюдение оказалось строже, чем я предполагал. Судя по всему, установка такова, что даже находясь в одном помещении они должны вести себя так, словно находятся далеко друг от друга.

— Кроме того, Шимазаки-кун выяснил, что на его карте можно делать личные пометки для каждого GPS-сигнала. Он уже пометил GPS в точке I9, как Коенджи-куна.

— Понятно. Передай Шимазаки мою благодарность и передай ему, чтобы он немедленно связывался с нами, если увидит что-то странное.

В ответ Шираиши коротко кивнула.

Я перевёл взгляд, снял защитные очки и, окинув взором выстроившихся в колонну одноклассников, вышел на видное место с штурмовой винтовкой в руке.

— Как только начнутся события, нам придется много и быстро передвигаться. К тому же, в зависимости от качества припасов, вероятность столкновений будет постепенно расти. Поэтому сейчас мы выделим время и проведём тщательный инструктаж по использованию оружия. А после инструктажа, я хочу, чтобы телохранитель, который наименее всего уверен в своих силах, передал своё оружие одному из VIP-персон. Каждые несколько часов будем меняться: другой телохранитель будет давать оружие другому VIPу. Я хочу, чтобы вы постоянно проводили такую ротацию.

— В каком смысле? Разве VIP-персонам не запрещено пользоваться оружием? А… Вот оно как… - У Тобы на мгновение возникли сомнения, которые тут же были развеяны.

— Именно. Один из способов вычислить вражескую VIP-персону – посмотреть, использует ли он оружие. Вполне вероятно, что при внезапном нападении враги будут в первую очередь целиться в тех, у кого в руках ничего нет.

В таком случае, конечно, мы потеряем одного телохранителя, но зато сохраним в целости VIPа.

— Получается, благодаря этому манёвру противникам будет сложнее определить наших VIP-персон?

— Да. Однако вы должны иметь в виду, что при передаче оружия необходимо вытащить магазин и проверить патронник. Я хочу свести к минимуму риск случайной стрельбы.

— Эм, чего? Патронник?

— Отсек для патрона. Иначе говоря, даже если вытащить магазин, то в оружии всё ещё может оставаться патрон. Позже я проведу тщательный анализ выданных нам оружий, чтобы понять, как они работают, но уже сейчас вы должны взять это в привычку.

Я взял штурмовую винтовку в руки, отсоединил магазин и показал, как проверять патронник. Затем передал оружие Тобе и на практике обучил его этим действиям.

— Ты подозрительно много знаешь об оружии. Да и выглядишь с ним очень уверенно… - Пробормотал Тоба, несколько раз повторив махинацию с магазином.

— Насчёт оружия такого вида меня просветил Иджуин ещё когда я учился в классе Хорикиты. Мы с ним немало общались. Похоже, информация, которая тогда казалось бесполезной теперь принесла плоды.

— Вот оно как... Значит они, наверняка, тоже будут использовать такую стратегию…

Иджуин в самом деле хорошо разбирается в оружии, это факт, вот только он меня никогда этому не учил.

Подобную винтовку я держал в руках только во время культурного фестиваля. Всю же остальную информацию я получил из соответствующих образовательных курсов во время обучения в Белой комнате.

В любом случае, у Тобы нет возможности проверить истинность моих слов, а значит проблем возникнуть не должно.

— В общем, суть я уловил. Значит, когда будет время, стоит потренироваться, да?

Тоба хорош в спорте; помнится, он отлично играл в баскетбол.

Кроме того, у него высокие оценки по физкультуре, так что в бою он может оказаться полезнее других учеников.

Вероятно, он проявляет инициативу и выходит вперед именно потому, что чувствует ответственность и считает, что должен вести остальных за собой.

После этого я основательно взялся за дело: объяснил, как обращаться с оружием, и сделал несколько выстрелов по дереву, чтобы наглядно продемонстрировать траекторию полета шара и его убойную силу.

По-хорошему, стоило бы дать попробовать каждому, но на данном этапе лучше избегать лишней траты боеприпасов.

Всё это время нам поступали доклады от командира.

Прошло ещё десять минут, но ситуация оставалась неизменной: класс Хорикиты, не меняя курса, продолжал движение на север, а два других класса стояли на месте. Судя по всему, они продолжали совещаться и разрабатывать стратегию.

Когда с основами обращения с оружием было более-менее покончено, ко мне подошёл Кито, сжимая в руках свою штурмовую винтовку.

— Хочу уточнить. Ты намерен занять на этом экзамене первое место? Я прав?

— Неожиданно, Кито. Странно слышать от тебя такой вопрос.

— «Игра на выживание» - всего лишь детская забава. Но если ты намерен победить, то я буду выкладываться на полную.

— Аянокоджи ведь поставил на кон собственное исключение. Само собой он намерен победить! – Тут же вмешался Хашимото.

Он, судя по всему, опасался того, что в наших рядах может возникнуть разлад.

— Мы, разумеется, не намерены проигрывать.

Кито подошел, чтобы получить от меня, человека, рискующего исключением, словесное подтверждение намерения победить.

Что за этим стояло? Возможно, он не почувствовал во мне достаточного боевого духа? Или же просто сработала его интуиция?

— Однако своим вопросом ты попал в точку.

Как бы то ни было, мне придётся слегка пересмотреть своё мнение о Кито.

— К сожалению, даже если ты жаждешь занять первое место, то я навряд ли оправдаю твои ожидания.

После моего честного ответа Кито слегка нахмурился.

— Значит ты не уверен в наших силах? – Его и без того пронзительный взгляд стал ещё тяжелее.

— Я не считаю, что победить будет легко, но дело тут не в этом.

Я взял небольшую паузу, чтобы окинуть взглядом всех присутствующих. Разумеется, никто никуда не убежал и все были на месте.

— Думаю, это подходящий момент. Вы, вероятно, посчитаете, что я ухожу от насущных проблем, но я прошу меня выслушать.

Я обратился ко всем одноклассникам, которые с нетерпением ждали, что я отвечу Кито.

— Я считаю, что цель, которую наш класс должен поставить на этом экзамене – занять второе место.

На мгновение повисла мёртвая тишина.

— Второе место? Цель, конечно, неплохая, но почему бы не метить на первое?

Каждый в первую очередь стремится к победе. Это естественный ход мыслей. Вот почему не было ничего удивительного в том, что Шимизу так резко мне возразил.

— Причина здесь только одна. Я намерен уступить первое место классу Ичиносе.

— Ха? В каком таком смысле? Вообще тебя не понимаю.

За исключением Хашимото и Моришиты никто, разумеется, ничего не понимал.

Союз между классами D и С, который мы заключили с Ичиносе.

Если когда о нём и рассказывать, то лучшего времени, чем этот специальный экзамен, пожалуй, не найти.

Более того, жизненно необходимо рассказать о нём именно сейчас.

— Вновь поднять класс С до класса А – задача не из простых. Вы и сами должны это понимать, ведь недавно почти смирились со своим поражением.

Даже услышав неприемлемое заявление о намерении уступить первое место, одноклассники, хоть и были удивлены и сбиты с толку, не потеряли самообладания.

Они решили сперва выслушать меня, а уже потом возражать.

— Я перевёлся к вам в класс с условием, что подниму ваш класс до класса А. Однако обозначенная планка слишком высока. Чтобы достичь её – придется как можно реже проигрывать. И ключ к этой стратегии – класс Ичиносе.

В этот момент лицо Хашимото исказилось. Он не мог сдержать эмоций:

— Постой-постой, Аянокоджи… - Резко вклинился он в мою речь.

Затем, подавшись вперёд, он прошептал мне на ухо:

— Давай лучше не будем начинать этот разговор здесь, а? Момент, как ни крути, не слишком подходящий…

Экзамен, на котором все одноклассники должны работать сообща.

Хашимото считал, что это худшее время для такого разговора.

— Так что там за стратегия такая?

— А, ну это... Эм…

Даже находчивый Хашимото, похоже, не мог сходу придумать удачную отговорку. Его волнение было заметно невооружённым глазом.

Однако я пропустил совет Хашимото мимо ушей и продолжил:

— Суть этой стратегии заключается в союзе с классом Ичиносе.

Вот что я им сказал.

Выражение лица Хашимото уже говорило само за себя, но не менее бурной была реакция и остальных моих одноклассников.

— Стоп… Чего? Какой ещё союз?

Стоя перед толпой своих подопечных, я принялся перечислять плюсы нашего альянса.

Я объяснил, что подобное сотрудничество невозможно с классами A и B, которых нам нужно догонять.

Такой альянс могут заключить только два отстающих класса. И нам очень повезло, что вторым отстающим стал именно класс Ичиносе, ведь они обладают непоколебимым кредитом доверия.

Затем я устно озвучил одноклассникам конкретные условия нашего «контракта».

Суть его такова: когда мы сталкиваемся с экзаменом, где конкурируют все четыре класса, победа уступается тому классу, у которого на данный момент меньше классных баллов, даже если разрыв составляет всего один балл.

И, разумеется, мы предоставляем эту помощь не бесплатно.

Если прямо сейчас мы уступим первое место, то скатимся до класса D. А значит в следующий раз сможем рассчитывать на всецелую поддержку со стороны класса Ичиносе.

— На этом специальном экзамене нашими противниками по умолчанию являются ученики всех прочих классов. Иными словами, нам противостоят почти 120 человек. Однако наличие союзнических отношений переворачивает игру. Стоит ли говорить о том, насколько это окажется полезно.

— Если класс D будет на нашей стороне, то нам придётся сражаться только с классами А и В…

— Одновременно с уменьшением количества противников возрастает количество союзников. Уже только один этот факт приближает нас к победе.

Главное — извлечь из этого альянса максимальную выгоду.

— Как по мне, идея хорошая, — Вмешался Хашимото. — Если мы выложимся на полную, но займём последнее или предпоследнее место – будет очень обидно.  А если получится меньшими силами занять второе, это будет очень кстати. Мы гарантированно сократим разрыв с классами А и В, благодаря чему, в последствии, обгоним их на письменных экзаменах.

При таком раскладе равенство всех четырёх классов станет близко, как никогда.

И пусть перспектива, которую описал Хашимото, была в целом положительна, многие ученики до сих пор не могли переварить услышанное.

Одним лишь взглядом Моришита словно говорила: «Зря».

Судя по всему, она разделяла мнение Хашимото по этом вопросу.

— Раз ты заговорил о союзе только сейчас, значит за кулисами он готовился уже давно?

То, как я отвечу на этот вопрос, имеет решающее значение.

Легче всего сказать, что заключение союза неизбежно. Но это не рациональное решение.

— Можно сказать, что предварительное соглашение достигнуто. Они настроены с энтузиазмом.

— Ещё бы. Без нашей помощи у них нет ни единого шанса подняться.

Этот ответ основывался не просто на пренебрежении к классу D, а на объективной оценке всех прошлых событий.

И так считал не только острый на язык Матоба, но и большинство из здесь присутствующих.

— Прямо сейчас мы можем отказаться от заключения сделки, но вы должны понимать, что отношениями нельзя управлять, как выключателем. Если мы откажемся, то класс D уже никогда не станет с нами сотрудничать. Более того, возникнет пусть и небольшой, но риск того, что они объединятся с классом A или B. Вы должны быть готовы к таким последствиям.

— Звучит как абсолютный произвол.

Было вполне ожидаемо, что меня решат обвинить в самостоятельном решении судьбы класса. Матоба был настолько поражен моими словами, что на мгновение лишился дара речи.

Воспользовавшись этой заминкой, высказаться решила Мотодой:

— Позвольте мне тоже сказать. Нам обязательно решать это прямо сейчас? Ситуация сейчас совсем не располагает к спорам. Да, текущий специальный экзамен не из простых… Но отказываться от борьбы за первое место только ради туманной поддержки в будущем? Я с этим не согласна. И дело тут не в том, что я желаю классу D поражения. Просто мне совершенно не хочется своими собственными руками выбрасывать на ветер шансы на победу.

— Полностью согласен. По сути, ты предлагаешь выслужиться перед ними, преподнеся победу на блюдечке? А ведь это, вообще-то, мы выше них в рейтинге классов.

Хотя он и избегал прямых формулировок, смысл читался ясно: если кто и должен идти на уступки, то только класс D.

И такие эмоции испытывал сейчас не один Матоба, но и многие другие одноклассники.

— Ты подкинул нам настоящую бомбу замедленного действия, и выбрал же момент — как раз, когда начался этот неспокойный экзамен. Да и то, что Хашимото так активно за эту идею, честно говоря, попахивает сговором.

Взгляд Моришиты сменился на самодовольный: мол, «Ну вот, я же говорила».

В обычной ситуации Хашимото скорее отнесся бы к такому с подозрением, но сейчас он без задней мысли поддержал идею союза.

Единственным возможным объяснением этому было то, что он знал обо всём заранее, и это вызывало очевидное недовольство со стороны одноклассников.

Осознав свою ошибку, Хашимото молча поднял взгляд к небу.

— Может, казним его?

— Нет необходимости.

Я не собирался упрекать Хашимото за его слова и действия, да и раздражения они у меня не вызывали. Напротив, я считал, что это добавило разговору необходимой остроты.

— Как бы то ни было, мы не можем заключить союз за один короткий разговор. Это просто невозможно. Но при том я и отвергать это предложение с порога не хочу. Нам нужно время, чтобы всё обдумать, так что давайте отложим обсуждение до конца специального экзамена.

Судя по тому, что другие ученики не стали возражать против слов Матобы, дальнейшие попытки убеждения были бы пустой тратой времени.

Прямо сейчас нет больше никакого смысла упорствовать.

Их негативная оценка альянса может в одночасье смениться на 180 градусов. Необходимо лишь заставить их поверить в то, что вещи, которые они считали необязательными, на самом деле им необходимы.

И этот разговор стал важным шагом к этой цели.

— Извините, что внезапно поднял эту тему. Как правильно заметил Матоба и остальные, давайте вернёмся к обсуждению союза уже после окончания специального экзамена. Пока что можете считать, что ничего не было.

Я сдал назад и Матоба, который всё это время был заметно напряжён, наконец, облегчённо выдохнул.

И в этот самый момент...

Подул легкий ветерок. Зашумели кроны деревьев.

Одновременно с этим я уловил вдалеке едва различимые посторонние звуки. Судя по всему, больше никто из присутствующих ничего не заметил.

И их нельзя было в этом винить.

Совсем недавно они получили информацию от Шимазаки о том, что на данный момент они находятся в абсолютной безопасности.

В глубине души никому из них не хотелось вступать в бойню в самом начале экзамена. И это чувство породило беспечность.

— Хашимото.

— М?

Почувствовав резкую перемену в моем поведении, Хашимото удивленно склонил голову.

Мой взгляд был устремлён дальше Хашимото, дальше арьергарда — вглубь леса, где видимость была почти нулевой.

— Немедленно убегайте! Сейчас же!

— А? О чём ты...

В следующее мгновение всё вокруг словно вскипело.

Казалось, будто кто-то взял телевизор с выключенным звуком и одним движением выкрутил громкость на максимум.

— Вот они! Стреляйте, стреляйте, стреляйте!

— Это класс C! Валите их!

— Вперёд, вперёд, вперёд!

Из леса доносилось множество криков.

Я не мог разобрать, кому именно принадлежат голоса, но одно было точно: кричали не парни и девушки нашего класса C.

В мгновение ока из-за деревьев показались силуэты.

Одновременно с этим, нет, даже раньше, чем я их увидел, в глаза ударил дождь из шариков с краской.

Точнее будет сказать – настоящий горизонтальный ливень.

Стрелявшие определённо точно не целились. Они уповали на то, что их шторм из пуль будет задевать врагов сам собой.

Больше половины снарядов угодили в стволы вековых деревьев, послуживших естественным укрытием, но оставшиеся всё же настигли учеников класса C.

Один из шариков с треском врезался в плечо стоявшего в самом конце Моришиге. Сам он, с застывшим на лице выражением ошеломления, ещё не успел осознать, что именно произошло.

Сразу следом снаряд ударил в поясницу Мотодой, и от боли и неожиданности она тихо вскрикнула.

С этого момента началась настоящая паника.

Одни, осознав нападение, пытались вскинуть оружие, но тут же оказывались покрыты краской с ног до головы.

Другие в попытке сбежать роняли оружие или, вспомнив об оставленных у ног рюкзаках, поворачивали назад и попадали под шквальный огонь.

С момента начала атаки прошло всего несколько секунд, но потери в задних рядах росли с пугающей скоростью.

Наконец показались враги, и стало ясно, какой класс устроил эту засаду. Но сейчас у нас не было времени это обсуждать.

— Вещи! Бросайте вещи! Бегите, просто бегите! — Кричал Хашимото одноклассникам, отчаянно размахивая руками и призывая всех двигаться. — Мы даже не знаем, сколько их! Сейчас надо бежать! Уходите отсюда!

Хашимото срывал голос, повторяя одно и то же, но его призывы тонули в визге перепуганных учеников и всеобщем хаосе.

— Кито.

Я собирался отдать приказ Кито, находившемуся в арьергарде, но, похоже, в подробных объяснениях нужды не было.

Стоило нам встретиться взглядами на мгновение, как он тут же начал действовать. Его мозг, или, может быть, само его тело, мгновенно осознало критичность ситуации.

Если весь класс C просто повернётся спиной и бросится наутёк, это лишь приведет к напрасным жертвам. Единственный выход в такой ситуации — оставить несколько человек здесь, чтобы задержать врага.

Кито тут же нырнул в укрытие за ближайшим массивным деревом и перешел в контратаку. В его движениях и смелости не было и намёка на то, что он еще ни разу не стрелял в реальном бою.

Где-то в глубине леса запищала сигнализация на чьих-то часах. Должно быть, он вывел из игры одного из противников.

Враги, наступавшие лишь за счет внезапности атаки, впервые столкнулись с сопротивлением и были вынуждены искать укрытия за деревьями.

Вдохновленные молниеносной реакцией Кито, Мачида и ещё несколько парней тоже успели, пусть и с запозданием, занять позиции и открыли беспорядочный ответный огонь, не имея времени на прицеливание.

— Оставим всё на Кито и остальных. Отступаем! – Отдал я приказ авангарду, который ещё не успел понести потерь.

Шираиши и Хашимото, хоть и были в панике, тут же бросились следом за мной.

Яростные крики, вопли ужаса и звуки выстрелов пейнтбольных ружей... Оставив эту канонаду за спиной, я бежал впереди, прокладывая путь через лес.

Пробираясь сквозь листву, я кое-что понял.

Посреди нетронутой дикой природы кое-где были проложены, пусть и примитивные, узкие искусственные тропы, чтобы облегчить передвижение людей.

Возможно, в будущем этот необитаемый остров планируют как-то осваивать.

Тем не менее, терять бдительность было нельзя.

Стоит сделать лишь шаг в сторону с тропы, и ты тут же окажешься в непролазной чаще.

Если мы не рискнем заработать пару ссадин во время бегства, то непременно получим пару пуль в спину.