3%

3%

S.

Площадь ожога меряется ладонями. Ладонь взрослого человека – это, примерно, один процент от площади тела. Это история о дружбе, алкоголизме и кризисе среднего возраста. Главного героя нужно судить по всей строгости, делая скидку только на пол.

Откуда берутся друзья?

Откуда в нашей жизни появляются друзья? Ну, вот поиграл ты с кем-то в детстве и что? Это друг или не друг? А если два раза поиграл? А если вы вместе лезли по отвесному песчанику, выбивали отверткой имена, потом один из вас сорвался с 7 метровой высоты, а потом второй полетел следом и вы курили, вспоминали кто что кричал, смеялись. Это же друг на всю жизнь, да?

Мы проходим по жизни через разные институты: дет. сад, школу, ВУЗ. Где-то находим друзей, где-то нет. Друг появляется там, в среде. В среде, где вы вместе существуете, становится вам ближе от событий, которые вы преодолеваете. И он настоящий, если среды больше нет, а общение осталось. Это мнение автора и я пишу про мужскую дружбу, т.к. в дружбу между мужчиной и женщиной я до сих пор не верю, а женщиной я не родился.

«Куда, куда вы удалились. Весны моей златые дни?»

Институтские друзья – это худощавые парни, которые мнят себя мужчинами. Они раздерганные с живыми глазами, считающие себя цельными и, может, сложнее, чем на самом деле являются. Вы притираетесь друг к другу первые курсы. Образуете пары, тройки, четверки. И доходите до момента, мне кажется, в каждой ВУЗе он существует, который называется «экватор». Это значит, что вы прошли половину пути, осталось всего лишь половина. Поднимем бокалы!

Тотал

В своей жизни я бывало, тут улыбнёмся, напивался в тотал. Тотал – это когда ты уже не воспринимаешь действительность, когда кадр изображения приходит раз в несколько секунд и он ещё сжат каким-то фильтром, ничего не понять. С возрастом у тебя появляются обязательства следующего дня, больший вес, обильнее закуска, но…

Крутое пике

Вот вы закончили ВУЗ, разбежались кто куда, но видится, не перестали. Есть кто-то, кто собирает всех или осталась тяга видеть друг друга. И вот вы стоите все разные, за забором участка, в лесу рядом с речкой. Кто-то успешнее, кто-то менее. Может быть там, вообще, левые люди не связанные с вашим братством. Зачем они? Наладка связей, видимо. Человек, который пригодится тому, кто его привез.

Ок. Кто за столом? Директора, начальники отделений, КБ и только два «айтишника». Нам нужны имена? Не думаю. Но мы назовём некоторых: Игорь, Миша, Женя и Лёша. Это мои одногруппники. Отцу первого принадлежит дом, в котором мы сидим и по случаю его дня рождения мы собрались. Второй, мой верный товарищ, с которым мы отдаляемся. Третий, привёл меня в специальность, у нас немного общего. Четвертый, приехал вместе со мной и может это он главный герой? Мы забегаем вперёд.

Мы прибыли последние. За стол! Сразу с дороги. В ход пошёл эликсир сближения народов. Две стопки подряд. По горлу тепло. Пару уколов выбранной жертве, улыбки. Все стали роднее, переходим на вторую. Кто-то сачкует и пьёт пиво, кинем и ему туда стопку…

Замрём. Мы смотрим на всех и пытаемся выстроить пирамиду. Кто-то больше зарабатывает? Возможно. Кто-то, возможно, успешнее? Может быть. У кого-то красивее жена? Ну, это враки. Давайте подметим недостаток – зависть. Никого не красит.

…бултых! Вторая в помойке. На воздух срочно!

Мы вываливаемся в залитый солнцем октябрь, тепло и свежо, лес только-только начал умирать и желтые листья ещё желтее на солнце. Просим в гараж! Здесь кикер, два квадрацикла, мотик и куча требухи. Не будем торопиться. Шлифуем пивом и битва «два на два». У тех, кто не делал «даунгрейд» с крепких напитков получается лучше. Кто б сомневался.

Лёгкий туман надвигается на голову, я чувствую опасность. Ремарка. Я был в завязке, с парнями мы пьём после большого перерыва. Может быть несколько лет? Не важно. Это было моё решение, думаю, сейчас это можно обозвать как ЗОЖ. У меня двое детей. Нас тут таких двое. Но почему-то я включаю контроль. Конец ремарки.

Опасность! У Игоря в руках ключи от мотика, двигатель заводится с рёвом и выкручивается до семи тысяч. Он прыгает на него с полулёта и юзом, чуть сносит меня, уронив мотик и ещё не выехав из гаража. Стоп! Какого? Много голосов, улыбки, хохот. Я отбираю ключи и кладу их в карман. Запомним этот момент. Обнимемся. Брат, давай без риска.

Опять пиво. Я слетаю с катушек, мне хочется водки. И не какой-то, а именно из магазина в поселке. Мне кажется я трезв. Ну, мне кажется.

– Что там с квадриками, братиш? – ситуация развивается слишком стремительно.

На одном квадрике уже двое, за рулём Миша. Ключи от второго у меня в руке. Как эта хрень заводится? Не вижу куда вставлять. А-а, всё понятно. Рёв мотора и канадский стодвадцати сильный квадрик благодарно принимает меня в седло. Вариатор послушло переходит в «R» и я рывками освобождаюсь от гаража. Хоп! И я уже тоже не один, Лёха садится за мной. «D», полный газ!

За секунду до конца

Квадрик рвёт как сумасшедший. Все четыре колеса рызрывают просёлочную дорогу. Он взлетает на кочках, падает вниз, крушит тонкий ледок, который только-только нарос за ночь. Мы летим из деревни в посёлок. Какой-то грузовик завяз на мосту и перегородил дорогу – это ерунда, нам хватит метра ширины и ступенька раз плюнуть. Ветер в лицо, очень холодный и отрезвляющий. Газ долго не подержишь, скорость на грани. Какая мысль в моей голове? Это не моя жизнь, сзади человек. Мы едем очень быстро, но мои мышцы сталь, а взгляд напряжён. Кстати, а где шлем? В гараже.

Мы на горе. Печальная новость у нас нет документов на транспорт и мы пьяны, нас повяжут у магазина. Ок, не судьба. Есть и хорошая – у Игоря не может не быть водки. Обратно! Но сначала к реке, которая больше. Мы летим ещё быстрее, газ в пол. Стоп. Малый. Люди. Женщина с коляской. Всё. Полный! В пол! Несколько минут у реки. Какой-то нелепый рассказ о реке тому, кто первый раз её видит. Чёрная вода быстро уносит белую пену. Хороший день, хорошая погода. Обратно! Минутку. Меня просят уступить. Хорошо.

Почти конец

Поехали. Кладу руку на плечо.

– Потише, там люди! – опять она, с коляской.

Всё давим! Четыре метра, широкая дорога, недалеко до дома. Как красиво светит солнце! Второй квадрик обходит нас на скорости. Ха-ха. Мой пилот поворачивает голову к ним налево и произносит с улыбкой что-то матное. Наш квадрик резко ускоряется, меняет траекторию, мои зрачки увеличиваются… Столб! Блядь!

Мгновенная остановка до нуля. Смазанная картинка полёта. Темнота. Резкая боль. Раз Миссисипи, два Миссисипи… Воздух! Верните! Три Миссисипи. Вдох! Живой… но не весь. Твёрдая осенняя грязь приняла моё тело. Колени? Перелом? Вроде, нет. Сколько я пролетел? Метров десять, не больше.

– Пилот, ты жив? – вижу лицо в крови.

Живой, матерится. Квадрик в дугу, красота. Что с лицом? ЧМТ? Хрен тут поймешь. Надо его в больничку. Отказывается. Ок. Хорошо, что живой. Могу идти? Вроде, ходится. Почёпали за подмогой.

Скомканный эпилог

Ещё три бутылки водки. Возврат ключей от мотика. Буксировка квадрика с заклиневшей коробкой. Братания. Бессмысленный поход в сауну. Чехарда со светом. Скользкий пол. Падение в печку боком.

Подметим недостаток – нет чувства меры.

Совсем конец

Я просыпаюсь в темноте и мозг включается в игру. Почему я голый? Почему так больно? На все вопросы будут найдены ответы, но я ещё не знаю, что больно будет 2 недели. Не виню себя, кажется, это была случайность.