3/?

Следующее утро.

Тэхён сидел, уставившись в экран. В списке донатов за последнюю трансляцию горело имя: «Благоверный».

— Благоверный? — переспросил Чимин, когда Тэхён показал ему телефон. — Это вообще имя?

— Это ник, — ответил Тэхён. — Но звучит… странно. Как будто из прошлого века.

Чимин нахмурился, разглядывая экран:

— Это не просто случайное слово. «Благоверный» — это то, как в старых текстах называли мужа или супруга. Верный, преданный. Это очень личное. Очень интимное.

— Или это просто какой-то романтик, — пожал плечами Тэхён, но внутри всё сжалось. Слово «благоверный» звучало слишком… серьёзно. Слишком взросло.

— Или это человек, который видит в тебе что-то большее, чем просто стримера, — добавил Чимин. — Он не просто зритель. Он тебя обожествляет. Словно ты — его религия.

Тэхён почувствовал, как по спине пробежал холодок.

— Мы должны узнать, кто он, — сказал он твёрдо.

2 неделя поиска.

Чимин зарылся в форумы, социальные сети, базы данных. Он вбивал «Благоверный» во все возможные поисковики, перерывал старые чаты, искал упоминания.

— В интернете тысячи «Благоверных», — сказал он через три дня. — Это популярный ник среди старшего поколения. Люди пятидесяти+, которые только осваивают интернет.

— Значит, он может быть старше меня? — спросил Тэхён.

— Или просто любит старые слова. — Чимин развернул экран. — Я нашёл его на одном старом форуме. Он писал там лет пять назад. Тоже под ником «Благоверный». Он задавал вопросы про преподавание. Про работу с детьми.

— Преподавание? — Тэхён подался вперёд.

— Да. Он спрашивал, как найти общий язык с подростками. Как завоевать их доверие. — Чимин взглянул на Тэхёна. — Это может быть педагог. Или просто кто-то, кто работает с молодёжью.

Тэхён замолчал. Преподаватель. Кто-то, кто работает с подростками. Как раз его возрастная группа.

— Это может быть кто-то из универа, — тихо сказал он. — Кто-то, кто видит меня каждый день.

— Или просто учитель из школы, — добавил Чимин. — Но это уже сужает круг.

3 Неделя поиска.

Они начали искать «Благоверного» в реальной жизни. Тэхён стал всматриваться в лица своих преподавателей, в сотрудников университета. Он искал взгляд, который задерживался на нём дольше обычного. Он слушал голоса — не тот ли это хриплый шёпот, который он слышал в своих фантазиях?

Но никто не подходил. Преподаватели были слишком молодыми или слишком старыми. Сотрудники — слишком занятыми. Никто не смотрел на него с тем особым, интимным теплом, которое он чувствовал в донатах.

— Может, он не из универа? — предположил Чимин. — Может, он просто живёт рядом и работает в офисе?

— Но он писал про преподавание, — напомнил Тэхён. — Он спрашивал, как работать с подростками. Это не случайность.

— Или он просто врёт, чтобы скрыть свою личность, — пожал плечами Чимин.

Тэхён устало провёл рукой по лицу:

— Мы никогда его не найдём.

4 Неделя поиска.

Чимин решил копать глубже. Он проверил историю платежей «Благоверного».

— Он не пользуется криптовалютой, — сказал он. — Он платит через обычную банковскую карту. Но система скрывает данные. У меня есть только первые и последние четыре цифры.

— И что это даёт?

— Банк, — ответил Чимин. — Первые цифры указывают на банк. Он пользуется одним из крупных банков. Но это ничего не даёт — миллионы людей пользуются тем же банком.

— А время платежей?

— Вечером. Всегда вечером. После девяти. Иногда до полуночи. Он не пропускает ни одной трансляции. — Чимин взглянул на Тэхёна. — Он зависим от тебя, Тэхён. Это не просто симпатия. Это одержимость.

Тэхён почувствовал, как внутри всё перевернулось. Одержимость. Это слово звучало одновременно пугающе и притягательно.

6 Неделя поиска.

Случайность произошла через полтора месяца.

Тэхён и Чимин сидели в кафе, когда Тэхён случайно взглянул на телефон. Пришло уведомление: «Благоверный прислал подарок» — даже вне трансляции. Чимин выхватил телефон из его рук и быстро открыл лог.

— Он не выключил геолокацию, — сказал Чимин, вглядываясь в экран. — Смотри. Здесь отмечено примерное место отправки.

Он повернул экран к Тэхёну. На карте была отмечена точка в центре города. Там, где находился их университет.

— Он рядом с универом, — прошептал Тэхён. — Он работает здесь.

— Или учится, — добавил Чимин. — Но мы не знаем, кто он.

— Мы знаем его ник. Мы знаем его банк. Мы знаем, что он работает или учится в центре. — Тэхён встал. — Мы найдём его.

8 Неделя поиска.

Прошло два месяца. Тэхён сидел на кровати, глядя в стену. Чимин сидел рядом, держа в руках пустой блокнот, исписанный их догадками и зацепками.

— У нас есть только его ник, — сказал Тэхён тихо. — Мы знаем, что его зовут... никак. Мы даже не знаем его имени. Только «Благоверный». И то, что он работает рядом с универом.

— Это всё, — подтвердил Чимин. — И это ничего не даёт. В центре работают сотни человек. Это может быть преподаватель, сотрудник, охранник, уборщик. Кто угодно.

— И он не хочет, чтобы его нашли. Он намеренно скрывается. — Тэхён усмехнулся. — Благоверный. Преданный. Верный. Он дал себе это имя, потому что хочет быть верным мне. Но он не хочет, чтобы я знал, кто он.

Чимин посмотрел на него с сочувствием:

— Может, он покажется, когда будет готов?

Тэхён долго молчал. Потом сказал:

— Или он никогда не будет готов. И я никогда не узнаю, кто смотрит на меня каждую ночь.

Он взял телефон и открыл профиль. Ник «Благоверный» горел в списке донатов. Только ник. Больше ничего.

— Я хочу знать, кто ты, — прошептал он в темноту. — Я хочу видеть твоё лицо. Я хочу слышать твой голос. Но ты молчишь.

Телефон не ответил.

10 неделя.

Через два с половиной месяца Тэхён шёл по коридору университета и споткнулся. Кто-то подхватил его за локоть, не давая упасть.

— Осторожнее, — сказал низкий, хриплый голос.

Тэхён поднял глаза. Перед ним стоял мужчина в строгом пиджаке. Преподаватель, которого он видел на парах, но никогда не замечал. Тот самый — с тёмными, серьёзными глазами и идеальной осанкой.

— С вами всё в порядке? — спросил мужчина, отпуская его локоть.

Тэхён замер. Голос. Этот голос... он звучал так, как он всегда представлял Благоверного. Хриплый. Низкий. Тёплый.

— Я... да, — выдавил он. — Спасибо.

Преподаватель кивнул и пошёл дальше. Тэхён смотрел ему вслед. Сердце колотилось где-то в горле.

Он достал телефон и написал Чимину:

- Я, кажется, нашёл его. Или я схожу с ума

Чимин ответил через минуту:

-Кто он?

Тэхён посмотрел на удаляющуюся фигуру и вбил в поиск: «Чон Чонгук, преподаватель»

- Я знаю, кто он -Чон Чонгук. Преподаватель. И он был рядом всё это время

ᅠᅠ ᅠᅠ ᅠᅠ***

— Ты не можешь сидеть дома вечно, — сказал Чимин, стоя над Тэхёном с телефоном в руке. — Ты уже две недели не выходил никуда, кроме универа. Ты превратился в затворника.

Тэхён не отрываясь смотрел в экран:

— Я ищу его.

— Ты ищешь его уже три месяца. И ничего не нашёл. — Чимин выхватил телефон из рук друга. — Сегодня мы идём в клуб. Ты отдохнёшь, выпьешь, потанцуешь. И, возможно, перестанешь думать о «Благоверном» хотя бы на одну ночь.

Тэхён хотел возразить, но Чимин уже кинул ему на кровать чёрную рубашку:

— Одевайся. Через час выходим.

Они ехали в такси по вечернему городу. За окном мелькали огни, неоновые вывески, силуэты прохожих. Тэхён смотрел в окно и молчал. Чимин крутил в руках телефон, изучая карту клубов.

— Я выбрал «ND2», — сказал он. — Говорят, там лучшая музыка и самый безумный народ.

— Я не хочу никуда идти, — пробормотал Тэхён.

— Знаю. Поэтому мы идём.

Такси остановилось у высокого здания с тёмным фасадом. Над входом горела неоновая вывеска — «ND2». Из-за дверей доносился глухой, ритмичный бас, который чувствовался даже на улице.

Чимин хлопнул Тэхёна по плечу:

— Погнали. Забудь про «Благоверного». Хотя бы на пару часов.

Они вошли, и Тэхёна накрыло волной звука, света и запахов. Бас бил прямо в грудь, синхронизируясь с сердцебиением. Воздух был плотным, тёплым, пропитанным духами, потом и алкоголем.

Зал тонул в полумраке. Лишь лазерные лучи прорезали темноту, выхватывая из неё то танцующее тело, то край стойки, то чью-то улыбку. В центре возвышалась сцена, на которой диджей крутил треки, и от его пульта исходили волны вибрации.

Толпа была плотной. Люди двигались в едином ритме — поднимали руки, закрывали глаза, качались из стороны в сторону. Кто-то стоял у стены с бокалами в руках и наблюдал. Кто-то смеялся в тёмных углах. Кто-то целовался прямо на танцполе.

Тэхён на мгновение замер, чувствуя, как ритм вливается в его кровь. Несмотря на всё сопротивление, внутри отозвалась знакомая вибрация. Тело помнило, как танцевать. Как отпускать себя.

Чимин уже пробивался к бару, лавируя между людьми. Он обернулся и крикнул:

— Я возьму нам выпить! А ты пока ищи место!

Чимин исчез за стойкой, а Тэхён остался стоять в центре толпы.

Звук окутывал со всех сторон. Колонки работали на пределе — низкие частоты заставляли вибрировать ноги и грудную клетку. Ритм был быстрым, агрессивным, но при этом в нём чувствовалась какая-то тягучая плавность. Треки сменяли друг друга, переходя от техно к хаусу, от хауса к ритмичному поп-ремиксу.

Лазеры метались по залу, выхватывая лица танцующих: чьи-то глаза сверкали в темноте, чьи-то улыбки были пьяными и расслабленными. Свет отражался от блестящих топов, от цепочек на шеях, от влажных от пота тел.

Запах был густым, опьяняющим. Парфюм смешивался с запахом алкоголя и пота. Где-то чувствовался кокосовый аромат свечей, где-то — ментоловый дым от электронных сигарет.

Официанты скользили между столиками, держа подносы с бокалами и бутылками. Их лица были серьёзными, сосредоточенными — они не замечали хаоса вокруг, работая на автомате.

Тэхён шагнул в центр танцпола. Толпа расступилась и тут же сомкнулась за ним, принимая его в своё движение. Кто-то коснулся его плеча — он не обернулся. Ритм уже заполнил его тело.

Он закрыл глаза и позволил себе двигаться. Бас — в ногах, свет — на коже, гул — в груди. Каждый удар был ударом сердца клуба. Он поднял руки, раскачиваясь в такт, чувствуя, как напряжение последних недель начинает отпускать.

Рядом танцевал высокий парень с короткой стрижкой и завязанными глазами — он был в каком-то своём мире. Слева девушка в блестящем топе смеялась, запрокинув голову, и её смех тонул в музыке. Справа — двое парней слились в медленном, интимном танце, не замечая никого вокруг.

Кто-то из толпы закричал, когда диджей включил новый трек — знакомый, любимый всеми. Толпа взорвалась одобрительными криками. Руки взметнулись вверх, и зал задвигался единым организмом.

Тэхён поймал себя на мысли, что ему хорошо. Впервые за долгое время он не думал о «Благоверном». Не искал в толпе знакомое лицо. Не прислушивался к голосам. Он просто был здесь и сейчас.

Чимин нашёл его через пятнадцать минут, уже с двумя бокалами в руках. Он протянул один Тэхёну и крикнул, перекрывая музыку:

— Ну что, отпустило?

Тэхён взял бокал, сделал глоток — терпкий, сладкий коктейль обжёг горло.

— Почти, — ответил он с лёгкой улыбкой.

Он повернулся к барной стойке, прижимаясь спиной к её тёплому боку, когда Чимин вдруг замер, глядя куда-то через плечо Тэхёна.

— Не оборачивайся, — сказал Чимин, стараясь говорить непринуждённо, но его голос выдал напряжение. — Там, в углу, за дальним столиком… мужик. Чёрный костюм. Смотрит только на тебя.

Тэхён почувствовал, как внутри что-то ёкнуло. Он медленно, будто нехотя, повернул голову в ту сторону.

Дальний угол тонул в полумраке. Единственный источник света там — слабая неоновая подсветка над столиком, выхватывающая силуэт. Мужчина сидел неподвижно, словно статуя. Чёрный костюм сидел на нём безупречно — дорогой, строгий, совершенно неуместный в этом клубе с его развратной, дышащей свободой атмосферой. В одной руке он держал стакан с янтарной жидкостью, но не пил. Он просто смотрел.

На Тэхёна.

Взгляд был тяжёлым, изучающим. Не наглым, не пошлым — скорее… голодным. Как будто он не просто смотрел, а впитывал каждое движение Тэхёна, каждый изгиб тела, каждый жест. Тэхён чувствовал его даже кожей, даже сквозь гул музыки.

А рядом с мужчиной, прямо у его столика, тёрлась девушка.

Она была потрясающей — длинные светлые волосы струились по обнажённым плечам, короткое платье сияло пайетками и почти ничего не скрывало. Она танцевала буквально перед ним, изгибаясь, запрокидывая голову, касаясь пальцами собственной шеи. Она была живым воплощением соблазна — её бёдра двигались в такт музыке, её глаза были полузакрыты, а на губах играла уверенная, хищная улыбка.

Она явно хотела его внимания. Она наклонялась ближе, касалась его столика, почти садилась ему на колени. Её тело говорило: «Я здесь. Я хочу тебя. Посмотри на меня».

Но мужчина не смотрел на неё.

Ни разу.

Он смотрел только на Тэхёна.

Девушка нахмурилась, заметив, куда устремлён его взгляд. Она проследила за ним — и увидела Тэхёна. В её глазах мелькнула смесь удивления и раздражения. Она окинула Тэхёна быстрым, оценивающим взглядом и фыркнула. Но мужчина даже не пошевелился. Она ещё раз качнула бёдрами, провела рукой по его плечу — он не отреагировал.

Тогда она раздражённо отстранилась, поправила платье и исчезла в толпе, бросив на прощание ещё один злой взгляд в сторону Тэхёна.

А мужчина так и сидел, не сводя с него глаз. Его лицо всё ещё было в тени, но Тэхён мог разглядеть очертания челюсти, тёмные глаза, блеск часов на запястье — дорогих, чёрных, почти незаметных в полумраке.

Тэхён вдруг почувствовал странное напряжение, сжавшее грудную клетку. Кто этот человек? Почему он игнорирует такую девушку, чтобы смотреть на него? И почему это одновременно пугает и возбуждает?

Чимин проследил за его взглядом и присвистнул:

— Чёрт… Он даже на неё не посмотрел. Она же модель, а он смотрит на тебя. У тебя серьёзный конкурент.

— Прекрати, — пробормотал Тэхён, но сердце колотилось где-то в горле.

— А ты знаешь его? — спросил Чимин, прищурившись. — Это твой «Благоверный»?

Тэхён не ответил. Он пытался разглядеть лицо человека в тени, но свет лизнул столик, и в этот момент мужчина встал. Медленно, плавно, как будто нехотя. Он поправил пиджак, поставил стакан на стол и направился к выходу.

Но перед тем как исчезнуть за дверью, он на мгновение обернулся. Прямо на Тэхёна.

Их взгляды встретились.

В тусклом свете прихожей Тэхён успел увидеть тёмные, серьёзные глаза, жёсткую линию губ, высокие скулы, идеально выбритый подбородок. И что-то в этом лице показалось ему смутно знакомым.

А потом дверь закрылась, и мужчина исчез.

Тэхён стоял, не в силах пошевелиться. В ушах всё ещё гудела музыка. В груди — чужой взгляд, который он не мог забыть.

— Это был он? — спросил Чимин. — Ты видел его лицо?

— Нет, — соврал Тэхён. — Но я узнаю его, если увижу снова.

Он знал это точно.