28 апреля 960 года

(30 день 3 луны 4 года девиза правления Тэнтоку)

При дворе императора Мураками на территории Павильона чистой прохлады Сэйрёдэн 清涼殿, одной из построек дворцового комплекса, состоялся поэтический турнир-утаавасэ 歌合, вошедший в историю как «Придворный поэтический турнир Тэнтоку» 天徳内裏歌合 (яп. тэнтоку дайри утаавасэ) или «Поэтический турнир четвёртого года Тэнтоку». Приготовления к нему начались за месяц до события. Изысканность, которую продемонстрировали участники при выборе одеяний, бумаги для записи стихотворений, а также других необходимых атрибутов подобных придворных мероприятий, вроде макетов пейзажей сухама 州浜, помещавшихся на специальные подставки в качестве украшения места и дополнения текстуального пространства поэтического произведения предметом искусства, равно как и сами стихотворения, позволили высоко оценить турнир представителям придворного сообщества из окружения Мураками и закрепить его в качестве образцового утаавасэ для дальнейшей традиции.

Официальным организатором турнира выступил император. Главным судьёй утаавасэ, определявшим победителя в каждом из двадцати раундов, на протяжении которых Левая и Правая команды состязались в умении складывать стихотворения-вака (танка) на заданные заранее озвученные темы, был Левый министр Фудзивара-но Санэёри 藤原実頼. Его помощником был назначен Старший государственный советник Минамото-но Такаакира 源高明, а чтецами-кодзи 講師, озвучивавшими стихи команд, стали сановники Минамото-но Нобумицу  源延光 и Минамото-но Хиромаса 源博雅. Помимо них, в действе также участвовали придворные дамы-нёбо 女房, выполнявшие роль ассистенток-катаудо 方人, музыканты и слуги. Среди поэтов и поэтесс, разбитых на две команды, были принцы и принцессы, а также представители родов Фудзивара, Минамото, Тайра, Онакатоми, Саканоуэ и других. Каждый из двадцати раундов турнира состоял из поочерёдного озвучивания чтецом стихотворения одного из участников команд на определённую тему и вынесения судейского вердикта.

Темы, отобранные для утаавасэ, были следующими: туманная дымка 霞 (яп. касуми), соловей 鶯 (яп. угуису; тема второго и третьего раундов), ива 柳 (яп. янаги), сакура 桜 (раунды 5 – 7), ямабуки 山吹, глициния 藤 (яп. фудзи), поздняя весна 暮春 (яп. босюн), раннее лето 首夏 (яп. сюка), цветы унохана 卯花, кукушка 郭公 (яп. хототогису, раунды 13 и 14), летняя трава 夏草 (яп. нацугуса) и любовь. Стихотворениям любовной тематики были отведены последние пять раундов турнира. Действо началось с небольшим опозданием – во дворец не сумели вовремя доставить живописный макет, подготовленный для Левой команды, из-за чего основная часть утаавасэ завершалась уже в ночное время. Победительницей турнира была признана Левая команда во главе с придворным советником Фудзивара-но Асатада. Её удалось одержать верх в десяти раундах, ещё в пяти Фудзивара-но Санэёри посчитал невоззможным определить победителя и присудил ничью, а стихотворения про иву, глицинию, унохана и любовь лучше удались Правой команде, выигравшей пять раундов. По завершении основной части утаавасэ придворные чиновники и дамы из северных покоев развлекались музыкой и винопитием и завершили поэтическое собрание лишь на рассвете.

«Придворный поэтический турнир Тэнтоку», несмотря на статус образцового утаавасэ, закреплённого за ним в богатой традиции утаавасэ, которых только в период Хэйан, как пишет И.А. Боронина, насчитывалось 328, не обошелся без заминок. Он начался с задержкой, но и во время озвучивания стихотворений были допущены некоторые ошибки. Так, например, Минамото-но Хиромаса, чтец от Правой команды, перепутал стихотворения и вместо вака про соловья прочёл стихи про иву. Придворные дамы пришли ему на выручку и передали бумагу с нужным стихотворением, и со второй попытки он его всё же озвучил, но от стыда побледнел, а также утратил уверенность голоса, дрожавшего до конца турнира.

Также известно, что Мураками, по крайней мере в одном из раундов, повлиял на судейский вердикт, хотя на итоги всего турнира это уже не влияло. Главный судья не решался определить победителя в последнем раунде и склонялся к тому, чтобы присудить ничью стихотворениям Мибу-но Тадами и Тайра-но Канэмори на любовную тематику, однако обратился за советом к императору, который, чтобы помочь судье определиться с выбором, принялся шёпотом повторять стихотворение правой команды, представленное Канэмори. Данный эпизод был позднее описан в «Собрании песка и камней», чей составитель, монах Мудзю Итиэн, относит его к категории поучительных историй, в которых герои «лишились жизни из-за песни» (пер. Н.Н. Трубниковой). Предание гласит, что Тадами настолько переживал из-за своей оплошности, что перестал принимать пищу и вскоре умер, признав поражение.