28. Ждать тебя
mou mouТемпература была слишком высокой, и Юнь Цы будто обжёгся, едва коснувшись его. Он подтвердил:
— У тебя жар.
Но Юй Сюнь словно не услышал. Когда Юнь Цы попытался убрать руку, тот вдруг пошевелился — будто повинуясь какому-то инстинкту, ещё ближе придвинулся к нему, прижимая горячий лоб к его ладони.
Рука Юнь Цы, которую он уже собирался отдёрнуть, замерла на полпути.
— …
Он только что вернулся из столовой. На улице было холодно, его руки оставались ледяными.
Жар Юй Сюня медленно, но ощутимо передавался ему через кожу.
Наверное, тот просто почувствовал прохладу и решил, что так легче охладить лихорадку. Обычная реакция на высокую температуру, ничего особенного.
Юнь Цы думал именно так, пока Юй Сюнь снова не шевельнулся.
Оставшись в той же позе, он, похоже, всё равно чувствовал себя неважно — и потому лёгонько… потерялся лбом о его руку.
Лёгкий, почти незаметный жест.
Но Юнь Цы отдёрнул руку, будто его ударило током.
— Чего ты трёшься.
— Как пёс какой-то.
Но при взгляде на Юй Сюня у него не возникало ассоциаций с бездомными собаками. Этот человек внешне вообще никак с ними не был связан. Он, кажется, даже не переоделся после возвращения в общежитие и просто завалился спать прямо в чёрном свитере, ворот которого теперь криво съехал.
— Ты горишь, — Юнь Цы отвёл взгляд. — У тебя есть градусник?
Юй Сюнь реагировал медленно:
— Нет.
— Жди.
Тот осипшим голосом попытался предугадать смысл его слов и даже в таком состоянии не удержался от шутки:
— … Ждать, пока я сгорю, а потом вызывать скорую, чтобы меня увезли?
Если бы это сказал кто-то другой, Юнь Цы вполне мог бы ответить: «Ну и подыхай».
Но впервые в жизни он настолько явно ощутил, насколько же это по-детски.
— … Жди, — он стиснул зубы. — Я схожу куплю.
Восточные ворота Южного университета, аптека.
Юнь Цы взял градусник и заодно упаковку таблеток.
— Здравствуйте, — он протянул лекарства на кассе. — У этих жаропонижающих есть разница?
— О, да, у них разные свойства, — кассирша подняла голову. — Больному требуется обезболивание? Вот эти обладают таким эффектом. Если нет, то советую заменить на другие.
— Ему вряд ли нужно.
После её замечания Юнь Цы внимательнее прочитал инструкцию и в итоге поменял упаковку.
Дома всеми лекарствами заведовал Янь Юэ. Он был жутким перфекционистом, поэтому всегда распаковывал таблетки и раскладывал их по ячейкам аптечки, наклеивая на каждую секцию чёткие подписанные ярлыки.
Но здесь, вне дома, приходилось самому следить за всем этим.
Перед уходом он вдруг остановился и вернулся назад:
— От жара горло першит. Есть что-то?
— Да, леденцы или..?
— Леденцы.
Аптека располагалась прямо у ворот университета, студентов тут хватало, но за кассой, похоже, впервые видели кого-то, за кем захотелось понаблюдать.
Кассирша, пробивая чек, не удержалась и заговорила:
— Вы такой заботливый. Девушка заболела?
— …
Какая, к чёрту, девушка.
— Ой, простите, — она увидела его реакцию и поправилась: — Я подумала, что для девушки.
Рука Юнь Цы, протягивающая деньги, замерла.
— Нет.
Сказать «друг» он не смог. Как-то не вязалось. Сказать «одногруппник» — тоже. Да и, по сути, Юй Сюнь всегда был из параллельного класса.
В итоге он выудил из себя:
— Сосед по комнате.
Когда он вернулся в общежитие, остальных ещё не было.
Странное чувство. То ли он просто не привык к такой тишине, то ли ему было не по себе оттого, что в комнате остался только один человек.
Юнь Цы подошёл к кровати Юй Сюня и снова окликнул:
— Вставай, померь температуру.
В этот раз тот среагировал чуть быстрее. Глаза он не открыл, но сел.
Юнь Цы удивился:
— Ты не спал?
— Нет.
Юй Сюнь приоткрыл заспанные веки и посмотрел на него:
— Ты же сказал мне ждать.
— …
Ну, он и правда так сказал.
Но почему-то, когда это было озвучено вот так, звучало как-то не так.
— Ждать тебя, — исправил он.
Юй Сюнь голосом, в котором ещё больше осиплости, чем раньше, повторил:
— Ждать тебя.
Юнь Цы:
— Ждать.
Юй Сюнь чуть склонил голову, сонно глядя на пакеты в его руках:
— Всё равно ведь тебя ждал. Какая разница.
Разница была. «Ждать» и «ждать тебя» звучало совсем не одинаково.
Юнь Цы не стал спорить. Распечатал упаковку с градусником и сунул его Юй Сюню:
— Сам держи.
Спустя несколько минут Юй Сюнь отозвался:
— Готово.
Юнь Цы стоял рядом с его кроватью:
— Сколько?
— Да нормально, — голос у него был всё такой же лёгкий, будто речь шла не о его собственном здоровье. — Тридцать девять, почти сорок.
Юнь Цы тоже однажды подхватывал такую температуру — в тот раз он пропустил экзамен. Ближе к концу жара у него уже практически не было сознания, но всё, что всплывало в голове сквозь горячечные сны, — что первое место на тесте теперь точно займёт Юй Сюнь.
А потом мысль, сможет ли он его пересдать.
А если пересдаст, то баллов должно быть больше, чем у Юй Сюня.
Правда, тот экзамен Юй Сюнь тоже пропустил. Сейчас, когда Юнь Цы об этом подумал, то догадался, что причина, наверное, была в его тёте.
...
Очнувшись от своих мыслей, он взглянул на лоб Юй Сюня, частично прикрытый растрёпанной чёлкой.
Этот человек совсем не умел заботиться о себе. Про жар даже не сказал ни слова, если бы они случайно не оказались соседями по комнате, он бы так и лежал тут в одиночестве, просто дожидаясь, пока само пройдёт.
Но даже когда Юнь Цы пытался сказать что-то заботливое, получалось всё равно как-то колко:
— Ну да, не страшно, ещё немного, и у тебя будет полноценный гипертермический синдром.
— Ага, — спокойно подтвердил Юй Сюнь. — Думаю, ещё немного, и можно будет позвонить Гао Пинъяну, чтобы он вызвал мне скорую.
— …
Юнь Цы ничего не ответил, просто развернулся и вышел.
Юй Сюнь смотрел ему вслед, но не успел ничего сказать — Юнь Цы снова обернулся:
— Я выйду ненадолго, ты пока не засыпай.
Юнь Цы налил воды, а потом, сверяясь с инструкцией, достал две таблетки.
В общежитии было достаточно бутылок с водой, особенно у Ло Сыфана, который ради полного погружения в игру слишком ленился вставать и заказывал сразу упаковками. Достаточно было протянуть руку и открутить крышку. Но Юнь Цы всё равно отправился на кухню, чтобы налить горячей — при высокой температуре лучше пить что-то тёплое.
Юй Сюнь не спал, но лежал закопавшись в одеяло.
Юнь Цы как-то жёстко окликнул его по имени, сунул в руку стакан. Юй Сюнь почувствовал, как к ладони прижалась приятная, негорячая теплота, и на секунду замер.
Кажется, он не ожидал, что «выйду ненадолго» означает, что тот пошёл греть воду.
Но, с другой стороны, это было в порядке вещей.
Как в те зимние каникулы, когда они сражались один на один в компьютерном клубе. К концу денег у него почти не оставалось, и он уже собирался уходить, когда вдруг почувствовал, как кто-то хлопнул его по плечу. Это был администратор:
— Твой друг, который напротив, оплатил за тебя, сказал, что ты такой слабый, что, похоже, даже не ел, а играть с таким противником неинтересно.
Юй Сюнь поднял взгляд и встретился с глазами хмурого подростка, который словно говорил: «Чего уставился?»
Этот случай Юнь Цы, наверное, уже давно забыл.
...
— Две таблетки, — с каменным лицом сказал Юнь Цы, протягивая лекарство. — Проглоти и ложись спать.
— О, — отозвался Юй Сюнь и взял таблетки.
Когда человек болеет, он выглядит иначе. Особенно если сравнивать с образом, который отпечатался в памяти: вечного соперника, который лез куда не звали и вечно пытался обогнать его в рейтинге, который язвил на каждом шагу.
Общежитие — это почти как личная комната. А в своём пространстве люди избавляются от защитных оболочек и показывают то, что редко можно увидеть снаружи.
У него были растрёпанные волосы, угловатые черты лица скрывались под хаосом прядей, лицо казалось бледнее обычного, а глаза, наоборот, ещё краснее. Кровать стандартного размера в общежитии была ему маловата, так что он сидел, подтянув длинные ноги, и за пару глотков осушил стакан.
Он поблагодарил, и на этом разговор оборвался.
— Ничего, просто не хочу, чтобы кто-то сдох в общежитии, — сказал Юнь Цы, вернулся на место и продолжил листать книгу.
В комнате стояла тишина. Только шелест страниц да редкие вдохи и выдохи — и те принадлежали только им двоим. По сравнению с тем, что было в день, когда Юй Сюнь только заселился, сейчас обстановка была удивительно мирной.
Юнь Цы листал книгу, потом взял телефон, начал смотреть видео. Когда повернул голову, заметил, что Юй Сюнь спит беспокойно.
У него был очень чуткий сон — казалось, он едва засыпал, как тут же просыпался. Даже лёгкий шорох переворачиваемых страниц заставлял его открыть глаза. Иногда он просто смотрел на него, убеждался, что тот по-прежнему здесь, и снова погружался в сон.
Юнь Цы как раз поднял телефон в этот момент и столкнулся с этим взглядом.
— ?
— Чего смотришь? — спросил он.
Юй Сюнь лежал на боку, спрятав половину лица в подушку:
— Ничего. Привычка такая, особенность сна.
Юнь Цы первым делом решил, что тот несёт чушь.
Но уже через секунду вспомнил, что ночевал у него.
Как и ожидалось, Юй Сюнь небрежно пояснил:
— Если не дома, то всё время кажется, что что-то может случиться. Так привык.
Он действительно редко болел. В его памяти не было ни одного случая, чтобы его так лихорадило.
Когда они ждали зелёный, он сказал, что у него отменное здоровье, — хоть и с долей шутки, но не на пустом месте.
Просто в последнее время было слишком много дел.
В университете времени в распоряжении было больше, чем в школе, но он загнал себя под завязку. С того самого дня, как закончился гаокао, крутился без остановки. Потом заболела Юй Ин, навалилось одно за другим. Теперь, когда комендант замуровал стену, наконец появилось свободное время, но вместо отдыха его свалил жар. (Прим. пер. — гаокао — ЕГЭ в Китае.)
— Ничего не случится, — не зная, как ответить на такие слова, Юнь Цы сухо сказал: — Спи.
Юй Сюнь тоже понял, что разговор зашёл куда-то не туда, и небрежно сменил тему:
— Хотя есть и другая причина.
— Скоро экзамены, — сказал он. — Смотрю, ты зубришь, а мне приходится спать. Так что я просто не могу уснуть.
— …
Юнь Цы сжал в пальцах ручку. Этот аргумент был чертовски логичным.
Первое место только одно.
Либо его займёт он, либо кто-то другой.
Если бы всё было наоборот — если бы он сидел и учился, а Юй Сюнь слёг с температурой, — он бы тоже не смог уснуть.
Сказав это, Юй Сюнь заснул снова.
На этот раз спал крепче: Юнь Цы забыл выключить звук на телефоне, но даже в эти две секунды тот не проснулся.
Он вышел из приложения с видео и заглянул в чат. В беседе общежития накопилась куча сообщений.
[Чат братанов из 608]
Ло Сыфан: Братья, я отстрелялся! @все
Ло Сыфан: Мои тиммейты на месте?
Ло Сыфан: Если пойдём сейчас, в компе успеем откатать катку. Кто со мной? @все
Пэн Июань: Я в деле, тоже освободился.
Ван Чжуан: Сначала поем.
Ло Сыфан: В клубе есть дошик.
Ван Чжуан: Я хочу нормально поесть.
…
yc: Не иду.
Юнь Цы только что отправил сообщение.
Ло Сыфан тут же написал в личку: А Юй-гэ?
Юнь Цы впервые отвечал на вопрос о Юй Сюне, причём ещё и за него:
yc: Он тоже не идёт.
Ло Сыфан: ? Он так быстро ответил?
Ло Сыфан: Скорость набора у него не такая быстрая. У тебя же пар нет, ты в общаге… Так значит, вы оба в комнате?
Ло Сыфан дописал ещё одно сообщение: И чем вы там занимаетесь?
Юнь Цы начал набирать «У него температура, а я…», но потом завис.
А он-то что?
Он о нём заботится, покупает лекарства, приносит воду?..
Юнь Цы медленно стёр недописанное.
Ло Сыфан тревожно забеспокоился: Вы хоть не подрались?
Через две минуты, когда Ло Сыфан уже несся в сторону компьютерного клуба, он получил от белого аватара два коротких, но ледяных и нахальных сообщения:
yc: Драки надо устраивать, когда никто не видит.
yc: Сейчас он валяется на кровати и встать не может.