2/6

Первая неделя в отделе дизайна пролетела как один долгий, сладкий сон. Команда оказалась небольшой, но дружной. Кроме Ти, там работали еще двое активных парней. Норт - креативный копирайтер, который вечно придумывал безумные слоганы и носил рубашки с кактусами, и Отто - тихий фотограф с вечным «родным» объективом на шее, который говорил мало, но метко. Они сразу приняли Пора как своего, особенно после того, как он предложил идею для рекламной коллекции «Лунная соната». Серии вечерних платьев и костюмов, вдохновлённых ночным небом.

Ти оказался идеальным руководителем. Он не требовал строгих отчётов, не кричал, если что-то шло не так. Он разрешал работать в джинсах и футболках, а в обеденные перерывы доставал акустическую гитару, садился на подоконник и играл мелодии, от которых на душе становилось светло. Пор в такие моменты забывал о своём страхе сцены и подпевал тихо, почти шёпотом.

Однажды, когда они остались вдвоём в кабинете, Ти посмотрел на него поверх гитарного грифа и сказал:

– Пор, я слышал твой голос. Почему ты прячешь его? Он красивый. Как солнечный свет сквозь тучи.

– Я боюсь, – честно признался Пор. – В школе я пел на конкурсе, у меня был хороший результат, но когда я вышел на сцену, у меня тряслись колени. Я забыл слова. Все смеялись. С тех пор я дал себе слово, что буду петь только для себя.

– А ты спой для меня, – мягко сказал Ти. – Мы одни, здесь никто не услышит. Просто попробуй.

Пор закрыл глаза и, собравшись с духом, запел. Это была старая тайская народная песня, которую ему пела мать. Голос его дрожал вначале, но постепенно окреп, заполнил комнату. Ти закрыл глаза и слушал, едва заметно покачиваясь в такт. Когда Пор закончил, повисла тишина. Затем Ти тихо сказал:

– Твой голос как тёплый дождь. Он лечит. Никогда не позволяй никому заставить тебя замолчать.

Он подошёл и слегка коснулся его плеча. Пор почувствовал, как по коже пробежали мурашки, только не от холода, а от близости. Ти был так близко, что слышал его дыхание. И в этот момент их взгляды встретились, и Пор понял, что между ними возникло что-то большее, чем рабочие отношения. Но он отвёл глаза, испугавшись собственных мыслей.

Параллельно его жизнь пересекалась с другим Тити. Каждый раз, когда Пор спускался в главный холл или заходил в столовую для руководства, он видел идеальную фигуру в чёрном костюме. Тот никогда не смотрел на него, проходил мимо, как мимо пустого места. Но однажды Пор заметил, что старший Тити остановился у окна и смотрел на него, пока он разговаривал с Нортом. Взгляд был долгим, изучающим, и Пору показалось, что в нём мелькнула искра любопытства.

В пятницу случился инцидент. Пор должен был забрать образцы тканей у ассистентки, но она перепутала этажи и отправила его на 45-й. Он открыл дверь, думая, что это склад, и оказался в огромном кабинете с панорамными окнами. За столом сидел старший. Увидев Пора, он снял очки и холодно спросил:

– Вы кто и как сюда попали? Здесь запрещено находиться без пропуска.

– Я… я Пор, из отдела дизайна. Мне сказали, что здесь хранятся ткани для коллекции, но я, видимо, ошибся.

Тити прищурился, разглядывая его. Под глазами у него залегли тени, словно он не спал несколько ночей. Лицо было бледнее обычного, а голос звучал немного хрипловато.

– Отдел дизайна, значит, – протянул он. – Мой брат снова взял кого-то без моего ведома. Он никогда не советуется со мной по кадрам. Что вы умеете?

– Я маркетолог, – ответил Пор, стараясь говорить ровно. – Я предложил концепцию для «Лунной сонаты». Ти… то есть босс Ти одобрил её.

– «Лунная соната»? – бровь старшего приподнялась. – Это моя любимая коллекция в этом сезоне. Вы, значит, тот самый стажёр, который облил меня кофе, а затем исчез. Я то подумал, что вы ушли навсегда. Но вы остались, и даже подсунулись к моему брату.

– Я не подсунулся, – возмутился Пор, забыв о страхе. – Он сам меня пригласил. Я не хотел нарушать ваши правила, но мне нужна была работа. Я извиняюсь за тот случай в лифте. И могу быть полезным, если дадите шанс.

Тити смотрел на него долго, так долго, что Пор начал потеть. Затем босс неожиданно улыбнулся. Чуть заметно, уголками губ.

– Я уже забыл о кофе. Но то, что вы имеете наглость смотреть мне в глаза и не оправдываться заслуживает уважения. Мой брат не ошибается в людях. Если он вас взял, значит, вы чего-то стоите. В следующий раз, когда вам понадобятся образцы, звоните моей секретарше. Она принесёт всё сама. А теперь идите.

Пор пулей вылетел из кабинета, но на лестнице остановился. Сердце колотилось. Почему он был сегодня почти человечным? Может, просто устал притворяться? Или ему действительно стало интересно? В голове закрутились мысли: «Они же близнецы. Одинаковые лица, но такие разные внутри. Младший тёплый и открытый, старший закрытый и жёсткий. Но я заметил в нём щель. Он тоже чувствует».

Вечером Ти позвал Пора в кофейню неподалёку. Они сели у окна, за столиком с мраморной столешницей. Ти заказал латте с карамелью, Пор чёрный чай. За окнами зажигались огни, и Бангкок в вечернем свете казался городом, где возможно всё.

– Скажи, Ти, – начал Пор, помешивая чай, – твой брат всегда такой суровый?

Ти усмехнулся и отпил из чашки.

– Он не всегда был таким. Мы выросли в одной семье, наш отец был дизайнером, а мать пианисткой. Когда отец умер внезапно от сердечного приступа, компания оказалась на грани краха. Ты знаешь, сколько врагов у крупного бизнеса? Мой брат взял на себя всё. И долги, и переговоры, и суды, и производство. Ему было двадцать два. Я остался в тени, занимался творчеством, а он стал железным человеком. Он считает, что слабость это как роскошь, которую мы не можем себе позволить. Но я то знаю, что внутри него живёт тот мальчишка, который играл на гитаре и пел о звёздах. Просто он спрятал его глубоко.

– Жалеешь его? – спросил Пор.

– Иногда, – признался Ти. – Но он не позволяет себя жалеть. Говорит, что это бесполезно. А знаешь, я иногда вижу, как он смотрит на тебя. Когда ты не видишь. Он следит за тобой, особенно когда мы играем вместе.

Пор вздрогнул.

– Зачем?

– Не знаю. Может, ты напоминаешь ему о том, кем он мог бы быть, если бы не броня. Может, он видит в тебе что-то, чего ему не хватает. Но я предупреждаю. Лучше не позволяй ему подходить слишком близко. Он ранит тебя, даже не желая того.

– А ты тоже можешь ранить? – спросил Пор и замер, удивившись собственной смелости.

Ти посмотрел на него в упор, и в его взгляде заплясали тёплые огоньки.

– Нет, я как раз таки наоборот. Особенно когда рядом есть кто-то, чей голос звучит как дождь. Я бы хотел научиться любить по-настоящему. И, возможно, я уже на полпути.

Пор покраснел до корней волос. Он понял намёк и почувствовал, как его тянет к этому человеку. Но в голове тут же всплыл образ старшего брата. Его одинокий взгляд, его усталая улыбка. И Пору стало одновременно тепло и больно. Он хотел бы растопить холод старшего, но уже был втянут в объятия младшего. Как быть?

Они допили чай и вышли на вечернюю улицу. Ти проводил его до автобусной остановки и на прощание слегка сжал его плечо.

– До завтра, Пор. Приходи с новыми идеями. И не забудь, что ты умеешь петь.

Пор кивнул и, садясь в автобус, почувствовал, как внутри закипает буря чувств. Он не знал, что эта история только начинается, и что ему придётся разбираться не только с двумя братьями, но и с собственным сердцем, которое почему-то билось в два такта.