25.2 часть
— В смысле отпустили!? —
ㅤВ полдень, сидя у Баку на обеденном перерыве, Готак был в бешенстве. С той раковой ночи в казино он давно не испытывал подобной злости. Ху Мин, сложив руки на плечи друга, умеренно их сжал.
— Успокойся, может, это какая-то ошибка, —
— Отпустить Ху Сона – это ошибка!? —
— Не удивительно, — с кухни выходит не менее взволнованный У Ён. В руках его – чашка горячего чая. Чёрт, Хён, наверное, окончательно перейдёт на кофе: — У него большое влияние среди других ментов и много денег. Не удивительно, что он нашёл лазейку, —
— Материала недостаточно!? — ненароком смахнув ладони Пака, парень поднимается с дивана.
— …А сына своего он, значит, решил за решёткой оставить!? — чувства несправедливости за Гыма всё ещё разъедали его, он должен был поговорить с ним.
— Думаю… Как-раз свалив всё на Сон Дже, он и вышел сухим из дерьма, —
— Подонок, — Хён Так, в этот раз ещё увереннее, накидывает на себя красно-чёрную ветровку Сон Дже, которая по воле судьбы осталась у него, и идёт на выход. Она была полностью пропитана запахом его парфюма. По-началу парень не носил эту вещь, но потом надоело.
— Ты снова к нему? — оба товарища ловят его у выхода.
— В этот раз я не приму отказа, — глядя на друзей, Го разводит руками: — Хотите со мной? —
Оба синхронно вертят головой, после чего берут и без слов обнимают. Готак беспрекословно отвечает на этот жест, чувствуя удары сразу двоих сердец. Это лучшее вознаграждение за всё, что произошло.
— Спасибо. За всё, —
ㅤПрибыв в отдел, Хён Так даже не переодевается с рабочего. Утром он был на работе. Когда он хочет пройти к Сон Дже, его, как обычно, задерживают.
— Детектив Го? —
Он всё ещё не привык к этому обращению. И не сказать, что оно ему нравилось. Это всячески напоминало ему отца.
— Мне нужно поговорить с Гым Сон Дже, —
Сотрудники переглядываются, а после монотонно кивают и пропускают. Это было удивительно, но Хён не стал терять время и юркнул в нужную дверь, лишь бы те не передумали. Как только железная дверь захлопывается, Хён Так переводит взгляд на сидящего по ту сторону стола Сон Дже. Он смотрел на Го и всё ещё был без очков. Обстановка между ними накаляется. Младший скованно проходит и садится напротив. Слышится утяжеленное дыхание старшего, как единственное доказательство его присутствия.
— Поздравляю, —
— Что? — внутри Хён Така сейчас слишком много чувств было. В приоритете – сейчас же вмазать ему за то, что добавил в дело свои улики.
— Ты теперь детектив. Ты же этого хотел? — голос второго звучал слишком ровно, но вбивался в уши с трудом.
— Нет… Тоесть, да… — Го покачал головой: — Но не таким способом!
— А каким? — Сон Дже медлительно склоняет голову в бок. Поза его – сама непринуждённость, будто заключённый здесь именно Хён Так: — Ты раскрыл крупное дело… Люди считают тебя героем… И ты не рад?
— Не рад, — хрипло отвечает младший, сжимая руки в один нервный замок: — Всё должно было быть не так…
— А как? Хён Так, как? — имя его Гым произнёс до нереальности мягко. Это задело ещё сильнее. Да и, судя по его мимолётной реакции, ему самому далось это слишком сложно: — Ты рассчитывал на какой-то хэппи энд? Думаешь, я невиновен?
— Да какая разница! — вздрагивает Го, а по щеке катится первая вымученная слеза: — Если бы ты не включил материал на свой зад, ты бы был не здесь! — захотелось ударить по столу, но Готак осилил желание.
— А где тогда? — медленно продолжает Сон Дже, не сводя с того взгляда, пока Хён, наоборот, старался не смотреть ему в глаза: — Где бы я тогда был?
Сглотнув ком, младший утирает слёзы рукавом своей рубашки:
— …Со мной, —
Сон Дже впервые за этот диалог отвёл взор. Он как-то странно поёжился, чувствуя, как у самого жжёт глаза.
— Но я ведь тоже виноват, — шепчет куда-то в сторону Гым, хотя адресовано это всё только ему.
— Да мне плевать, Сон Дже, — сдавленно утверждает брюнет: — Кристаллически плевать. Я просто…
Что «просто»? Хочу быть с тобой? Просто люблю? Или просто одержим? Сон Дже всё понял без слов. Он протянул к нему свою руку и сжал его в своей, ощущая небольшую дрожь его тела.
— Я тоже, — признаётся старший, хотя всем известно, как тяжело ему даются такие признания.
Вздохнув, Хён Так закрывает лицо руками, словно только сейчас почувствовал слёзы. Сложно было сдержать, потому что все прошлые дни он не позволял себе такой слабости.
— Возьми, — шатен вдруг стягивает с себя свою подвеску и протягивает её Хён Таку. Младший, как только понял, напрягся.
— Нет, я не могу, —
— Возьми, — теперь уже в своей манере требует Сон Дже и отдаёт кольцо ему: — У меня всё равно её бы забрали. С тобой… В общем, так будет лучше, —
Готак не противится. Раз этого хочет Сон Дже, он примет. Он дрожащей рукой надевает на себя цепочку, ощущая холод металла. Не верилось, что Сон Дже правда отдал ему это.
— Как У Ён? — неожиданно интересуется Гым. Видимо, пытается сгладить градус.
— Нормально… Самый целый, — с облегчением говорит брюнет, задумчиво разглядывая кольцо: — Ты слышал, что Ху Сон вышел? —
— Да, — резко отвечает очкастый, а грудь вздымается заметно резче. Хён Так, глядя на это, злится, а злость – придаёт ему уверенности: — Бэк Джина так и не нашли, знаешь же. Говорят, он сбежал ещё в ту ночь, —
Готак отрешённо кивает, думая о своём.
— О чём думаешь? — Сон Дже встревоженно смотрит на него и, глухо выдохнув, с небольшой силой смахивает очередные слёзы с его лица: — Хён Так.
Го неуверенно убирает его руку с лица, оставляя на столе.
— Ни о чём, —
— Если я скажу тебе кое-что… Обещай, что сдержишься, —
Оживившись, брюнет нервно усмехается.
— Не могу обещать, —
— Пообещай, —
Только из-за чистого любопытства, что же он ещё не знает, Хён кивнул.
— Это я просил не пускать тебя все эти дни, — признавшись, Гым увидел, как переменился его взгляд. Закусив внутреннюю сторону щеки, он поторопился добавить: — Просто… Ты должен перестать, —
— Перестать "что"? — чуть громче раздался его голос.
— Ты должен… Жить своей жизнью. Не думай обо мне, не трать время. Тебе же будет лучше, —
— Что ты несёшь?.. — уже устало вздыхает кареглазый, откидываясь на спинку стула. Нервно почесав шею, он не понимает, к чему все те прошлые слова и эти: — Откуда ты вообще знаешь, как мне будет лучше?
— А какой смысл? Тебе будет легче, если ты отпустишь меня, — Сон Дже в этот раз нарочно пристально смотрел в глаза, словно пытался вбить ему эту фальшивую истину в голову, хотя сам же не хотел в это верить: — …Просто считай это… Искажённым влечением, —
Искажённое влечение. Тоесть, так он это назвал? Дыхание перехватило, хотелось ответить, но вместо этого Хён Так лишь больше решился на своё мысленное решение. Он резко встал с места, упёршись ладонями в холодный стол.
— Нет, Сон Дже. Даже не пытайся оттолкнуть меня, —
Гым тоже слишком резко поднимается. Ножки стула противно скрипнули. Старший с небольшой ухмылкой подошёл к нему почти вплотную.
— И что же ты сделаешь? —
В этот раз Хён Так не ответил. Он схватил его за волосы на затылке и притянул к себе. Их губы столкнулись в твёрдом поцелуе. Сон Дже сжал ладони на его пояснице и подтолкнул к себе, пока пальцы то и дело усердно сжимали ткань. Учащённое дыхание старшего билось в скулы. Место касаний приятно покалывало. Когда Хён оборвал контакт, он хотел провести ладонью по его горячей шее, но Сон Дже обнял его быстрее.
— Извини, — просит шатен, – наверное, за всё сразу.
— Мы ещё встретимся, — шепчет Готак, от чего ладони старшего сжимаются всё сильнее: — Встретимся, когда пойдёт дождь.
ㅤ ㅤ ㅤ ㅤ ㅤ ㅤㅤ * * *
ㅤЗа окном предостерегающе прогремело. Хён Так с меланхоличной уверенностью собирал свои вещи, так как рабочий день был закончен. На входе его уже поджидал У Ён. Он был единственным, кому Готак рассказал план действий, потому что понимал: Кан не будет настаивать на обратном. Да, у них был серьёзный разговор, но Го уже всё решил.
ㅤУсевшись в машину, юный детектив откидывается на спинку кресла. В эту секунду машина заводится, Хён Так видит, как невинно болтается брелок трёх игральных костей на ключах У Ёна.
— Ты правда этого хочешь? — настороженно спрашивает У Ён, выруливая со стоянки.
— Я должен, —
— Но тебя ведь… —
— Я знаю, — перебивает Готак: — …И я не против.
ㅤВесь оставшийся путь Кан ничего не говорит, – бессмысленно. Останавливаются они напротив отреставрированного здания фонда. По статьям в интернете, он должен был вот-вот закрыться, однако Хён всё равно был уверен в том, что Ху Сона это не остановит. Переглянувшись с У Ёном, который остался здесь, Хён Так направляется внутрь. По-началу его без проблем пропускают. Где-то требуется документ следователя, а где-то – несколько умных слов.
— Стоять, — двое мужчин в костюмах переграждают ему путь. Закатив глаза, Го суёт им документ, но те всё равно кивают головой.
— Пропустите его, — слышится мужской голос, заставляющий последнюю преграду разойтись. Недовольно взглянув на них, брюнет заходит и закрывает дверь.
— Не думал, что у тебя хватит смелости прийти ко мне, — с восторженной улыбкой Ху Сон пожимает плечами.
— И Вам ни капли не стыдно? —
— Мне? За что? — невинно скрестив руки на груди, мужчина едко смеётся.
— Ваш сын за решёткой, а Вы здесь! — разговаривать уважительно было выше его сил.
— Это его выбор, почему мне должно быть стыдно? Более того… Так даже лучше, —
Гнев с каждым разом всё усиливался. А вместе с ним – капли дождя за окном. Ху Сон, улыбаясь как победитель, добавляет:
— Ты пришёл только чтобы спросить меня об этом? Какая скукота…
— Я пришёл не только из-за Сон Дже, — наблюдая за его реакцией, Го заканчивает: — Из-за своего отца тоже.
Фраза говорит понятнее любых слов. Ху Сон понимает, к чему тот клонит, поэтому тянется за пистолетом, но Хён Так опережает его. Он, не думая, стреляет в него из выданного сотрудниками отдела оружия прямо в голову. Молния, сверкнувшая в небе, ослепляет. Парень теряется в звуке собственного оглушающего выстрела и в эту же секунду в кабинете врывается охрана вместе с полицией. Готак бросает ствол на пол, позволяя схватить себя. В ушах всё ещё звенит, слышатся удары капель, и последнее, что он видит перед уходом, – это мёртвое тело в хозяйском кресле. Ху Сона погубила собственная надменность, раз он не принимал Хён Така настолько серьёзно.
ㅤПод гул сигнализаций, криков людей и недовольных возгласов тех, кто верил в ложь, его выводят из здания. Хён Так не рыпается, не пытается сбежать. Он знал, что Сон Дже не будет против, поэтому не задумываясь сделал это. Никто не думал, что он откажется от всего так просто, но для него повышенная должность – это теперь всё равно, что пистолет за пазухой. Тогда, когда он мечтал об этом, он не думал, что когда-либо попадёт в тюрьму. Сейчас, когда всё в его жизни перевернулось и за решёткой был тот, кто изменил его, он знал: сломалось абсолютно всё.
И он тоже.