24 ноября 1894 года

На территории концертного зала Токийского музыкального училища состоялось первое в истории Японии исполнение оперы. Музыканты из числа дипломатов и сотрудников австрийского посольства исполнили для собравшихся гостей первый акт «Фауста» авторства композитора Шарля Гуно. В качестве дирижёра выступил Франц Эккерт, приложивший руку к появлению и аранжировке гимна Японии «Кими га ё». Постановка проходила в рамках благотворительного концерта, организованного японским «Красным крестом». Благотворительные мероприятия самого разного содержания, включая званые обеды, приёмы и балы европейского типа, а также вечера с исполнением как японской, так и западной музыки, были довольно распространённым светским явлением того времени. Иногда официальным организатором подобных мероприятий даже значился сам император Мэйдзи, которому в силу служебных обязанностей приходилось периодически показываться на публике. Для того, чтобы проникнуться атмосферой, царившей на таких встречах, достаточно, например, прочесть первые главы романа Токутоми Рока «Куросиво». «Красный крест» также уже был хорошо знаком японцам и имел местный филиал, а вот опера всё ещё не входила в число тех явлений западной культурной жизни и светских развлечений бомонда, которые с лёгкостью бы прижились на японской почве. Историк музыки Такаси Марумото указывает: существует высокая вероятность того, что оперу на территории Японии могли исполнять и до 1894 года, однако японцы не присутствовали среди слушателей во время таких представлений. Предположительно, постановками комических оперных произведений развлекали друг друга и скрашивали свой весьма однообразный быт голландские торговцы на острове Дэдзима. Голландцы были единственными европейцами, с которыми Япония поддерживала  отношения в годы правления сёгунов из династии Токугава, но и они не обладали правом свободного передвижения по стране и не могли оказать существенного влияния на распространение западных обычаев среди местных жителей. В конце XIX века обстановка кардинально изменилась, и если раньше правительство Японии всеми силами сдерживало проникновение в страну западных явлений, то в период Мэйдзи, после призыва императора к подданным «искать знания по всему миру», заимствование и доместикация сделались одними из основных инструментов модернизации. Этот процесс затронул в том числе музыкальную и исполнительскую культуру, однако в этой области он протекал не очень быстрыми темпами. Токийское музыкальное училище готовило исполнителей, владевших игрой на западных музыкальных инструментах, было в нескольких шагах от того, чтобы обучать на современный лад композиторов, однако певцов и певиц, которые были бы знакомы с традицией западного оперного пения, в Японии на тот момент ещё не имелось.

Творчество Гёте, в свою очередь, уже было хорошо известно японской читающей публике, а в 1894 году был опубликован перевод «Фауста», а также напечатаны работы авторства Мори Огай, анализировавшие творчество немецкого писателя. Для него, как и многих его современников, Гёте был значимой фигурой, причём настолько, что Огай даже назвал своего первенца именем «Отто» 於菟 (также читается как «Ото»), в честь капитана Отто, одного из героев романа «Избирательное родство». Выбор оперы как перформативного жанра в рамках представления, состоявшегося 24 ноября 1894 года, таким образом, был весьма смелым, однако в силу популярности произведения, по мотивам которого она была написана,  постановка должна была прийтись по вкусу слушателям.

Дабы не утомлять публику и, возможно, в силу уровня подготовки исполнителей, «Фауста» ставили не полностью. Опера Гуно состоит из пяти актов и с учётом пролога, эпилога и балетных сцен, продолжается чуть меньше трёх часов. При всей любви к Гёте даже подготовленные японцы могли не выдержать столь длительного представления, да и сотрудники австрийского посольства не были профессиональными исполнителями и ограничились постановкой первого акта. Хотя первое официальное знакомство слушателей с оперой на японской земле было признано удачным, до появления собственных исполнителей и постановщиков, которые осмелились бы взяться за этот жанр, оставалось ждать ещё девять лет. Первой оперной постановкой, осуществлённой самими японцами, стало исполнение «Орфея» Глюка в 1903 году на всё той же сцене концертного зала Токийского музыкального училища, и простые слушатели туда попасть не могли – вход осуществлялся исключительно по приглашениям.