2.4 Встречи

Всего лишь пять лет назад всем приходилось всегда звонить. Хотя я пробовал пользоваться для управления фирмой, например, аськой или каким-то специально написанным внутренним приложением, всё равно ежеминутно приходилось хвататься за телефон. Но сейчас у всех в руках по гаджету и на нём мессенджеры.

Другое дело, что в единую матрицу нас еще не свели, и чатики с соцсетями у всех пока разные. В основном, люди ориентируются на принятые в регионе или стране стандарты. На Украине до сих пор популярен вайбер, Москва и Питер это вотсап, а Крым это территория телеграма. Тут все друг другу пишут в телеге, в серьёзных конторах у каждого подразделения есть свой чат, а совсем серьезные разговоры ведутся в секретных чатах, в которых даже, якобы, логи не сохраняются и вообще, мол, кроме вас двоих их никто и не видит.

Каждый из этих сервисов имеет какие-то свои дыры, до которых, по факту, никто из обычных пользователей все равно никогда не дойдёт в своей эволюции. Поэтому каждый для себя сам выбирает во что он пишет и где читает. Нужно ж еще учитывать, что большинство пользователей вообще не заморачивается безопасностью своих контактов и переписки. И если ты думаешь, что ты ниндзя, а твой абонент беззаботный, то ты беззаботный ниндзя.

Мой личный выбор обусловлен, например, тем, что еще в четырнадцатом году на допросах в СБУ моим знакомым показывали их переписку в вайбере, причем всю. А в более новейшие времена двух коллег как-то попросили прокомментировать пять тысяч телефонных звонков. Поэтому вайбер я снёс в итоге, а по телефону могу спросить только, выйдет ли Вася играть в футбол, сказать да, нет или скоро буду.

Но так-то на практике все читается. Вопрос только кем, для чего, с какой целью. Поэтому все сообщения лучше заранее писать так, чтобы не стыдно было прочесть в присутствии третьих лиц. А если кто-то что-то читать не может, то тоже лучше подумать, кто не может и по причине каких именно обстоятельств. Этот вопрос иногда даже более интересен.

Мы как-то ехали с Лукичом мимо местного управления службы по надзору за охраной конституционных порядков и встали в пробке прямо перед воротами главного корпуса. Перекрыв две полосы, туда из переулка выруливал небольшой такой грузовик с прицепом, на котором на ребре стояло что-то большое и прямоугольное, накрытое тентом.

- Миелофон повезли, - пошутил тогда дядя Стёпа, который задремал на заднем сиденье и проснулся от остановки.

- Давай сфотаем и запостим? Временно будем очень знаменитыми блогерами.

- Давай ты будешь знаменитым. А я лучше тебе сигареты буду передавать.

- Я думаю, не успеем. Дофотывать будем уже в сложной позе.

Поэтому все свои встречи на сегодняшний день я набил в телеграме, создав по секретному чату для каждого абонента и написав туда предложение с примерным местом и временем. Зазор брал по часу, на каждый чай этого бы хватило, а пообедать я думал позже.

План был такой. Сначала я хотел встретиться со знакомым из бывшего министерства, потом с девочкой из пресс-службы, и ещё двое были на созвоне, в смысле на связи - барышня из аппарата одного из местных сенаторов и один оптимист из государственной конторы по привлечению инвестиций. С ними со всеми я собирался просто болтать и ситуационно прикалываться, дабы чуть проникнуться современной местной повесткой. Кто, кому, куда, почему, и как они дальше думают. А уже потом я собрался к Туркину и его как раз думал вытащить на обед.

Коля Туркин, как я уже сказал, был одним из министров первого правительства Крыма сразу после его присоединения к России. И отвечал за транспорт, а это на тот период переправа, переправа и опять переправа. Тогда моста еще не было и грузы шли на полуостров только паромами. На каком-то из них Колян по горячке перевёз особо токсичный груз, не то глицерин, не то фосфор, и до сих пор имел по этому поводу диалог с проверяющими инстанциями. Из министерства он вернулся туда, откуда пришел, то есть в собственную логистическую контору и больше него мало кто знал о дорогах, автовокзалах и перевозчиках. С ним я уже конкретно хотел обсудить Вову Халтукина в контексте, например, продолжающегося хаоса при посадке на междугородние рейсы. То есть, не напрямую, а как бы прицепом к теме, которая и так лежит на поверхности.

Однако задуманное наведение справок не состоялось. Первый же контрагент пришел с на встречу с запиской, показав мне ее как плакат на митинге.

"Тебя хотят подставить, будь осторожен".

Хорошенькая херня. Пока я мысленно скреб себя по лицу, товарищ втянул меня в "Ланчер" на улице возле цирка и усадил нас за стол в глубине зала.

- Комплексный, - сказал он подошедшей девчонке.

- Ээ, - я прогрел свою систему оповещения, - я.. я почитаю пока, - я похлопал по картонке меню и увидел на ней фотографию кувшина с компотом.

- Вот, компот пока принесите.

- Кувшин?

- Пусть будет кувшин.

Обед на столе появился практически сразу. Места между нами совсем не осталось и собеседник воткнул свою барсетку рядом с солонкой. Получилось как шахматные часы.

- Ну что, как у тебя дела?

Я покосился на барсетку. Нормально так, средних размеров.

- Вообще-то это был мой вопрос.

- Слушай, у нас теперь всё секретное. Мы, оказывается, странным образом проработали весь этот период без допусков, так что нагоняем теперь. И любые, - мой визави подчеркнул это слово восходящим движением ложки, - любые разглашенные сведения могут быть истолкованы соответственно.

- Дядя, мне все ваши сведения только настроение портят. У тебя как дела? Жив, здоров, чувство юмора сохранил? Только фильтруй давай, а то сейчас скажешь что-нибудь мне не нужное, нам потом будет неудобно обоим.

- Жив, здоров, чувство юмора сохранил, - теперь уже он посмотрел на свою барсетку и сделал странное движение, будто собирался ее открыть. Но вместо этого взял вилку и принялся за второе.

- Дочка в пятый класс переходит, нашу гимназию теперь делают математической, будут переименовывать в Лобачевского. Директриса говорит, важный шаг.

- Да? А было как?

- Менделеева.

- Химическая была? Что-то я не заметил.

Наши дети ходили в параллельные классы, так что тема была самое то, благодарно-нейтральная.

- Не, просто была гимназия.

Да он и второе уже доел!

- Давай, я пошел работать, если останешься, звони к выходным. Хотя, блин, я тут буду, - тут он снова вдруг посмотрел на барсетку, а потом на меня, - на мероприятии.

- Ладно, будь.

- Буду.

А вот и компот девочка принесла. А, холодненький! Чтоб вы все не болели по этой жаре, конечно. Я достал смартфон и набил второму своему абоненту:

"Сорян, уехал на Феодосию".

"Норм", - пришел ответ через две секунды.

Конечно, никому нельзя верить сразу и желательно перепроверять любую поступившую информацию. С развитием технологий люди даже сами себе шлют сообщения и потом показывают, смотри, что он мне написал. Дело нехитрое. Но согласитесь, выбранная форма подачи заставляет задуматься. Приятно, когда о тебе вспоминают, но плохо, когда помнят совсем не те люди, о которых ты сам скучаешь. В народном творчестве эта коллизия отражена в популярной фразе, что раньше мы боялись, что нас забудут и потеряют, а теперь, что вспомнят и найдут. Смешно, конечно, но как-то это все грузит. Надо ехать к Турику, как к нормальному человеку, но раз такая пьянка, мы не то, что говорить о Вове не будем, а пока даже думать.

В Симферополе разные остановки для автобусов и троллейбусов, первое время меня это удивляло, потом привык. Я предпочитаю троллейбус, потому что он попросторнее. Проезд в траллике на рубль дороже, чем на маршрутке, и многие бережливые горожане это учитывают. Подошел ветеран троллейбусного движения, я купил у водителя билет, прошёл в салон и с силой воспользовался компостером. Тот, прямо как в детстве, оставил свои зубы на использованной бумажке. Так бы много кого тут прокомпостировать, но мечты, мечты.

Туркин сидел за директорским столом в общем офисе и отстранённо листал базу "Хэдхантера". На выстроенных по периметру столах стояли выключенные компы, по-моему, даже выдернутые из розеток. Две барышни, одна суетливая, другая, наоборот, сонная, что-то писали на столе в центре.

- Где был?

- Проникался местной повесткой.

- Проникся?

- Да, как домой вернулся.

- А у нас пришел вирус, Петюня-А, и попросил биткоин.

- Да ты что! А за что попросил?

- А базу зашифровал. Мы теперь не знаем, кому куда позвонить.

- Слушай, в натуре как в Сингапуре. Прямо ощущаешь себя причастным к мировой технологической гонке.

- Да, только у нас тут прокурор московский приехал, ищет потерянную машину с мясом.

- Так может вирус это еще за счастье?

- Не говори.

Колян закрыл ноутбук и умостился поудобнее в кресле.

- Вот все, что ты ни делаешь плохо. Если хочешь что-то сделать за свои деньги, то видишь где-то то, что не видят все остальные, значит, хочешь обмануть бедных крымчан. Значит, что? Спекулянт. А если вдруг начал делать что-то новое за государственные, то однозначно мошенник.

- Это ты речь для прокурора репетируешь?

- Это я с другом делюсь мыслями о наболевшем. А прокурора я вчера в суд направил, он неофициально приехал. А чисто по-человечески посоветовал, как бы я сам искал и к кому обратился.

- Так он не по должности на тебя вышел?

- Не, у него там брат какой-то двоюродный вёз мясо куда-то в Астрахань, а у нас брал машину. Где-то она теперь на Кавказе ездит. А где, - Коля повел рукой над компами, - точнее я не скажу.

- Идем покурим лучше, пока они тут разбираются.

- Я думал тебя покушать позвать.

- Та видишь, мы тут в работе.

Красавец, конечно. Это у него две темы одновременно, а вообще у него такие истории случаются через день. Был бы нормальный сценарист рядом, мог бы только записывать, придумывать ничего сверх не надо.

Наиболее ярким я считаю рассказ про шашлык, берег, катер и гвозди. Он с одной стороны, вполне бытовой, а с другой эпичен и, я бы даже сказал батален.

Поехал Туркин как-то раз на шашлык. Вышел из машины, подошел к краю обрыва, топнул ногой и ушел с частью берега прямо в море. А какой-то отколовшийся кусок от скалы, прилетев уже сверху, сломал Коле ногу в бедре. Открытый перелом, кость торчит. Полузасыпанный Коля из этого положения позвонил в МЧС, за ним прибыл катер, который подъемным краном забрал пострадавшего на борт, два раза уронив по дороге в море. В районной больнице ему в бедро вставили штифт длиною с мое предплечье, а в очередной суд, на котором Колюню хотели видеть, вместо него отправилась справка, что так и так, фигурант жив, но ходить он пока не может. Прибывший лично убедиться в ситуации майор Разный задумчиво посмотрел на забинтованного шашлычника, примотанного еще к какой-то железке, и с чувством сказал:

- Из тебя, Коля, гвозди можно клепать.

Тут я с ним полностью солидарен. Люблю таких крымчан и горжусь дружбой с ними.

На улице Туркин меня спросил:

- Ты на дне рождения будешь?

- На дне рождения?

- Ну у друга нашего юбилей же, у министерского.

- Аа, нет. Где я, а где теперь министерство.

- А я, наверное, буду

- А я только в силу каких-нибудь очень непредвиденных обстоятельств.

Назад к содержанию