2/4

На утро следующего дня Пор как можно раньше решил зайти к своему пациенту. Тити еще спал, сжавшись калачиком под одеялом. 

— Доброе утро, Тити, просыпайтесь, — врач легко потормашил парня, внимательно следя за его реакцией.

Тити медленно открыл глаза, проморгался, а как увидел перед собой ноги врача, заторопился сесть и немого привести себя в порядок, приглаживая волосы, растрепавшиеся за время сна.

— Здравствуйте, извините, что в таком виде. Не знаю, как так вышло, заспался сегодня.

— Все в порядке, просто я пришел к Вам раньше обычного. Как чувствуете себя? Голова не болит, не кружится?

— Удивительно, но я себя чувствую еще лучше. Обычно по утрам тело было ватным, голова будто свинцом налита. Вы изменили дозировку лекарств?

— Все верно. Я решил, что не стоит Вас травить такой дозой седативных. 

— Спасибо Вам, — Тити с облегчением выдохнул, радостный, что его услышали. — Подскажите, что Вы надумали по поводу меня? Когда я смогу выйти отсюда?

— Тити, напоминаю Вам о субординации, врач здесь все таки я. Пока что данный вопрос не обдумывался и не поднимался. Мне нужно проконсультироваться со старшими коллегами по поводу вашего здоровья.

Тити посмотрел на фигуру врача снизу вверх, полный глубокой надеждой. 

— Пор, помогите мне, прошу. Я вижу, Вы единственный, кто способен меня понять.

— Отдыхайте.

С этими словами Пор снова ушел, оставив Тити одного в полнейшей, сжирающей пространство тишине.

После выхода из палаты Пор сразу же направился в ординаторскую, чтобы спросить совета у коллег. Все таки он только начал работу и впервые столкнулся с тем, что в больнице здоровый человек находится не в качестве персонала, а как пациент. Это вызывало большие сомнения у Пора, поэтому, чтобы не допустить ошибки, он решил проконсультироваться с тем, кто работал здесь дольше него. Зайдя в ординаторскую, он увидел одинокую кривую фигуру человека, крутящегося на стуле около стола. Пор легко прокашлился, привлекая внимание к себя и подошел ближе, положив руку на спинку стула, останавливая его. Человек вздрогнул от неожиданности, посмотрев на Пора большими от страха глазами, ведь его поймали на безделии.

— Мне нужен твой совет.

— Что на этот раз? Человек ест остатки краски со стен или поет песни на турецком?

— Не смешно, Йим. Ничего из этого. Мой пациент полностью здоров. Я два дня с ним разговаривал, провел опрос, снизил дозировку лекарств. Абсолютно адекватная реакция.

— А какой диагноз стоит?

— Шизотипическое с агрессией.

— Вот ты и попался, — Йим хлопнул в ладоши, разворачиваясь лицом к Пору.

— В каком смысле?

— Люди с его диагнозом могут выглядеть здоровыми, пока не наступит новая маниакальная фаза. Он может говорить тебе что угодно, не верь ему. Он в одиночной палате?

— Да.

— Не мудрено. Поздравляю, твой первый "здоровый" пациент. Будь внимателен.

— Спасибо большое, я и не думал об этом. Тогда я пойду. Спасибо еще раз.

Йим похлопал Пора по плечу, подбадривая, и снова развернулся к компьютеру, начав кликать мышкой, создавая видимость работы. Эти молодые специалисты, конечно, интересные. Зеленые еще совсем.

Тити в это время наконец начал выходить из оцепенения. Он решил развлечься и начал танцевать посередине комнаты, напевая себе под нос песню, под которую последний раз выступал на сцене перед тысячами фанатов.

В самый неподходящий момент дверь палаты отворилась, а в дверном проеме показался врач, чье лицо выражало удивление от увиденной картины. Ни разу еще на его практике пациенты не танцевали посреди палаты под песню BTS. Ничего, все бывает в первый раз.

Тити ,как увидел Пора, тут же прекратил танцевать и петь, скромно сел на край кровати и опустил глаза в пол. Ему было так стыдно. На сцене выступать нестрашно, но, когда его застукали за танцами, стало так неловко, будто его голым увидели.

— Тити, я пришел поговорить с Вами на отвлеченные темы, я не буду ничего записывать. Просто поболтаем, узнаем друг друга получше.

— А, хорошо, — Тити тут же закивал быстро головой, все еще не отрывая взглядя от пола, — тогда мы можем перейти на "ты"? Мне так удобнее, да и дружелюбная атмосфера чувствуется лучше.

— Конечно, Тити, разговаривай так, как тебе комфортно. Я несильно старше тебя, так что не вижу в этом ничего такого. Могу присесть?

— Да, конечно, я подвинусь, — Тити заерзал, двигаясь сидя в сторону изголовья кровати.

Пор опустился на освободившееся место рядом, развернувшись вполоборота к парню рядом. Их глаза встретились, а вопросы и слова полились сами собой.

Так прошла еще неделя. Пор приходил к Тити, садился рядом и заводил дружескую беседу, узнавая о его привычках, хобби, детстве и вкусовых предпочтениях. Тити на второй день перестал стесняться, раскрыл полностью душу перед врачом, весело и непринужденно болтая. 

Со временем Пор все больше убеждался, что Тити здоров. Да, он соврал, что не будет анализировать. Наоборот, Пор разбирал каждое сказанное слово, каждый факт о Тити на молекулы. Что-то все таки не сходилось, не видел он ничего, что совпадало бы с симптомами при таком расстройстве. Пор сильно запутался, совсем не знал что делать, но уже не спешил с вопросами к коллегам. Решил, что будет разбираться с этим сам. Ему действительно был жаль этого парня.

Вечером Пор как обычно зашел к Тити в палату. Тот до этого лежал, напевая какую-то песню себе под нос, но, как только увидел врача в дверном проеме, тут же подскочил, свесил ноги с кровати и радостно улыбнулся.

— Наконец-то, я за это время чуть не умер со скуки. 

— У меня были дела, — немного с запинкой проговорил врач. Тити тут же что-то заподозрил, и решил об этом спросить напрямую.

— Все хорошо? Ты очень странным тоном ответил. Тебя кто-то обидел? 

— Нет, все как прежде.

— Врешь. Я же вижу твой поникший вид. Ты устал за сегодня? Если я вымотал тебя своей болтовней, то давай завтра поговорим. Я не настаиваю на разговорах со мной, все таки я пациент, а ты врач.

— Нет, все действительно в порядке. Просто я немного измотал себя мыслями о том, как лучше поступить.

— Расскажи мне, я помогу придумать решение проблемы. Две головы лучше одной, я оценю ситуацию со стороны.

— Я не уверен, что могу обсуждать это с тобой.

— Потому что я пациент? Это какая-то конфиденциальная информация? Пор, не волнуйся, я никому не расскажу, мы же друзья.

— Это про тебя.

Тут повисла тишина. Пор смотрел в пол, Тити опустил взгляд на свои руки, потирая ладони.

— Что там? — не выдержал Тити. 

Он в принципе не мог долго молчать, настолько общительный и болтливый человек, а тут еще и какая-то информация о нем.

— Я так же думаю, что ты здоров. Пообщавшись с тобой настолько близко, я убедился в этом еще больше. Я хочу вытащить тебя отсюда. Не место здоровым людям в больничной койке. Да и атмосфера эта тебе не идет, она сжирает в тебе весь свет.

Тити молча продолжал смотреть на свои руки. Он поймал себя на мысли, что так привык к Пору, к их разговорам по душам каждый день, что уже не был уверен, хочет ли он выбраться отсюда так же сильно, как в привые дни. 

Пор внимательно смотрел за реакцией Тити и не мог понять, почему тот так резко скис.

— В чем дело?

— Не хочу обрывать общение с тобой, ты мне очень нравишься, я прикипел к тебе за это время.

В палате снова повисла тишина, тяжелая и глухая. Два человека полностью погрузились в свои мысли. Один не мог понять, почему его так сильно тянет к этому врачу, с которым он знаком всего две недели, другой обдумывал, как вызволить Тити из этого заточения в больнице. Все таки будет сложно доказать, что пациент, в карте которого стоит шизотипическое расстройство, на самом деле полностью здоровый человек.

— Я попытаюсь придумать, как тебя вытащить оттуда. Не волнуйся о нас, мы продолжим общение за стенами этой больницы, но уже в другом статусе.

С этими словами Пор опустил руку на плечо Тити и легко сжал, подбадривая того и будто говоря: "Все в порядке, я помогу тебе".