23 тайны капитализма. Краткое пособие для Чайников. Часть 1

23 тайны капитализма. Краткое пособие для Чайников. Часть 1

@PhoenixGruppe
Чхан Ха Джун – экономист, доктор философии Кембриджского университета – отстаивает не рыночные принципы. Он открыто критикует свободный рынок; при этом подчеркивает, что не является противником капитализма, как такового. Он лишь выявляет серьезные проблемы в подходе, отстаиваемом поборниками свободного рынка.

Тайна 1. Понятия «свободный рынок» не существует

Что вам рассказывают. Рынкам необходимо быть свободными. Когда правительство вмешивается, диктуя, что делать, а чего не делать участникам рынка, поток ресурсов не может двигаться с наибольшей эффективностью. Если люди не имеют возможности делать то, что считают наиболее прибыльным, они лишаются стимула для инвестиций и инноваций. Так, например, если правительство устанавливает лимит на квартирную плату, домовладельцы теряют стимул содержать в порядке свою недвижимость или строить новые объекты. Или если правительство ограничивает виды финансовых продуктов, которые можно продавать, то две стороны договора, каждая из которых могла бы получить выгоду от осуществления инновационной сделки, удовлетворяющей их специфическим запросам, не извлекают возможной выгоды из заключения свободного контракта. Людям необходимо предоставить «свободу выбора» — так называется знаменитая книга апологета свободного рынка Милтона Фридмана.

Что от вас скрывают. Свободного рынка не существует. Любой рынок имеет определенные правила и рамки, которые ограничивают свободу выбора. Если с виду рынок представляется свободным, это только потому, что мы всецело принимаем лежащие в его основе установления, так что даже не замечаем их. Не существует объективного способа определить, насколько рынок «свободен». «Свободный рынок» — понятие политическое. Традиционное заявление рыночных экономистов, что они стремятся защитить рынок от политизированного вмешательства правительства, несостоятельно. Правительство так или иначе всегда вовлечено в происходящее на рынке, и экономисты-«рыночники» столь же политически ангажированы, как и все остальные. Преодолеть миф об объективном существовании «свободного рынка» — первый шаг к пониманию капитализма.

Тайна 2. Компаниями нельзя управлять в интересах их владельцев

Что вам рассказывают. Компании принадлежат акционерам. Поэтому компании должны работать в их интересах. Это не только моральный постулат. Акционерам не гарантированы фиксированные выплаты, в отличие от работников (которые получают фиксированные зарплаты), от поставщиков (которым выплачивают определенные цены), от банков-кредиторов (которые получают фиксированные проценты) и от других участников бизнеса. Доходы акционеров варьируются в зависимости от показателей компании, что дает им мощнейший стимул заботиться о том, чтобы компания показывала хорошие результаты. Когда компания становится банкротом, держатели акций теряют все, тогда как остальные заинтересованные лица получают хотя бы что-то. Тем самым, акционеры несут риск, который не несут остальные участники, что заставляет первых максимизировать результаты компании. Когда вы управляете компанией на пользу акционерам, ее доход (то, что остается после осуществления всех фиксированных выплат) максимально увеличивается, что, в свою очередь, максимально увеличивает ее общественный вклад.

Что от вас скрывают. Возможно, акционеров и можно считать владельцами корпораций, но их, как наиболее непостоянных из всех «участников процесса», зачастую меньше всего заботит отдаленное будущее компании (за исключением случаев, когда они являются столь крупными пайщиками, что не могут продать свои акции, не нанеся при этом серьезного ущерба бизнесу). Поэтому акционеры, особенно мелкие, но не только они, предпочитают корпоративные стратегии, которые максимально увеличивают краткосрочную прибыль, обычно в ущерб долгосрочным инвестициям, и максимально увеличивают дивиденды с этой прибыли, что еще больше ослабляет долгосрочные перспективы компании — тем, что сокращают объем нераспределенной прибыли, которую можно было бы пустить на реинвестирование. Когда компанией управляют акционеры, это нередко снижает ее возможности долгосрочного развития.

Тайна 3. Большинство людей в богатых странах получают больше, чем они того заслуживают

Что вам рассказывают. В рыночной экономике люди получают денежное вознаграждение в соответствии с производительностью своего труда. Пусть сердобольным либералам трудно смириться, что в Стокгольме человек получает в 50 раз больше, чем его коллега в Нью-Дели, но этот факт отражает их относительную производительность труда. Попытки искусственно сократить эти различия — например, вводя в Индии закон о минимальной оплате труда, — лишь приводят к несправедливому и неэффективному вознаграждению талантов и усилий отдельного человека. Лишь свободный рынок труда может определять вознаграждение эффективно и справедливо.

Что от вас скрывают. Разница в заработной плате между богатыми и бедными странами существует не столько потому, что существует разница в индивидуальной производительности труда, но, главным образом, из-за контроля над иммиграцией. Если бы миграция была свободной, большинство рабочих в богатых странах можно было бы заменить рабочими из бедных стран, причем именно так все и произошло бы. Иными словами, зарплаты в значительной степени определяются политическими причинами. Оборотная сторона медали в том, что бедные страны бедны не из-за своих бедных, многие из которых могли бы дать фору своим собратьям в богатых странах, а из-за своих богатых, большинство из которых не в состоянии похвастаться тем же. Это, однако, не означает, что богатые в богатых странах могут похвалить себя за свои выдающиеся достижения. Их высокая производительность труда стала возможна только благодаря исторически унаследованным общественным институтам, на которые они опираются. Если мы хотим построить по-настоящему справедливое общество, то должны отказаться от мифа, что всем нам платят соответственно нашим индивидуальным достоинствам.

Тайна 4. Стиральная машина изменила мир больше, чем его изменил интернет 

Что вам рассказывают. Недавняя революция в коммуникационных технологиях, представленная изобретением Интернета, коренным образом изменила способ работы нашего мира. Она привела к «смерти расстояния». В созданном таким образом «мире без границ» старые соглашения о национальных экономических интересах и роли национальных правительств не действуют. Картину века, в котором мы живем, определяет научно-техническая революция. Если страны (или компании, да и отдельные люди) не будут меняться с той же скоростью, их сметет. Нам — отдельным людям, фирмам или странам — придется стать еще более гибкими, что требует большей либерализации рынков.

Что от вас скрывают. Наблюдая за изменениями, мы, как правило, считаем самые последние изменения наиболее революционными. Нередко это расходится с фактами. Недавний прогресс в телекоммуникационных технологиях не настолько революционен, в относительном выражении, как появление в конце XIX века проводного телеграфа. Более того, если говорить о последовавших затем экономических и социальных изменениях, то интернет-революция оказалась (по крайней мере, на данный момент) не столь значимой, как распространение стиральных машин и прочей домашней техники, которая, заметно снизив затраты сил и времени на выполнение работ по дому, позволила женщинам выйти на рынок труда и фактически уничтожила такую профессию, как домашняя прислуга. Не стоит «переворачивать бинокль», когда мы смотрим в прошлое, недооценивая старое и переоценивая новое. Подобный шаг приводит нас к разного рода неверным решениям по поводу национальной экономической политики, корпоративной политики и собственной карьеры.

Тайна 5. Предположите о людях худшее, и вы получите худшее

Что вам рассказывают. Известно изречение Адама Смита: «Не от благожелательности мясника, пивовара или булочника ожидаем мы получить свой обед, а от соблюдения ими своих собственных интересов». Рынок прекрасно умеет обуздывать энергию эгоистичных индивидуумов, заботящихся только о себе (самое большее — о своих семьях), и обратить ее на создание общественной гармонии. Коммунизм потерпел поражение потому, что отрицал этот человеческий инстинкт и управлял экономикой, исходя из предположения, что каждый — бескорыстен или хотя бы исполнен альтруизма. Если мы хотим выстроить прочную экономическую модель, то должны предполагать о людях худшее — что думают они исключительно о себе.

Что от вас скрывают. Стремление к личной выгоде — у большинства людей самая сильная черта. Но это не единственная сила, движущая нами. Очень часто она даже не является нашим основным мотивом. Если бы мир был заполнен корыстолюбцами из учебников по экономике, он бы забуксовал, поскольку мы бы только и делали, что обманывали, пытались поймать обманщиков и наказывали пойманных. Мир более или менее функционирует лишь потому, что люди не совсем такие эгоисты, как считает рыночная экономика. Надо разработать такую экономическую систему, которая, признавая, что люди часто бывают эгоистичны, в полной мере использует другие человеческие мотивы и добивается от людей максимальной отдачи. Получается, если мы предполагаем о людях худшее, то худшее от них мы и получим.

Тайна 6. Высокая макроэкономическая стабильность не сделала мировую экономику более стабильной

Что вам рассказывают. До 1970-х годов для экономики врагом номер один была инфляция. Катастрофическую по силе гиперинфляцию пережили многие страны. Даже не доходя до масштабов гиперинфляции, экономическая нестабильность, наступающая в результате высокой и переменной инфляции, не способствовала инвестициям, а значит, и развитию. К счастью, дракон инфляции был повержен в 1990-х годах, благодаря жесткому подходу к дефициту государственного бюджета и появлению все большего числа политически независимых центробанков, которые целенаправленно занимались контролем над инфляцией. Поскольку для долгосрочных капиталовложений и, следовательно, развития в целом необходима экономическая стабильность, приручение зверя по имени инфляция заложило основу для бурного и долгого процветания.

Что от вас скрывают. Возможно, инфляцию и приручили, но мировая экономика стала существенно менее устойчивой. Наши восторженные заявления последних трех десятилетий об успешном обуздании колебания цен умалчивали о крайней нестабильности, демонстрируемой в то время экономиками всего мира. Многочисленные финансовые кризисы, включая глобальный финансовый кризис 2008 года, многим разрушили жизнь долгами, банкротством и безработицей. Чрезмерное внимание к инфляции отвлекло нас от проблем занятости и экономического роста. Во имя «гибкости рынка труда» занятость приобрела неустойчивый характер, что, в свою очередь, дестабилизировало жизнь многих людей. Вопреки утверждению, что стабильность цен — предпосылка экономического роста, с 1990-х годов, когда инфляция считалась окончательно побежденной, меры, направленные на снижение инфляции, вызвали лишь вялый экономический подъем.

Тайна 7. Методы свободного рынка редко делают бедные страны богатыми

Что вам рассказывают. Освободившись от колониального господства, развивающиеся страны пытались развивать свою экономику путем государственного вмешательства, иногда даже начиная откровенно исповедовать социализм. Они пытались искусственно развивать такие отрасли, как сталелитейную и автомобильную промышленность, что выходило за пределы их возможностей, и использовали при этом такие методы, как торговый протекционизм, запрет на прямые зарубежные капиталовложения, промышленные субсидии и даже государственную собственность на банки и промышленные предприятия. На эмоциональном уровне это вполне можно понять, учитывая то, что все бывшие хозяева колоний были капиталистическими странами и пользовались методами рыночной политики. Однако эта стратегия привела в лучшем случае к стагнации, в худшем — к катастрофе. Рост был вялым (а то и отрицательным), и получавшие поддержку отрасли экономики не спешили «вырастать». К счастью, большинство из этих стран в 1980-х годах одумались и начали перенимать рыночные методы. В сущности, так и надо было поступать с самого начала. Все нынешние богатые страны, за исключением Японии (и, быть может, Кореи, хотя это спорно), разбогатели благодаря политике свободного рынка, особенно посредством свободной торговли с остальным миром. И те развивающиеся страны, которые восприняли эту политику более полно и последовательно, в последнее время показывают лучшие результаты.

Что от вас скрывают. Вопреки обычным утверждениям, экономические показатели развивающихся стран в период государственного регулирования превосходили достижения этих стран за соответствующий период рыночных реформ. Было и несколько весьма показательных случаев неудачного государственного вмешательства, но большинство из этих стран развивались гораздо быстрее и демонстрировали более справедливое распределение доходов и намного меньшее число финансовых кризисов в «недобрые старые времена», чем в период рыночных реформ. Ошибочно и мнение, будто чуть ли не все богатые страны разбогатели благодаря осуществлению рыночной политики. Верно, в каком-то смысле, противоположное. С небольшими исключениями, все сегодняшние богатые страны, включая Великобританию и США — считающихся колыбелью свободной торговли и свободного рынка, — стали богатыми благодаря сочетанию протекционизма, субсидий и прочих методов, которые они же в настоящее время развивающимся странам советуют не перенимать. До сего дня рыночная политика обогатила лишь считанные страны, и в будущем она вряд ли поможет многим странам разбогатеть.

Тайна 8. У капитала есть национальность

Что вам рассказывают. Подлинным героем глобализации стала транснациональная корпорация. Транснациональные корпорации, как следует из названия, — это корпорации, которые вышли за пределы своих первоначальных национальных границ. Их штаб-квартиры могут по-прежнему располагаться в стране основания, но производственные и исследовательские мощности по большей части находятся за пределами родной страны, и там, в том числе на многих ответственных должностях, работают люди со всего мира. В нашу эпоху капитала, лишенного национальной принадлежности, националистическая политика по отношению к зарубежному капиталу, как минимум, неэффективна и, как максимум, контрпродуктивна. Если правительство страны проводит по отношению к транснациональным корпорациям политику дискриминации, то они не станут инвестировать в этой стране. Возможно, такое правительство руководствуется стремлением помочь национальной экономике, стимулируя национальные компании, но на самом деле подобные меры только вредят ей, не давая обосноваться в стране наиболее эффективным фирмам.

Что от вас скрывают. Несмотря на увеличивающуюся «транс-национализацию» капитала, большинство транснациональных компаний, по сути дела, остаются национальными компаниями, ведущими международные операции, а не вненациональными компаниями как таковыми. Основную часть своей профильной деятельности, в частности, высокотехнологичные исследования и выработку стратегии, они проводят дома. Большинство руководителей — родом из страны происхождения компании. Когда приходится закрывать фабрики или сокращать рабочие места, обычно в последнюю очередь это делается на родине, по различным политическим и, что более важно, экономическим причинам. Это означает, что львиную долю прибылей транснациональной корпорации присваивает себе страна ее базирования. Конечно, национальность — не единственный критерий, определяющий, как ведут себя корпорации, но игнорировать национальность капитала мы можем только на свой страх и риск.

Тайна 9. Мы живем не в постиндустриальную эпоху

Что вам рассказывают. Наша экономика за последние несколько десятилетий коренным образом преобразилась. Промышленное производство, некогда движущая сила капитализма, ныне уже не имеет большой значимости, особенно в богатых странах. При естественной тенденции относительного роста спроса на услуги вместе с ростом экономического благосостояния и с развитием высокопроизводительных наукоемких услуг (таких как банковские услуги и управленческий консалтинг), обрабатывающая промышленность во всех развитых странах пришла в упадок. Эти страны вступили в «постиндустриальную» эпоху, когда большинство людей трудится в сфере услуг и большая часть производимого продукта — услуги. Уменьшение роли промышленности — естественный процесс, а потому не только не следует беспокоиться, но, напротив, стоит искренне ликовать. С подъемом наукоемких услуг некоторым развивающимся странам, возможно, было бы даже полезнее вообще миновать этот злосчастный этап развития производства и перескочить напрямую к постиндустриальной экономике, базирующейся на оказании услуг.

Что от вас скрывают. Возможно, мы действительно живем в постиндустриальном обществе, в том смысле, что большинство из нас работает в магазинах и офисах, а не на фабриках. Но мы не вошли в постиндустриальную стадию развития в том смысле, что промышленность потеряла свою важность. Во многом (хотя и не полностью), сокращение доли производства в валовом продукте объясняется не падением абсолютного количества произведенных товаров, а падением их цен в сравнении с ценами на услуги, что вызвано более стремительным ростом производительности последних (количество продукта на единицу вложений). И хотя деиндустриализация происходит главным образом благодаря этому неравномерному, в разных секторах, росту производительности и поэтому сама по себе не может быть отрицательным явлением, она оказывает негативное влияние на рост производительности экономики в целом и на платежные балансы, а это уже важно. Что касается предположения о том, будто развивающиеся страны могут, по большому счету, проскочить индустриализацию и сразу войти в постиндустриальную фазу, — это фантазия. Ограниченные возможности увеличения производительности услуг делают их плохим двигателем роста. Низкая реализуемость услуг ведет к тому, что экономика, основанная главным образом на оказании услуг, будет иметь более низкие возможности экспорта. Более низкие доходы от экспорта влекут за собой ослабление возможности покупать за границей передовые технологии, что, в свою очередь, приводит к замедлению экономического роста.

Тайна 10. У США не самый высокий уровень жизни в мире

Что вам рассказывают. Несмотря на свои недавние экономические проблемы, США по-прежнему могут похвастаться самым высоким уровнем жизни в мире. С учетом рыночного обменного курса, существует несколько стран с более высоким доходом на душу населения, чем США. Но если принять во внимание, что на один и тот же доллар (или любую другую общую валюту, которую мы выберем) в США можно купить больше товаров и услуг, чем в других богатых странах, американский уровень жизни оказывается самым высоким в мире, за исключением карликового государства Люксембург. По этой причине другие страны пытаются подражать США, что иллюстрирует превосходство рыночной системы, которую США очень точно (если не сказать, идеально) собой воплощают.

Что от вас скрывают. Действительно, средний американский гражданин имеет в своем распоряжении больше товаров и услуг, чем гражданин любой другой страны мира, за исключением Люксембурга. Однако, учитывая большое неравенство в стране, этот средний показатель менее точно показывает уровень жизни людей, чем аналогичный показатель для других стран с более ровным распределением дохода. Высокое неравенство доходов стоит и за более низкими показателями здоровья и худшей криминальной статистикой в США по сравнению с другими странами. Кроме того, на один и тот же доллар в США можно купить больше, чем в большинстве других богатых стран, главным образом потому, что в Соединенных Штатах более дешевые услуги, чем в других сравнимых с ними странах, благодаря более высокой иммиграции и худшим условиям труда. Далее, американцы работают существенно больше европейцев. Количество товаров и услуг, которые они получают за один отработанный час, меньше, чем в некоторых европейских странах. Можно спорить о том, какой образ жизни лучше — больше материальных благ и меньше свободного времени (как в США) или меньше материальных благ, но больше свободного времени (как в Европе), — но отсюда следует, что в США не существует однозначно более высокого уровня жизни, чем в сравнимых с ними странах.

23 тайны капитализма. Краткое пособие для Чайников. Часть 2