2/3

Прошло две недели. Репетиции шли через пень-колоду. Пор откровенно саботировал. Он то опаздывал, то забывал текст, то переигрывал, сбивая Тити. Однажды в сцене, где его персонаж должен был легонько толкнуть героя Тити, Пор толкнул так сильно, что Тити упал на колени, содрав кожу.

– Ой, прости, – с притворным раскаянием сказал Пор. – Я не рассчитал силу.

– Ты делаешь это специально! – выкрикнул Тьютор из-за кулис.

– Тьютор, не встревай, – осадил его Норт, но сам посмотрел на Пора с ненавистью. – Ещё раз такое повторится, вылетишь с роли.

Пор пожал плечами, но в его глазах плясал огонь. Он подал руку Тити, помогая встать. Тити, морщась от боли, принял помощь. На секунду их пальцы сплелись, и Тити почувствовал, как Пор слегка сжал его ладонь. Не больно, а почти нежно. И тут же отпустил.

– Будь осторожнее, хомяк, – прошептал Пор. – В следующий раз я могу не удержаться.

После репетиции Норт подозвал Тити.

– Тебе нужно обработать ссадину, – сказал Норт, доставая из аптечки антисептик. – Сядь.

Тити сел на стул, а Норт опустился перед ним на корточки, осторожно касаясь ватным диском колена Тити. Тити смотрел на макушку Норта, на его аккуратный пробор, и сердце билось где-то в горле. Норт поднял голову. Их лица оказались в нескольких сантиметрах.

– Тити, – хрипло начал Норт. – Я должен тебе кое-что сказать…

Дверь распахнулась. Вошёл Пор.

– О, простите, не помешал? – в голосе Пора сквозила насмешка. – Норт, тебя Йим ищет. По костюмам.

Норт резко встал, отступив от Тити.

– Хорошо, иду. – Он вышел, бросив на Тити виноватый взгляд.

Пор остался. Он подошёл к Тити, навис над ним.

– Не лезь к Норту, – тихо сказал Пор. – У Норта есть я.

– У вас ничего нет, – ответил Тити, стараясь не дрожать. – Вы расстались. И вообще, это не твоё дело.

– Моё, – Пор схватил Тити за подбородок, заставляя смотреть в глаза. – Я не позволю Норту быть с тобой. Ты всего лишь моя замена на сцене. Не больше.

Пор отпустил Тити и вышел. Тити остался сидеть, потирая покрасневшую кожу. В душе кипела злость, впервые за долгое время. Норт был хорошим, заботливым, но Тити не чувствовал искры. А вот от прикосновений Пора по всему телу бежали мурашки. И это пугало.

Через несколько дней случился инцидент, который всё изменил. Норт уехал на конференцию, оставив репетиции на ассистента. Пор решил, что это шанс избавиться от Тити. Он подговорил нескольких человек подшутить над Тити. Подменил реквизит, выключил свет во время сцены. Тити, оступившись в темноте, упал со сцены и ударился головой о стул. Тьютор закричал, вызвал скорую. Вся группа замерла.

Пор, увидев кровь на виске Тити, внезапно побледнел. Он сам бросился к Тити, подхватив на руки.

– Отойдите! – крикнул Пор на остальных. – Тити, ты слышишь меня?

Тити был в сознании, но из раны текло. Пор прижал к виску чистый платок.

– Не умирай, – прошептал Пор. – Пожалуйста.

– Я не умру, – слабо усмехнулся Тити. – Глупо было бы умереть из-за твоих дурацких шуток.

В больнице Тити наложили швы и отпустили. Норт примчался, отменив конференцию. И он был в ярости.

– Пор, ты исключён из спектакля! – заявил Норт, когда они вернулись в институт. – Это уже не конкуренция, а уголовщина.

– Нет, – неожиданно твёрдо сказал Тити, сидевший с повязкой на голове. – Пусть Пор остаётся.

Все уставились на Тити.

– Что? – не поверил Норт.

– Я сказал, пусть играет, – повторил Тити. – Пор талант. Хочу доказать ему и себе, что я достоин.

Пор смотрел на Тити с таким изумлением, будто видел впервые. В его глазах исчезла насмешка, осталось что-то глубокое, почти нежное.

– Ты не в себе, – сказал Пор. – Защищаешь меня?

– Потому что я знаю, зачем ты это делаешь, – ответил Тити. – Ты боишься.

Норт тяжело вздохнул, но согласился оставить Пору. А вечером Пор сам пришёл в комнату к Тити (Тью временно жил у родителей). Пор стоял на пороге, мятый, без привычной самоуверенности.

– Можно войти? – спросил Пор.

– Входи.

Пор сел на край кровати, взял руку Тити и прижался к ней лбом.

– Прости, – глухо сказал Пор. – Я привык, что все хотят меня использовать. Норт хотел мой талант. Отто хотел моё тело. А ты… ты просто играешь на сцене и не требуешь ничего.

– Я требую, – тихо сказал Тити. – Я требую, чтобы ты перестал ненавидеть всех.

Пор поднял голову. Их взгляды встретились. Он медленно приблизился и поцеловал Тити. Не грубо, как в прошлый раз, а почтительно, словно спрашивая разрешения. Тити ответил.

– Что мы делаем? – прошептал Пор, отстраняясь.

– Не знаю, – честно ответил Тити. – Но мне не хочется останавливаться.